Глава 13

Его голос, хриплый и сексуальный, бьет по оголенным нервам, окончательно развеивая налет сумасшествия. Наши тела все ещё соединены, и я неловко сползаю с его бедер. Ощущаю кожей его вопросительный взгляд. Прячусь под покрывалом, но руку моментально перехватывают и дергают на себя. Из груди вырывается последний воздух. Ярослав замыкает меня в кольцо рук и утыкается в макушку.

–Уль, я серьезно. Давай хотя бы попробуем ради детей стать нормальной парой.

Прячу лицо от его испытующего взгляда. Не понимаю, чье сердце колотится под щекой. Мое или Ярослава. В ушах шумит кровь после пережитого оргазма, и я не могу сосредоточиться на его вопросе.

С одной стороны, он прав. С другой…

– Ну так что?

Делаю глубокий вдох. Просто надеюсь, что не пожалею.

– Хорошо, давай попробуем.

Гаврилов шумно выдыхает и прижимает меня сильнее. Мне тепло в его руках. Не хочется никуда сбегать.

– Что с тобой было в те три месяца, которые мы не виделись?

Начинаю вертеться в поисках удобной позы и удовлетворенно замираю, когда моя спина вписывается в изгибы его груди, а попа уютно устраивается возле его бедер. Ярослав непроизвольно кладет руку на живот, и в легких застревает дыхание. Это так…по-семейному. Там, где он касается меня, разливается тепло. Хоть я ещё и не чувствую наших крох, но от возрастающей нежности начинает щекотать в носу.

– Ну, как только мы вышли, я хотел тебя догнать, – его подбородок аккуратно зарывается в волосы, – только меня перехватил тот самый друг, который и вызволил нас из той западни.

– Кстати, а как нас нашли?

– Ну, я давно подозревал, что среди моих людей завелась крыса, все никак не мог её вычислить. А тут так совпало все красиво, что ты пришла и нас схватили. Ты спрашивала про телохранителей. Так вот, они были, вот только начальник службы безопасности меня неплохо так кинул и пропустил ко мне в квартиру тех, кого там не должно было быть.

Пытаюсь переварить эту информацию, в то время как Яр продолжает рассказ:

– Так вот, мой друг имеет кое-какие связи в органах, ну и он взял меня на прицел. У меня был маячок в телефоне, только эти козлы его недалеко от того места, где нас прятали, нашли и выкинули. Поэтому Рус так задержался. Им пришлось прочесывать прилегающую территорию.

– А что с тем предателем?

Мне интересно, понесли ли наказание люди, которые заставили меня пережить тот ад.

– Его нашли, сейчас он в местах лишения свободы за соучастие в похищении человека и в заговоре против должностного лица. В общем, в политике свои грязные игры, но я не хочу, чтобы ты об этом думала и волновалась, побереги себя и детей.

Его ладонь поглаживает кожу на животе, и эти нехитрые манипуляции все сильнее расслабляют меня. С трудом подавляю зевок, чтобы не убить момент.

– А потом?

– Ну так вот, когда я хотел уже тебя догнать, Рус силком засунул меня в машину «скорой». Меня привезли в больницу и обнаружили открывшееся кровотечение. Какое-то время я провалялся под наблюдением. Потом начал тебя искать, но ты как сквозь землю провалилась. До сих пор поражаюсь, как я мог тебя сразу не найти.

Пожимаю плечом.

– Смотря как искал, – хмыкаю и уже начинаю уплывать в сон.

– Ну, я начал с твоей работы. И там мне ничего толком не сказали про Ульяну. Меня это удивило, потому что ты должна была быть там.

– Да? Тогда странно. Я как была Шиловой Ульяной, так и осталась. Ничего не меняла, ни работы, ни родителей. Просто квартиру другую купила, а так все.

– Ничего не понимаю…

Ярослав бормочет это над ухом, а я окончательно вырубаюсь.

Утро начинается с громкого воя будильника, и я вскакиваю как ужаленная. Кручу головой, не понимая, откуда доносится этот противный звук. Рядом мирно дрыхнет Гаврилов, будто у него под ухом не разрывается снаряд. А именно таким и был его будильник. Продираю глаза и смотрю на дисплей. Со стоном опять падаю на подушки. Шесть утра! Да он издевается.

– Яр.

Пихаю его в бок, но, думается мне, легче разбудить ленивца.

– Гаврилов.

Рявкаю на всю спальню, но меня только плотнее прижимают. На миг теряюсь и позволяю впитать в себя его тепло.

– Сколько времени?

Его голос со сна звучит очень соблазнительно и в памяти вспыхивает дикое рычание мужчины в тот момент, когда он входил в меня. Ненароком сжимаю бедра, опасаясь выдать нарастающее возбуждение.

А этот гад будто улавливает изменившееся настроение, и вот уже его палец погружается в мое влажное лоно. Я выгибаюсь навстречу, упиваясь приятными ощущениями. Шею царапает его щетина, по телу пробегает дрожь. Палец все глубже погружается в мое тело, вырывая тихие стоны. Не думала, что могу заводиться так быстро и сильно. Будто только этой ночью мы не занимались умопомрачительным сексом.

– М-м-м-м, солнце, ты меня хочешь…

Но его планы нарушает звонок мобильного. Ярослав матерится под нос, но с неохотой отвечает на звонок, попутно выпутываясь из простыней и поднимаясь с кровати. Позволяю себе залюбоваться его спиной. Гладкая, мощная, с широкими плечами. Смуглая кожа вызывает желание провести по ней ногтями, оставляя следы. Хотя я тут же замечаю несколько глубоких борозд у него на боку. Накачанные ягодицы и ноги. Этот мужчина держит себя в форме, что никак не способствует моему трезвому мышлению. Во рту накапливается слюна, и я тяжело сглатываю.

– Да, Рус. Слушаю тебя. Ну, почти не разбудил. Говори уже.

Ярослав бросает взгляд на меня и замечает, что я за ним подсматриваю. Ухмыляется, а следующую минуту его лицо становится напряжено.

– Что ты сказал?

В этот момент понимаю, что жалею, что не могу слышать его собеседника.

– Как это может быть? Кто? Так надо узнать, Рус. Понял, скоро буду.

Он прерывает разговор и хватает штаны с пола.

– Что-то случилось?

В душу постепенно заползает страх при виде нахмуренного Гаврилова. Он мотает головой…

– Мне надо ехать.

С этого дня Ярослав становится очень озабоченным, как я ни стараюсь узнать, что стряслось, он не хочет выдавать даже толики информации. Мы не видимся, только по ночам он приходит и засыпает, обнимая меня. Его рука неизменно лежит на моем животе, словно оберегая наших крох. Я постепенно привыкаю к тому, что он рядом, что он постоянно интересуется, как я и не беспокоит ли меня что-либо.

Токсикоз остается позади, и я уже могу спокойно передвигаться по дому. Знакомлюсь с Зинаидой, помощницей. Она оказывается очень болтливой, и мы частенько беседуем о всяких пустяках.

– Ох, – в один из дней я сижу с чашкой чая.– Зин, я отойду, позвоню маме. Давно мы что-то не разговаривали.

Хоть я и рассказала маме о своем положении, но как-то избегала расспросов. Да и Яр не особо распространяется о наших отношениях, поэтому я не уверена, что нужно сообщать о том, кто отец моих детей. Тем более что все между нами пока шатко.

– Мамуль, привет.

После её ответа становится в разы спокойнее. Родители у меня замечательные. Они меня безумно любят, но с тех пор как мне исполнилось двадцать, стараются не лезть слишком сильно и предоставляют возможность жить самой, «набивая свои шишки», как однажды выразилась мама.

– Ульянка, ты что творишь? Куда ты исчезла на две недели? Что-то стряслось?

Хихикаю, потому что мама тут же кидается на меня с вопросами.

– Да нет, мамуль. Все хорошо. Я тут как на курорте. Кормят, поят, возят к врачам. Все хорошо.

– Может, ты все же скажешь, кто отец?

Ну вот, опять за старое.

– Мам, обязательно узнаешь, когда он будет готов к этому. Пока не готов, прости.

– Ну как знаешь. Как малыши? Что врач говорит?

–После того приема, на котором сказали, что все хорошо, я ещё не была в больнице. Вот через неделю нужно будет появиться.

– Пол скажут?

Незаметно для себя добредаю до зеркала в прихожей и встаю напротив. Окидываю себя взглядом. Поворачиваюсь боком. На лице появляется улыбка при виде небольшого животика. Сердце радостно бьется.

– Нет, ещё рано, мамуль. Там, кажется, на шестнадцатой неделе, а у меня будет только пятнадцатая. Просто плановая явка. Ничего серьезного.

За спиной слышу звук открывающейся двери, и в квартиру заходит Ярослав. От неожиданности чуть не роняю телефон, потому что он никогда так рано не появляется.

– Ма, я перезвоню.

Поспешно прощаюсь и сбрасываю звонок. Мужчина выглядит уставшим и измотанным. Но все равно дарит мне кривую улыбку, расслабляя галстук. Смотрит на меня потемневшим взглядом. Я же стою на месте, чтобы в ту же секунду не повиснуть на нем. Удивляет, как быстро между нами все изменилось. Переступаю с ноги на ногу и закусываю губу.

– Привет…

У меня вырывается хриплый звук. Яр шагает навстречу и сгребает меня в свои медвежьи объятия. Тут же меня окутывает его запах, и я отвечаю на это объятие, погружаясь в блаженство. Слышу его шепот:

– Как ты?

Его рука ненароком опускается на живот, и он хмыкает. Тяжело сглатывает, снова прижимая меня к себе.

– Нормально. А ты?

Я перестаю дышать, когда он поднимает мое лицо.

– Скучал, что странно, – его взгляд медленно пробегает по лицу и останавливается на губах.

Непроизвольно пробегаю по ним языком, и мужчина впивается в мой рот поцелуем. Цепляюсь за его рубашку, чтобы устоять на ногах. Потому что водоворот чувств грозит сбить меня с ног. Вот его рука ныряет под футболку и движется к груди, а мой живот скручивает от желания. Нас прерывает тихое покашливание за спиной, и я отпрыгиваю от Гаврилова. Сердце колотится с такой силой, что вот-вот окажется у его ног. Мужчина плотоядно усмехается при виде моей реакции.

– Добрый день, Зинаида.

– Здравствуйте, Ярослав Петрович. Я извиняюсь, что прервала, мне просто пора идти. Если вам больше ничего не нужно.

– Ничего не нужно, можете идти.

А сам не сводит с меня глаз. Раздевает глазами. Бросаю взгляд в сторону одевающейся женщины и вижу, как она пытается спрятать улыбку.

– До свидания, Ульяна.

– До завтра, Зин.