11

Эдуард

Не могу поверить в то, что слышу. Чёрт возьми. Неужели это правда?!

Лина, кажется, тоже пребывает в полнейшем шоке.

Ребёнок. Внутри неё уже есть ребёнок.

И его отец, скорее всего, я.

Твою мать. Это всё жутко осложняет.

Перевожу взгляд на Скромняшку.

Она вжимается в спинку кресла и до побелевших костяшек сдавливает подлокотники.

Всё должно было быть не так... Совсем не так!

- Вставай, пошли, - поднимаюсь на ноги и беру её за руку, не дожидаясь ответа.

Лина, всё ещё в шоке от происходящего, послушно поднимается и топает за мной.

Справа от кабинета врача находится туалет. Завожу её внутрь и закрываю дверь на замок.

Ангел не смотрит на меня. Её щёки лихорадочно горят, а взгляд устремлён в пол.

- Я не буду делать аборт, - тихо шепчет она.

Блядь... В отчаянии запускаю руки в волосы. Она ещё сама ребёнок, ну какие ей дети?!

Ребёнок... это обстоятельство осложняет нашу и без того непростую ситуацию.

Конечно, поддержи я её сейчас, я бы мог беспрепятственно выиграть спор с Максом... Надавить и заставить её выбрать меня! И тогда... Всё! Конец игры! Лина была бы моей, как и компания. Но я не могу поступить так... Это было бы нечестно не только по отношению к ней, но и по отношению к невинному дитя.

Признаться... я мог бы признаться в нашем споре прямо сейчас...

Но тогда Лина не захочет иметь дело ни с одним из нас. Она сбежит, и я больше никогда её не увижу... Я и без этого не уверен, что она меня выберет. Ведь ночь она провела с Максом, а не со мной. Ему отдала свою девственность. Быть может, и жизнь захочет разделить именно с ним?!

Блядь! Это полный пиздец!

Смотрю в милое лицо. Большие глаза кажутся грустными. Надо что-то сказать... но слова никак не хотят выходить из моего рта. Боюсь, что всё будет не то и не так.

- Лина... - тихо говорю я, подходя ближе.   

Она отступает к стене.

Когда мы с ней остаёмся наедине, я с трудом себя контролирую. Так и тянет прикоснуться.

Вот и сейчас, несмотря на шок, мне хочется просто оказаться рядом с ней, заключить в объятия и быть так близко, как это только можно. Чувство, которое не поддаётся здравому смыслу. Почти наваждение...

Её ладони останавливают меня, врезаются в грудь, лишь на долю секунды замедляя приближение.

Моя малышка...

Ломаю робкое сопротивление, прижимая её к себе. Глажу по волосам и по спине, утыкаюсь носом в затылок. Как она, должно быть, перепугалась...

Мне всегда с трудом давались слова утешения, поэтому и сейчас я не нахожу, что сказать. Лишь продолжаю удерживать в объятьях.

Я должен признаться. Так будет честно по отношению к ней и ещё нерождённому ребёнку.

- Лина, - начинаю я. - Я должен тебе кое-что сказать...

- Подожди, - останавливает меня она. - Эд, пойми, никакие твои слова не заставят меня убить нашего ребёнка. Он наш, понимаешь? Твой и мой. И я... - она нервно вздыхает. - Я оставлю его. Даже если ты откажешься быть его отцом. Я всё пойму...

Моё сердце сжимается от непонятного жалящего чувства. Боже... это просто невозможно терпеть!

- Успокойся, - произношу я, перебивая поток её речи. - Мы не будем делать аборт. Я... я тоже хочу его оставить.

Закрываю глаза.

В моём личном рейтинге мудаков я только что вырвался вперёд, получая золотую медаль. Оставляю Макса далеко позади, забирая себе всю славу.

Но сейчас мне плевать на последствия. Я не скажу ей про спор. И не признаюсь в своих истинных намерениях. Потому что сейчас всё, что для меня важно - чтобы она в итоге предпочла меня. Была моей, неважно какой ценой.

Ангелина

Эдуард прижимает меня к себе так крепко, что мне сложно сделать вдох.

Боже... я не знаю, что ожидать от него... Что он скажет?

Лепечу что-то о том, что понимаю его нежелание быть отцом нашего ребёнка... ведь мы, по сути, почти незнакомы. Встретились всего лишь два месяца назад. Конечно, для него это как снег на голову, ведь прежняя свободная жизнь его устраивала, а теперь вот появилась я и... ребёнок.

- Успокойся, - голос Эда кажется взволнованным. - Мы не будем делать аборт. Я... я тоже хочу его оставить.

Не могу поверить его словам... Я была уверена, что он скажет совсем другое! Но Эд в очередной раз смог меня удивить.

Как? Почему он так легко передумал?

Отстраняюсь и резко выдыхаю. Заглядываю в тёмные глаза, пытаясь хоть немного понять ход его мыслей. Быть может, то, что он говорил мне в ту ночь было правдой? Признание в том, что он любит меня? Значит ли это, что когда-нибудь полюбит и нашего ребёнка?

Губы Эда начинают лихорадочно целовать моё лицо, а потом опускаются ниже, жадно покусывая шею.

От этих поцелуев у меня кружится голова. Всё тело трепещет в ожидании продолжения. Я, вроде бы, понимаю, что мы сейчас в туалете клиники находимся, что тут нельзя позволять себе ничего лишнего, но в то же время мне безумно хочется почувствовать его рядом. Хочется утешиться и забыться в его крепких объятиях.

Эд подхватывает меня под попку и прижимает к холодной стене. Опираюсь на пол носками туфель, чтобы сохранить хоть какую-то опору под ногами.

Мощное тело мужчины вдавливается в моё, не давая двигаться. Его бёдра толкаются в низ моего живота, и я чувствую его твёрдое желание.

- Эд... - шепчу я, стараясь вести себя тише. - Ты что... не тут...

Но он не слушает меня. Большие горячие ладони ложатся на бёдра и тянут ноги вверх, лишая меня точки опоры.

Платье задирается, когда мне приходится обхватить ногами его бёдра. Он трётся возбуждённым членом о мою промежность, заставляя моё тело ответно реагировать и испытывать непозволительное в этой ситуации желание.

Боже... сама не понимаю, как ему удаётся каждый раз вызывать во мне желание в самой, казалось бы, неподходящей ситуации.

Сперва Эд проводит кончиком языка по моей нижней губе, а потом слегка прикусывает её. Я вздрагиваю, а губы при этом раскрываются ему навстречу.

Мужчина опускает руку ниже под мою попку, заставляя меня приподняться вверх. Другой рукой он отодвигает в сторону трусики и пробегает пальцами по раскрытым нижним губкам.

- Ах... - сладкий стон вырывается из моего рта. Боже... неужели он сейчас...

Босс нажимает на клитор и начинает поглаживать его. Тело простреливает током, и я выгибаюсь в спине забывая о всяком приличии.

Это всё так порочно и неправильно... ведь доктор, наверное, всё ещё ждёт нас в кабинете, гадая, куда мы подевались...

Однако вопреки здравому смыслу, вместо того, чтобы оттолкнуть его от себя, я притягиваю мужчину ближе, обвивая руками его шею.

Он усмехается и продолжает порочно ласкать меня там, внизу, сводя с ума и даря наслаждение.

- В твоей беременности есть как минимум один неоспоримый плюс, - его хриплый голос кажется мне почти обезумевшим от возбуждения.

- Какой? - задыхаясь от его ласк, спрашиваю я.

- Теперь, малышка, я буду кончать внутрь твоей влажной киски когда захочу! - при этих словах Эд приспускает брюки, утыкается в мой вход своим  твёрдым членом и дёргает меня на себя.

Киска расширяется, заглатывая его под корень. Я потрясённо выдыхаю, чувствуя себя приятно наполненной им, в то время как Эд, не давая мне времени привыкнуть начинает бешено двигаться внутри, вбивая мою спину в стену.

Это  что-то запредельное. Тело будто ошалелое отвечает на его мощные толчки сладкой дрожью. Стеночки обхватывают член, туго натягиваясь вокруг него.

Я громко стону, забывая о том, где мы находимся. Возбуждение усиливается с каждым новым движением его бёдер. Он удерживает меня на весу, жёстко вдалбливаясь всё глубже и глубже. Я бы подпрыгивала вверх от каждого толчка, но Эд надавливает мне на плечи, не давая отстраниться слишком далеко.

Он начинает пронзать меня всё глубже, двигаясь внутри как поршень.

Изо рта вырываются дикие крики.

- Да! О, дааа... - кричу я в последний раз, перед тем, как моё тело взрывается мощным и влажным оргазмом.

Эд присоединяется ко мне в нашем общем экстазе, начиняя моё лоно своим семенем.

Мы оба дрожим и тяжело дышим, а Эд не спешит выходить из меня, оставаясь внутри ещё какое-то время.

Он целует меня в пересохшие от частого дыхания губы и опускает на ноги.

Чувствую, как по бёдрам начинает стекать его сперма.

- Тебе понравилось, Ангел? - тихо спрашивает он, надевая брюки.

- Да, - смущённо опускаю глаза я.

- Привыкай, - усмехается мужчина. - Ведь теперь я не оставлю тебя в покое.

Ангелина

Мы выходим из клиники, и у порога нас встречает Макс.

- Ну что? - серьёзно спрашивает он.

Я открываю рот, чтобы ответить, но Эд опережает меня.

- Всё решили, - при этих словах он чуть сильнее сжимает мою ладонь.

Ничего не понимаю, но не перебиваю его.

- Решили? - поднимает брови Макс. - Что решили?

- Слушай, давай сначала в машину сядем и там обсу... - начинает Эд, но договорить он так и не успевает.

Потому что с разных сторон к нам приближается толпа людей с фотоаппаратами.

Внезапные вспышки слепят глаза, я закрываюсь от них руками, но это не помогает. Из-за ярких вспышек я теряюсь и не понимаю, куда мне нужно идти.

-Ангелина! - выкрикивает толпа. - Что вы делаете в клинике "Планирования семьи"? Вы беременны?

- Ангелина! - кто-то хватает меня за руку. - Вы профессиональная проститутка? Сколько берёте в час?

- Ангелина, улыбнитесь сюда! Вы состоите с Максимом Литвиновым в любовной связи? Вам заплатили, чтобы вы забрали иск?

Я теряю дар речи от потока провокационных вопросов.

Сильная рука ложится на моё плечо.

- Не теряйся, Ангел, - Максим подносит мою руку к своим губам и целует её. Нас тут же начинают фотографировать.

- Идёмте, - Эд тянет всех нас в сторону машины.

Мы запрыгиваем во внедорожник Максима и отъезжаем от назойливых репортёров. Впервые в жизни понимаю, для чего нужны тонированные стёкла. За ними очень удобно прятаться от любопытных глаз.

Эд находится рядом со мной на заднем сидении, держит за руку.

- Вот это мы подкинули им сплетен, - усмехается Макс. - Теперь заголовки всех газет будут пестрить предположениями о нашей троице.

Я чувствую себя, мягко говоря, неловко. Хочется со всем покончить раз и навсегда.

- Я хочу забрать иск и... - я делаю паузу и набираю в грудь побольше воздуха. - И после этого я возвращаюсь обратно в деревню. Без вас!

В машине электризуется воздух.

Эд и Макс молчат какое-то время, переваривая моё громкое заявление.

Я решила, что уеду ещё в клинике. Пока мы ждали результаты анализов, мне вдруг ужасно захотелось вырваться из всего этого безумия, разорвать порочную связь. Рядом с Максом и Эдом я перестаю мыслить трезво! Они изводят меня своими ласками! Подчиняют тело и волю... Нет. Так больше не может продолжаться! Я им не игрушка!

Эд хмурится. Темные брови сдвигаются к переносице. Но у него нет ни малейшего права злиться!

Ведь он даже Максу про ребёнка ничего не сказал! А я-то думала, что после нашей страсти в клинике он поступит иначе... Ладно, видимо, я ошиблась. У них вечно какие-то свои недомолвки! Я не хочу быть частью этих опасных игрищ. Достаточно! Теперь я должна думать не только о себе но и маленьком беззащитном комочке у себя внутри.

Слава Богу, что мама с братом сейчас в другой стране. У неё уходит очень много времени на реабилитацию братишки после операции, поэтому времени на русские новости у неё не остаётся. Не хочу, чтобы ещё и она оказалась в курсе моего падения.

- Как скажешь, Ангел, - неожиданно быстро соглашается Макс. - Не хочешь терпеть нас с Эдом, ну и ладно! Сейчас заберём заявление, а потом мы сами тебя отвезём обратно!

Я недоверчиво смотрю на Макса в зеркало заднего вида. Потом перевожу взгляд на Эда, который, сохраняя совершенно непробиваемое выражение пожимает плечами и кивает.

От такой лёгкой победы мне даже как-то не по себе становится... Быть может, они и не хотели, чтобы я в Москве оставалась? А сами спешили поскорее от меня избавиться?

Как бы там ни было, я рада, что всё произошло именно так. Без боя.

Они отказались от меня без боя. Отворачиваюсь к окну.

Мы быстро заканчиваем все дела. То в здание суда заезжаем, то в полицию. Везде всё решают мужчины, а я лишь подписываю нужные документы.

Когда мы снова садимся в машину, я чувствую себя очень уставшей и замученной.

Эд садится рядом.

- Поспи немного, - путь дальний.

Я киваю и опускаю голову на колени мужчине. Закрываю глаза... езда всегда меня убаюкивает, поэтому я и сейчас легко погружаюсь в забытье.

Просыпаюсь от того, что кто-то ласково проводит пальцем по моей щеке:

- Просыпайся, Ангел, - шепчет мужской голос. - Приехали.

Я открываю глаза и оглядываюсь.

Макс оборачивается и подмигивает мне.

Смотрю в окно и не понимаю, где мы находимся.

- Это не деревня, - восклицаю я. - Куда вы меня привезли?!

Быстро открываю дверь и выпрыгиваю наружу.

Мы припаркованы возле одноэтажного здания. Поворачиваю голову и вижу степь на несколько километров вперёд, а посреди неё несколько широких взлётных полос. А чуть вдалеке виднеется белоснежный... самолёт.

- Вы! Вы! - я выкрикиваю местоимение, чтобы избежать ругательств, рвущихся наружу. - Вы с ума сошли, если думаете, что я хоть куда-нибудь с вами полечу!

Ко мне подходит довольный Макс, и я бью его по плечу.

Эд идёт следом. В его лице я тоже не вижу ни малейшего намёка на раскаяние.

- В Москве стало слишком беспокойно, - усмехается Макс. - Поэтому мы с Эдом решили, что нам троим пора немного отдохнуть.

- А я?! А меня вы не посчитали нужным спросить?!

- Неа, - лицо Максима буквально источает самодовольство.

- Ну а я... - я подхожу к машине и складываю руки на груди. - Я с вами никуда...

Макс подходит ко мне и внезапно подхватывает на руки.

- Эй! Поставь меня! - я луплю его по спине. - Сейчас же поставь меня на землю!

- Обязательно поставлю, - отзывается мужчина. - Поставлю на землю королевства Испания.