Глава 32

Я начал действовать раньше, чем мы улетели на отдых. И без того долго сопли жевал. Не мог себе позволить прохлаждаться без дела вечно.

Сначала я отправил людей в квартиру Ксюши, в ту самую квартиру, где она жила с братом. Ее сжег Чернов. Дотла. Пришлось восстанавливать все с нуля. А еще я занялся документами. Паспорт, свидетельство о рождении. Бумаги оказались уничтожены. Надо было с этим разобраться, иначе я бы не смог устроить девчонку в университет. Туда требовались документы, без этого ни за какие деньги на учебу не оформить.

Я не знал, где именно Ксюша хочет учиться, поэтому решил, она должна сама сделать выбор. Лично отобрал лучшие учебные заведения страны и предоставил ей список на следующее утро.

— Что это? — не поняла девчонка.

— Ты же хотела вернуться на учебу, — пожал плечами. — Выбирай. Любой университет. Любой факультет. Решение за тобой. Никаких ограничений.

— Почему ты вдруг предоставляешь мне выбор?

— А почему бы нет?

— Это не в твоем стиле, — она нахмурилась. — Ты сам всегда решаешь, вопросы не задаешь, просто делаешь и ставишь перед фактом.

— Ну я мог бы измениться.

— Люди не меняются, Амиран.

Она во всем искала подвох. Не расслаблялась. Смотрела в мои глаза так внимательно, будто в самую душу заглядывала.

— Бывают же исключения, — ответил я.

Ксюша ничего не ответила. Но радовало уже то, что от моего предложения с учебой она отказываться не стала. Увидев свои документы, девчонка просияла. Я отлично понимал причину такой реакции. Получив бумаги, она ощутила больше уверенности. Наверняка уже мысленно представляла, как свалит от меня.

— Если тебе что-нибудь нужно, говори, — сказал я. — Все выполню. Мать моего ребенка должна быть счастлива.

— Мне ничего не нужно.

— Не желаешь обращаться ко мне — скажешь моему помощнику.

Пусть не думает будто я просто ищу повод больше общаться. Хотя да, блять, именно так и есть. Я бы мечтал повязать нас как можно большим количеством самых разных нитей. Я бы жаждал привязать девчонку к себе раз и навсегда.

Но я понимал, надо дать ей свободу. Нельзя зажимать. Я и так загонял ее в угол. Казалось, один мой взгляд ее напрягал. А я не хотел, чтобы она снова от меня удирала.

— Докладывай, — приказал помощнику, когда увидел, как тот мнется в дверях. — В чем дело? Моя женщина дала тебе распоряжения?

— Не совсем, — выпалил тот. — Она просто спрашивала насчет своего покойного брата, есть ли какая-нибудь информация.

— И что?

— Николай. Так его зовут. Как я выяснил, этого мужчину убил Самсонов.

— Я знаю, как его зовут, — оборвал бессвязный поток. — Что тут выяснять? И то, что этот ублюдок мертв, я тоже отлично знаю.

— Тогда как мне быть? — побледнел. — Что сказать вашей женщине? Я не вполне понял, чего она хотела.

Зато я понял. Пусть брат Ксюши и был подонком, она хотела его нормально похоронить. Дьявол, я мог сам догадаться раньше.

— Нужны похороны, — сказал помощнику. — Организуй все.

— Но как…

— Выполняй, — оборвал. — Найди останки. Устрой погребение. А если не справишься, то я тебя сам закопаю. Живее! Все, двигай отсюда.

Ксюша поехала на кладбище. Я последовал за ней, но держался в стороне. Даже из тачки не вышел, просто следил, наблюдал.

Девчонка обернулась. Почуяла, что я здесь. Посмотрела прямо на меня. И плевать, что нас разделяло несколько километров и тонированное стекло.

Лишь только церемония погребения завершилась, Ксюша направилась ко мне. Отослала всю охрану, всех помощников. Двинулась прямо к автомобилю, остановилась, и я опустил стекло.

— Спасибо, — тихо сказала девчонка.

Я кивнул. Не знал, что сказать. Хорошие слова про ее покойного брата на ум не приходили, а плохие я придержал.

Собаке собачья смерть. Этому уроду повезло, что с ним поквитался Самсонов, а не я. Ничего хорошего такая паскуда не заслуживала.

Но я понимал, Ксюша связана с ним по крови. Считай, отдает семейный долг. Родню не выбирают. Упокоить эту гниду и правда стоило. Просто еще гораздо раньше. Задолго до того, как Самсонов с ним покончил. Тогда бы все могло сложиться иначе.

— Поехали, — предложил я и открыл дверь.

Она молча заняла сиденье.

— Ты помог приюту? — спросила девчонка, когда тачка уже тронулась с места. — Я сегодня общалась с Еленой. Она сообщила, им на счет пришла астрономическая сумма. Таких пожертвований прежде никогда не поступало.

— Да? — пожал плечами. — Видно, им повезло.

— Это ты, Амиран?

— Я ничего не отправлял.

— Твой помощник?

Вопрос оставил без ответа. Не хватало еще таким хвастать.

Я занимался работой, а Ксюша готовилась к учебе. Впрочем, моим предложением насчет магазинов одежды она тоже воспользовалась. Правда, в основном она купила вещи для дочери, выбрала множество самых разных нарядов для Сони. Что-то на сейчас, что-то на будущее.

Вечером я застал девчонку перед зеркалом. Она уложила нашу малышку спать и теперь примеряла свои наряды. Вертелась и разглядывала свое отражение.

Я застыл на пороге. Двинуться не выходило. Ни назад отступить не мог, ни вперед шагнуть и заключить Ксюшу в кольцо своих рук.

Нельзя. Не сейчас.

Она не готова. Сразу оттолкнет меня, обдаст холодом. Вырвется, приложит взглядом и отвернется.

Но блядь, как же сильно и дико тянуло туда. К ней. И не ради секса, не ради сброса похоти. Сперму я мог бы слить с кем угодно. С ней же хотелось иначе. Совсем по-другому.

Я бы желал ее прижать к себе. Притянуть ближе, плотнее. Прочувствовать ее тепло голой кожей, поймать дыхание, уловить удары пульса.

Дьявол. Я бы слушал удары ее сердца и понимал, что сам чертовски живой.

Но торопиться не стоило. Пусть привыкнет, пусть примет меня.

Девчонка застыла. Она заметила мое отражение в зеркале. Наши взгляды скрестились. И все. Ксюша обомлела, даже бледнее стала, напряглась.

Я резко развернулся и поспешил обратно. Перед глазами четко стояло ее искаженное лицо. Было видно, как она «рада» меня видеть.

Дебил. Какого шанса я ждал? Девчонка никогда не позволит мне приблизиться. На отдыхе ничего не поменяется. Мы можем поехать куда угодно. Плевать. Ее отношение останется прежним.

Стоит мне появится рядом — она сразу на взводе. Напряжение осязаемо. Видно любому, кто взглянет.

Я старался отвлечься, как умел. Загружал себя рабочими задачами. Пытался забыть о том, что она близко. Совсем рядом. Пытался не думать, как легко и просто я бы мог ее взять. И не важно каким образом. Насильно? Пускай!

Она заслужила. Динамит меня раз за разом. Да какого хрена?

Я сжал кулаки. Челюсти заскрежетали. Внутри саднило.

Конечно, я понимал, что ничего не сделаю. Не наброшусь на нее, не возьму против воли. Если сейчас совершу нечто подобное, это будет ошибкой.

Ксюша такое уже точно не простит.

Я гасил тьму в себе. День за днем. Дрессировал себя, муштровал. Я пробовал убедить себя, что шанс есть. Не все потеряно. Главное — упорство.

Я всегда добивался желаемого. Никаких исключений. Я шел к цели, не видел никаких преград.

Ксюша будет моей. По доброй воли. Другие расклады я даже не рассматривал. Отметал. Обрубал на корню, попросту не давал темным мыслям прорасти.

Прошло всего пару дней, а мне казалось, миновала целая вечность. Единственное, что удерживало от окончательного безумия, это моя дочь.

Я старался проводить больше времени рядом с Соней. Стоило посмотреть в ее яркие сверкающие глаза — мир вокруг переставал иметь значение. Я обо всем забывал.

Бизнес? Враги? Дела? Реальность подождет. Я протягивал руку, и малышка хватала меня за палец, цеплялась крепко и улыбалась.

Кажется, она начинала ко мне привыкать.

— Соня, — шептал, глядя на нее. — Ты уже чувствуешь свою власть, да? Соня, ты понимаешь, какая сила у тебя есть?

Мелкая, а уже мой хребет может выдрать. Одним взглядом. Одной улыбкой.

Она улыбалась мне. Да, точно. Улыбалась. Сперва я думал, мне просто почудилось, показалось, но нет, малая реально заулыбалась. А вот Ксюша хмурилась. Ей явно не нравилось то, как мы с дочкой находили общий язык. Бьюсь об заклад, ей вообще не хотелось, чтобы я возле ребенка появлялся.

— Завтра мы выезжаем, — сказал ей за ужином.

— Я помню, — сухо ответила она.

Круто. Нас ждет просто охуительный отпуск. Я уже предчувствовал, как жестко обломаюсь со всеми своими планами, но сдаваться не собирался.

* * *

В конце недели мы вылетели в Тенерифе.

Испания встретила нас солнцем и отличной погодой. Я купил дом на берегу. Совсем новый, стройку только закончили. Пляж тут был отдельный. Закрытая территория.

— А тут что, больше никого нет? — удивилась Ксюша.

— А кто тебе нужен? — бросил хмуро.

— Никто, — пожала плечами и снова оглянулась по сторонам. — Просто не понимаю. Где все отдыхающие?

— Частный пляж, — произнес отрывисто. — Сюда нет доступа всем подряд.

— Ясно, — помрачнела она.

Я чуть от злобы не задохнулся. От жгучей ревности.

Да какого черта? Она всерьез думала, будто я позволю ей рассекать полуголой перед посторонними мужиками? Надеялась, что сумеет сверкать задом рядом с чужаками?

Хм, так может для этого и наряжалась? Платья выбрала. Купальники.

Кайфовый расклад. Лучше не придумать.

Сам не знаю, как от срыва удержался.

— Я разомнусь, — сказал ей. — Сделаю несколько заплывов.

Она и не глянула в мою сторону. Только плечом небрежно дернула. Отвернулась, изучая пейзаж.

Я двинул к воде, по пути сбрасывая одежду.

Телефон завибрировал.

— Да, — рявкнул я, принимая вызов.

Вопрос оказался срочный. Я не мог послать своего помощника в пекло. Пришлось сменить курс, отойти в сторону и долго разбирать вопросы по телефону.

Когда разговор был закончен, мне уже не хотелось никаких заплывов. К ней тянуло. К моей Ксюше.

Надо искать подход. Осторожно. Мягко. Хитро. Надо действовать, а не просто ждать черт разберет чего.

Я задумался.

У нее светлая кожа. На солнце быстро сгорит. Вот и стоит натереть ее солнцезащитным кремом. А лучше — масло. Хорошенько смазать.

Одни лишь долбанные мысли будоражили.

Я направился обратно, прикидывая, как бы ее уломать. Умаслить. Ха. Да. Именно так. Пройтись ладонями по телу. Размять. Расслабить.

Меня ждал сюрприз.

— Где ты, черт побери, был? — выпалила Ксюша, бросаясь ко мне как разъяренная кошка. — Куда подевался?

— Никуда, — пожал плечами. — Здесь прошелся.

— Ты сказал, что плавать пойдешь, — выдала она, и только теперь я заметил, как странно блестят ее глаза. — И пропал!

— Да мне позвонили, я вопросы решал.

— Мог бы сказать, — закусила губу и отвернулась. — Все, не важно. Теперь я пойду плавать.

— Стой, — поймал ее за талию, развернул лицом к себе. — А ты что, выходит, потеряла меня? Запереживала?

— Вот еще, — фыркнула. — Размечтался.

— Эй, ты чего? — пригляделся. — Ты же чуть не плачешь?

— Оставь эти фантазии при себе, — оборвала меня. — Больше до слез не доведешь. Все, отпусти.

— Ну нет, так дело не пойдет, — лишь крепче ее прижал. — Вместе пойдем. Тут глубоко. И еще надо тебя смазать.

— Чего? — зашипела.

— Маслом, — пояснил я. — От солнца. Думаешь, я начну приставать? Нет. Только по делу трону, руки распускать не стану.

* * *

— Не нужно меня трогать. Ни по какому поводу, — я сжала ладони в кулаки. Старалась говорить ровно, но голос предательски дрожал. Чертов Амиран.

Всего лишь пару минут назад я бегала по пляжу и с диким волнением всматривалась в воду. Уже была готова кричать и звать на помощь, хотя на этом чертовом пляже не было никого, кто смог бы хоть что-то сделать, а Амиран, проклятье, просто отошел поговорить по телефону.

Меня до сих пор трясло, но я не понимала почему. Конечно, сам факт того, что человек мог утонуть, ужасен. Кто бы не тонул, я бы в любом случае переживала и изо всех сил пыталась бы помочь. Вот только, даже после того, как я увидела, что с Палачом все хорошо, все равно не могла прийти в себя.

Сознание до сих пор обвивала едкая паника и я все еще ощущала привкус ужаса, который возник в тот момент, когда я всматривалась в воду и, не видя там Амирана, думала, что его, возможно, уже нет.

Качнув головой, я попыталась прогнать эти мысли и, развернувшись, пошла к воде.

— Я иду плавать, — сказала, больше не смотря на Амирана.

Дьявол, да все хорошо с ним. Он тут. Не утонул. Жив и здоров.

— Подожди, Ксюш, — Амиран взял меня за руку и от этого соприкосновения по коже пробежали мурашки. Горячие, словно раскаленный метал и острые словно миллиард иголок. Да что со мной такое?

— Я уже сказал, что там глубоко и одна ты не пойдешь, — он обернул меня к себе. — И ты сгоришь на солнце. Где у тебя крем? Или масло? Чем ты там мажешься.

— Я уже сказала, что не нужно прикасаться ко мне, — я выдернула свою руку и попыталась унять дрожь.

— Что с тобой такое? Я просто хочу помочь тебе. Намажу маслом и все.

— Не нужно. Просто не нужно.

Я несколько раз качнула головой и пошла к воде. Перед тем, как войти в нее, бросила взгляд на пляж. Соня сейчас была с няней. Я постепенно привыкла к этой женщине. Да, все еще переживала за дочь, когда она была не со мной, но все же Ольга была очень ответственным человеком. Сейчас она с Соней сидела под навесом неподалеку от самого дома. Дочь как раз заснула и женщина, находясь рядом с ней, читала книгу.

Я зашла в воду. Она была немного прохладной, но в такую жару это даже казалось приятным и, чем глубже я заходила, тем спокойнее мне становилось. Я отвлекалась.

Это место казалось мне раем. В тот момент, когда я жила с Колей, в вечном страхе и словно в тисках, никогда бы не поверила в то, что смогу хоть раз побывать на таком пляже и сейчас у меня создавалось ощущение, что я попала в совершенно другую вселенную. Тут все было совершенно другим.

Вот только, вся атмосфера улетучилась, когда я не заметила камень и, спотыкнувшись о него, чуть не ушла под воду. Палач подхватил меня, а ведь я даже не заметила того, что он пошел за мной, но сейчас отчетливо ощутила, как Амиран, не давая мне упасть, прижал к своему телу.

Сердце забилось так, словно в нем раздались разряды тока и из-за соприкосновения обнаженной кожи к коже, вода уже ни черта не казалась прохладной. Тело слишком сильно запылало и даже стало жарко.

— Тебя ни на шаг нельзя отпускать, — глубокий голос Амирана пробрался в сознание и я замерла. Почему-то растерянная и не в состоянии сделать ни одного движения, но отчетливо ощущающая то насколько сильно напряженным сейчас было тело Палача.

И черт, он был возбужден. Я отчетливо ощущала огромный, твердый член, упирающийся мне в поясницу. Но Амиран на этом не акцентировал внимание и я тоже ничего не стала говорить.

— Я, наверное, лучше вернусь на пляж, — почему-то мой собственный голос внезапно стал осипшим.

Амиран немного сильнее прижал к себе и огоньки обожгли кожу, но внезапно мужчина разжал руки. Отпустил меня.

— Возвращайся. Я пока пойду поплаваю.

Я кивнула и уже более осторожно пошла обратно к песку. Выйдя из воды, села на него и пальцами начала приглаживать волосы. Жаль, что я так же не могла поправить свои мысли, которые сейчас бушевали.

Я неотрывно смотрела на то, как Амиран плавал. Миллиард раз повторяла себе, что мне следует отвернуться, но все так же наблюдала за ним. А Палач, судя по всему, решил устроить олимпийские заплывы. Я еще удивлялась откуда у него столько сил. Я бы сразу выдохлась.

Постепенно солнце поднималось все выше и я решила, что пора возвращаться в дом. Иначе, действительно сгорим.

— Мы с Соней уйдем в особняк, — сказала Амирану, когда он вышел из воды.

— Я тоже иду.

Я кивнула и пошла к дочке, чувствуя, что мужчина шел позади меня.

— Ты красная.

— Да? — я опустила взгляд и посмотрела на себя. — Наверное, немного загорела.

Я забрала Соню и вернулась в здание. Сразу пошла в отведенную для меня и дочери спальню, стараясь избегать Палача. Мне все еще не нравилось то, что происходило между мной и им. Я не воспринимала то, что начинало бурлить в груди.

Я сама себя не понимала.

Наверное, в какой-то степени Амиран не такой уж и плохой. Все же он не дьявол без души.

Он помог с похоронами Коли и, чтобы Палач не говорил, я уверена, что те деньги, которые анонимно пришли в приют, на самом деле были от него.

Амиран не отказался от дочери, хотя именно этого я и ожидала. Он признавал ее своей и именно так и относился к Соне.

То есть, в нем действительно есть нечто хорошее и уже сейчас я верила в то, что мы действительно можем мирно сосуществовать.

Но только не вместе.

К женщинам у Палача особое отношение и я сомневалась, что ко мне оно будет каким-то особенным. Может, пока что ему все это интересно, но подобное точно временно, а я не хочу потом собирать себя по частям.

Соня как раз проснулась. Я ее покормила и до вечера проводила с ней время.

Постепенно я начинала ощущать нечто странное. Кожу сначала начало покалывать, а потом она вовсе запылала. Посмотрев на себя в зеркало, я увидела, что вся была красной. Черт, я все-таки сгорела на солнце.

Из-за этого даже не пошла на прогулку с Соней. Отпустила ее с няней, а сама, будучи одетой в майку и шорты, крутилась перед зеркалом, пытаясь намазаться кремом. Может, хоть так полегчает.

Услышав стук в дверь, я обернулась и посмотрела на нее.

— Входите, — я подумала, что это няня вернулась. Заволновалась, ведь они с Соней только ушли на прогулку, а, значит, должны были не скоро прийти обратно. Может, дочь начала капризничать?

Но, когда дверь открылась, я увидела Амирана. Посмотрев на меня, он приподнял бровь, а потом нахмурился.

— Сгорела? Я же говорил, что нужно тебя намазать, — захлопнув дверь, он зашел в комнату и взял тюбик с кремом, который я поставила на стол.

— Не нужно. Я сама.

— Сама не сможешь, — он сказал так, что сразу стало ясно — спорить с ним бесполезно. Амиран окинул взглядом комнату. — Где Соня?

— На прогулке. Они с няней только недавно ушли. Слушай, не нужно. Я сама справлюсь.

— Я только намажу тебя кремом и все.