Глава 15. Вика

– Никто! – бросаю полный злости взгляд на Давида. Жду. Он нехотя убирает руку, позволяя мне выйти.

Поджилки трясутся, страшно до жути! Но мне нельзя показывать эмоции. Дава слишком хорошо меня знает, считает их в два счета и снова причинит невыносимую боль.

Только на этот раз я не уверена, что смогу ее выдержать. Особенно с малышом от него под сердцем.

– Я сосед, – разворачивается лицом к Марку, пристально смотрит на брата Инги. – Услышал подозрительные звуки и зашел поинтересоваться, все ли в порядке.

– Не переживайте. Все под контролем, – коротко отвечает Торковскому Марк. – Вика, ты идешь? – спрашивает, уже обращаясь ко мне.

– Да, – удаляюсь как можно быстрее от Давида. Я не готова сейчас выяснять с ним отношения. – Конечно иду.

Ни о чем не подозревающий Марк перекидывается с Давидом несколькими общими фразами, дожидается, пока освободим квартиру, и закрывает ее. Ждем лифт.

– Так с какого этажа, вы говорите? – интересуется у Торковского.

– С соседнего подъезда, – врет в наглую тот. – Было слышно через стену.

Дава говорит настолько убедительно, что даже я готова поверить ему. Вот он, истинный профессионал своего дела.

Эх… Не раскусил бы меня. Только бы не раскусил!

Как назло, приезжает пассажирский лифт. Но делать нечего, пешком ведь не будешь спускаться.

Захожу в кабинуи тут же оказываюсь зажатой между двух мужчин. И если от близости Марка не испытываю ровным счетом ничего, то от легкого прикосновения к Давиду сносит крышу.

Слышу за своей спиной шумный резкий вдох. Кусаю губы, чтобы не заулыбаться.

Неужели стальной и несгибаемый Давид дает трещину в своей сдержанности и своем гребаном рационализме?

Да нет. Быть такого не может. Не верю!

Стою не дыша, отсчитываю секунды. Только двери открываются, как я выскакиваю из кабины, словно меня ошпарили.

– Вик, все в порядке? – спрашивает у меня Марк.

Дава ухмыляясь проходит мимо. Зараза! Вот нафига приперся? Без тебя ж нормально жить начала!

– Да, – мило улыбаюсь Ермолаеву. – Уже поздно. Ты сможешь меня до дома подвезти? – говорю намеренно громко. Специально для некоторых! Пусть не выдумывает того, чего нет! Или есть?..

– Это даже не обсуждается! – заверяет Марк, подводя к своей машине. Галантно открывает передо мной дверь. – Прошу.

Забираюсь в салон спортивной машины, мне здесь не особо комфортно. Особенно учитывая пристальный взгляд карих глаз, чей обладатель смотрит мне в спину.

Конечно, можно отказаться и добраться до квартиры Тамары Львовны на такси, но я не знаю адреса Инги. Да и дорого будет. А у меня сейчас каждая копейка на счету.

Уж пусть лучше Марк отвезет. Так безопаснее.

– Странный тип, – заключает Ермолаев, как только мы выезжаем на шоссе.

– Есть немного, – уклончиво отвечаю. Не хочу углубляться в эту тему, мне и без того плохо. – Как Инга? Какие прогнозы врачей?

– Она пришла в себя.– Выдыхаю. Это ведь не может не радовать! – Медики заверяют, что это уже успех.

– Да ладно? – изумляюсь.

– Там все очень серьезно, Вик, – приоткрывает печальную правду. – Инга чудом выжила. Если бы не ее извечный детокс или как там ваши чистки организма называются? – бросает на меня беглый взгляд. – Страшно подумать, чем все могло закончиться.

– Все будет в порядке. – пытаюсь подбодрить мужчину. Но сама понимаю, насколько пусты мои слова.

Вспоминаю, как едва не погиб племянник. Как все мы переживали, не спали ночами в ожидании новостей. Это было ужасно…

На жизненном пути я столкнулась с различными бедами и трудностями. И как никто другой понимаю переживания Марка.

– Твоя сестра сильная и упертая, – продолжаю попытки достучаться до мужчины. – Вот увидишь! Она совсем скоро выйдет из больницы и снова начнет всех нас строить, – улыбаюсь. – Инга ведь не допустит, чтобы мы долго пробыли без ее тотального контроля.

– О да! – Тревога Ермолаева постепенно уходит. – Если ей сказать, что ты не справляешься с организацией юбилея, то завтра же примчит.

– Угу, – тихонько смеюсь. Переглядываемся с Марком. – Все у нее будет хорошо, – заверяю. – Вот увидишь!

– Конечно будет, – произносит с горькой ухмылкой. – Теперь-то я точно глаз с нее не спущу.

Ох, как эта ситуация мне знакома! Глаз он не спустит. Угу…

– Там за нами никто больше не едет? – зачем-то задаю дурацкий вопрос. Ермолаев переводит взгляд от дороги на зеркало заднего вида.

– Нет, – отрезает. Молчит.

В автомобильном салоне играет легкая музыка. Я не знаю исполнителя, но мелодичность завораживает. Слушаю и наслаждаюсь. Пытаюсь хоть немного взять разбушевавшиеся эмоции под контроль.

– Так ты знаешь тех, кто ехал за нами? – Спустя несколько минут Марк нарушает тишину.

– Думаю, да, – киваю. Нет смысла отпираться и строить из себя саму невинность. Мне как никогда нужен друг.

– Поделиться не хочешь? – хмурится. Вижу, что искренне переживает за меня.

– Честно? – смотрю на мужчину. – Пока не готова, – вздыхаю. – Мне сложно даже думать об этом. Не говоря уже о том, чтобы с кем-то делиться.

– Давай так, – обращается ко мне после небольшой паузы. – Если вдруг нужна будет моя помощь, то не стесняйся. Звони, пиши в любое время суток. Согласна?

– Согласна, – сдержанно улыбаюсь.

Мое сердце переполняет благодарность. Жаль, что помимо нее к сидящему рядом мужчине у меня ничего нет.

Подъезжаем к дому Тамары Львовны. Ермолаев скептически осматривает видавшее виды здание, переводит взгляд с него на меня.

– И ты здесь живешь? – спрашивает, не веря своим глазам.

– Снимаю комнату в квартире, – говорю честно. Смысл врать?

Нужно видеть глаза Марка, когда от слышит мой ответ. Они у него округляются от удивления.

– Так не пойдет! Завтра же переезжаешь! У тебя сегодня вечер сбора вещей! – отрезает жестко.

На мгновение пугаюсь, не ожидала от него такого напора. Но потом выдыхаю. Это всего лишь Марк.

– Ты меня услышала? – смотрит пристально.

– Угу, – киваю. Снова ловлю себя на том, что против воли улыбаюсь.

Вот такой рядом со мной теперь есть человек. Который улыбку вызывает.

Жаль, что мое сердце замирает при виде совсем другого мужчины. И с этим я ничего поделать не могу.

– Спасибо, что подвез, – поворачиваю голову, чтобы поблагодарить Марка, и мое внимание привлекает мужская фигура. Сердце уходит в пятки. Давид.

Ермолаев хочет выйти и открыть мне дверь, но я его опережаю. Бегло прощаюсь и как можно быстрее выхожу из салона. Спешу в подъезд.