Глава 34

— Куда мы едем? — Нервно спросила я Андрея, который выруливал по иной дороге, нежели той, что ведет к моему дому. — Ты забыл, где я живу? Может, заблудился? Прошу, оставь свои выходки, я устала, хочу отдохнуть. Целый вечер я терпела твою наглость, не дававшую в полной мере насладиться обществом хороших людей. Имею в виду твоих родителей. Теперь же мне нужен покой. Завтра снова на работу, надо набраться сил.

— Наберешься. В моем доме. — Ухмыльнулся Андрей.

— Это шутка, что ли? — Возмутилась я, гневно испепеляя взглядом ненормального, устроившегося за руль. — Мы не договаривались! К тому же, и так достаточно времени провели вместе. Хочу побыть одна!

— В следующий раз побудешь. Сейчас выполнишь то, что хочу я. — Невозмутимо произнес Андрей, даже ни на секунду не сомневаясь в правильности поступка. Он мельком взглянул на меня и не убирая с лица довольную усмешку, заговорил… нет, запел, сладким голосом. — Римма, неужели ты в самом деле думала, что я оставлю безнаказанным твое безрассудство? А ведь ты весьма опрометчиво поступила, когда позволила себе ударить меня ногой ниже пояса.

— Я предупреждала тебя! Ты меня отказывался слушать! Сам виноват. — Повысила тон я. — Все, разворачивай, иначе я выпрыгну из машины!

Зря я это сказала. Андрей прибавил скорости. Видимо, решил, что я в действительности способна на такое действие.

— Ну, что, прыгаешь? Тебе помочь открыть дверцу? — Рассмеялся Андрей, словно отпустил супер веселую шутку. — Только у меня нет запасной подушки безопасности, придется приземляться на свое собственное мягкое место.

— Какой же ты… ужасный! — Выпалила я, хотя на языке вертелось слова похлеще. — Если ты задумал повторить то, что когда-то произошло в библиотеке, я буду вынуждена на тебя заявить. Мне все равно на последствия, но я добьюсь справедливости! Не может быть, чтобы на твои издевательства правоохранительные органы закрыли глаза.

— Ты думаешь, поверят на слово? — Удивился моей наивности Андрей. — Я способен сделать все аккуратно и без лишних телодвижений. Доказательств у тебя не найдется.

Я хотела ему наговорить кучу гадостей, сильно разозлившись на него, но тут автомобиль резко остановился.

— Приехали, красавица. Выходим. — Андрей вытащил ключи из замка зажигания и вылез из салона, громко хлопнув дверцей. Обойдя с другой стороны, открыл передо мной дверь и протянул руку. Я никак не отреагировала на жест. Продолжала упрямо смотреть перед собой. Пусть простоит хоть целую вечность, я не собираюсь следовать за ним. Но у Андрея так не считал. Он приблизился и наклонившись, поднял меня на руки. Я не ожидала подобных действий и машинально обхватила шею Андрея, чтобы не грохнуться случайно. Также пришлось склонить голову во избежание столкновения с крышей автомобиля.

Андрей ногой закрыл дверцу и включил сигнализацию. Затем не обращая внимания на мои гневные взгляды, которыми я хотела прожечь дыру в подбородке мужчины, Исаев понес меня в сторону своего дома.

— Андрей, если ты не в курсе, то ты стал похитителем. Тем, кто против воли удерживает другого человека. — Напомнила я, отчаявшись, что мои слова хоть как-то подействуют на несуна.

— Да, действительно, я похищаю тебя до завтрашнего дня. — Отозвался Андрей, быстро отворив входную дверь особняка, и войдя вместе со мной внутрь. — Советую вести себя покладисто, иначе мне придется заняться твоим перевоспитанием.

— Какая наглость! Это не в какие рамки уже… — Возмутилась я, ударив мужчину по плечу. — Ты меня выкрал, и я еще должна принять смиренно свою участь! Ей-богу, я вне себя от негодования!

— Возмущаться можешь сколько угодно. Я все равно не отступлюсь. — Заявил Андрей, не сворачивая с намеченного пути. Покинув холл, он стал подниматься по лестнице на второй этаж.

Я не оставляла попыток слезть с рук Андрея, но он крепко удерживал меня, не позволяя отодвинуться.

— Хватит! Не дергайся, иначе свалимся вниз. — Прикрикнул Андрей, вынуждая меня присмиреть. Все-таки с загипсованной шеей мне долгое время находиться не прельщало.

Совсем скоро мы зашли в темное помещение, которое в итоге оказалось спальней хозяина дома.

Андрей хлопнул дверью и загорелся свет. Я всмотрелась в окружающую обстановку и удивленно подняла брови.

Это ж надо собственную спальню превратить в помещение, больше напоминающее королевские апартаменты, нежели личную комнату простого человека. На глаз не могла определить сколько здесь квадратных метров, но комнатище явно было немаленьким. Сюда бы уж точно поместился наш отдел продажников.

— Добро пожаловать в мою комнату утех. — Самодовольно улыбнулся Андрей, глядя на мое удивленное выражение лица. — Хоть ты не первая кого я привожу, но зато задержишься надолго. Дольше, чем остальные.

Слова мужчины прозвучали параллельно со звучным хлопком по моей попе. Это заставило меня очнуться от созерцания обстановки и прийти в себя.

Я задергала ногами, чтобы заставить наконец Андрея поставить меня на пол. На сей раз мужчина не удерживал меня, а поставил на ноги. Я отошла от него, не сводя напряженного взгляда.

Андрей с наглой улыбкой стал снимать с себя верхнюю одежду, которую сбрасывал на близстоящий стул. Не нужно было быть гадалкой, чтобы понять, что задумал Исаев.

Я не могла наблюдать за тем, как этот мужчина раздевается передо мной. Он ведь не ограничится верхней одеждой, а голым его видеть вовсе не хотелось.

Не сдерживая порыва, я бросилась вперед. К Андрею. Вцепилась пальцами в его руки, норовящие сбросить с себя очередную вещь.

— Андрей… — Начала я, и в глазах само собой стала накапливаться влага. Не хватало разрыдаться перед Исаевым. Показать собственную слабость слезами не должна была допустить ни в коем случае! Но буря эмоций подталкивала меня именно к этому. Сдерживаться не было сил. Предательские капли сами потекли по щекам.

— Римма, твои всхлипывания на меня не подействуют. Женские слезы что вода. Никакого сочувствия не вызывают. — Произнес Андрей, поддевая двумя пальцами мой подбородок и глядя в заплаканное лицо.

В следующее мгновение Андрей отталкивает от себя мои руки, отстраняя их от лацканов пиджака. Затем развернув меня к себе спиной и подтолкнул. До самой кровати оставалось еще некоторое расстояние, поэтому я оказалась в центре комнаты.

Постояв немного, я все же повернулась лицом к Андрею. Он сложил руки перед собой и с полуулыбкой приказал:

— Раздевайся. Пора взглянуть на то, что по договору принадлежит мне.

* * *

— Нет. — Полушепотом ответила Римма, встречаясь со мной взглядом. Сначала слова прозвучали нерешительно, но потом девушка добавила более громко и уверенно: — Нет!

Нужно было видеть, как Римма высоко задрала голову, будто пыталась что-то рассмотреть на потолке.

Надо же, эдакая горделивая королева, которая оказалась недовольна выполненной работой своего слуги и теперь пытается отправить его восвояси.

Кажется, стоит напомнить нахалке, кто есть кто. Видимо, она совсем позабыла на чьей территории находится, и кто имеет полное право распоряжаться ее судьбой.

— Нет? — С насмешкой повторил я слова, только что сорвавшиеся с уст моей пленницы. Я рассмеялся, окидывая взглядом с ног до головы девушку, осмелившуюся мне в чем-либо отказать. — Не заставляй меня применять силу. Я устал постоянно предупреждать тебя вести себя покладисто. Мое терпение не безгранично. Хочешь узнать, в конце концов, на что я могу быть способен?

— Если подойдешь ко мне хоть на шаг, я за себя не ручаюсь! Клянусь, я стукну тебя! — Римма выпалила эту фразу на одном дыхании. Похоже, она отважилась произнести фразы так быстро, чтобы случайно не остановиться на полуслове и не передумать высказать все, что задумала.

Я обратил внимание, как высоко вздымалась грудь девушки, а глаза широко распахнуты. Перестала держать осанку, напротив, ссутулилась, приняв защитную стойку перепуганного зверька.

От горделивости королевы не осталось и следа.

Римма чересчур взволнована. У нее был испуганный вид, который бы в другой раз меня бы остановил, но не сейчас. Ведь своей репликой она бросала мне вызов, а не принять его я не мог.

— Стукнешь? Меня? В моем собственном доме? Неслыханная дерзость. — Не вняв ее предупреждений, я с не сходящей с лица улыбкой, расправил плечи и выступил вперед.

— Не подходи, Андрей! Я сделаю так, чтобы ты меня не потревожил! По крайней мере, сегодня. — Угрожающе прикрикнула Римма и сделала шаг к тумбе.

— Эй, а-ну, стой! — Поняв ее намерения, выставил руку и быстрым шагом направился в сторону Риммы, но я не дооценил ее реакцию. Она быстренько оглянулась и схватила с тумбы внушительных размеров прикроватную лампу. Дернула так, что прибор оказался в ее руках вместе со шнуром, выдернутым из розетки. Римма сделала несколько взмахов из стороны в сторону лампой, показывая серьезность своих намерений. А с виду такая хрупкая девушка казалась. На самом деле утонченностью никакой не пахнет. Возможно, страх придал ей сил, раз с особой легкостью размахивала увесистой лампой.

— Отойди и дай мне уехать домой! — Ничуть не уменьшая гнева, Римма держала орудие, которое в любой момент могло полететь в меня или же она с удовольствием приложила его к моей голове. — Мне осточертело все это! Я отыщу способ от тебя избавиться раз и навсегда! Найду деньги, чтобы выплатить мамин долг. Лучше стану содержанкой какого-нибудь богатого старика, который отнесется ко мне с уважением, нежели разделю постель с тобой, негодяем и подлецом!

— Ничего у тебя не выйдет. — Произнес я сквозь стиснутые зубы, угрожающе двинувшись в сторону Риммы. Ее слова задели мое самолюбие, что я ни о чем другом думать не мог, кроме того, как бы заполучить эту наглую девицу. Вздумалось променять меня на какого-то старикана? Не бывать этому! — Ты моя и ничья больше. Только я вправе дотрагиваться до тебя столько, сколько пожелаю.

— Черта с два! Я принадлежу сама себе и тебе-то уж так просто не дамся! — Огрызнулась Римма и лампа вновь качнулась у нее в руке. Это движение подало мне сигнал атаковать, и я не сдержался кинулся на девушку.

Римма не ожидала от меня подобного выпада и с громким ахом, покачнулась, едва не обронив лампу, которая как ей казалось, ее надежно защищала от меня. Я воспользовался замешательством Римме, и одним ударом руки выбил лампу, отлетевшую и ударившуюся о стену. После звонкого стука свет в комнате погас.

Я чертыхнулся.

Дурацкой идеей была функция автоматического включения и выключения освещения при соответствующем звуке. Система как раз сработала на падение лампы и теперь я стою, как дурак в темноте, а где-то рядом находится трясущаяся девица, имевшая наглость пугать меня тяжелым предметом, норовящим соприкоснуться со мной.

Я хлопнул в ладоши и свет тут же замерцал, показывая обстановку, царящую в комнате.

Я быстро осмотрелся и обнаружил Римму, которая успела подползти к двери. Вот негодяйка! Сейчас ты меня получишь свое! Я покажу тебе, «богатого старика».

Римма посмотрела на меня идущего к ней и тут же чертовка хлопнула в ладоши, намеренно провоцируя выключение света.

О, как меня бесят эти технологии! Чего только не удумают, чтобы подпортить жизнь. Именно сейчас такой момент. Знакомый уговорил поставить эту ерунду и теперь я мучаюсь.

Я опять хлопнул в ладоши, надеясь увидеть Римму около двери, но на том месте ее уже не было.

Я огляделся вокруг, она, как в воду канула! Что за чертовщина?

Мой взгляд остановился на входной двери.

Зараза.

Сбежала!

Даже в темноте смогла выскользнул в коридор!

Я опрометью бросился к двери, но вдруг на пороге остановился. Краем глаза заметил, что на постели странным образом отодвинуто покрывало. Я же всегда кровать застилаю аккуратно, мама с детства учила меня это делать быстро и хорошо. Так что в таком положении покрывало не могло быть оставлено.

Я громко затопал ногами и сделал вид, будто вышел в коридор. Сам же тихой поступью отошел назад. Встал за другую сторону кровати.

Через какое-то время я услышал шорох откуда-то снизу. Моя догадка оказалась верна. Тихо крадучись, словно мышка, Римма, выползла из-под кровати и на коленях стала пробираться к двери.

Римма с голой спиной и практически задранным кверху и без того коротким платьем взбудоражила мое воображение. Мне и так было сложно сдерживаться, когда я прикасался к ней на вечеринке. Пальцы чувствовали каждый дюйм ее гладкой кожи, показавшейся нежнее шелка.

Я специально выбрал ей платье с голой спиной, но подумать не мог, что после одного касания мои пальцы станут пылать самым жарким огнем. А в паху зажжется так, что еще чуть-чуть и придется вызывать пожарников.

Черт подери.

Я без огнетушителя не обошелся бы и не сумел бы унять свои эмоции, если бы праздник затянулся хоть на пять минут.

И сейчас наблюдать, как Римма, того не ведая, ползает в моей спальне в недвусмысленной позе… на это невозможно было спокойно смотреть.

Я, позабыв о всякой осторожности, перемахнул через кровать и навалился сверху на Римму, заставив ту истошно завизжать от неожиданности.

— Ну, что, малышка, доигралась? — Победоносно засмеялся я, наслаждаясь тем, что мне удалось застать ее врасплох. — Я бы предпочел приступить к самому интересному прямо здесь на полу, но думаю, что для нашего с тобой первого раза все-таки кровать станет более подходящим вариантом.

Я поднялся, удерживая Римму над полом за талию и утягивая за собой. Она еще пару секунд пребывала в некоем шоке, но потом активизировалась и замотала ногами.

— Убери свои руки! Ненавижу тебя! Никогда не прощу за злодеяния твои! — Завопила Римма, отбрыкиваясь, что есть сил, но для меня это ничего не значило. С ней тягаться, как с младенцем. Своими ножками ей удавалось ударить меня по колену, но ее удары, как у младенца. Совсем не больно.

— Мне твое прощение не нужно, а вот твое тело в самый раз. — Я рассмеялся, как настоящий злодей из фильма и подойдя ко второй прикроватной тумбе включил лампу. — Радует, что имеется возможность включить свет альтернативным способом. — Уложил Римму на постель и улегся на девушку сверху, при этом наглая ухмылочка не сходила с моих уст. Пусть ненавидит меня. Любить себя я запрещаю. Это чувство помешало бы продолжить то, что двигало мною все эти годы. Месть. Любовь Риммы заставила бы отступить меня от мести. А это допустить я никак не мог. Слишком далеко зашел.

Я поцеловал ее в губы. Настойчиво. Яростно. Без намека на нежность. Я для нее монстр и всегда таким останусь. Иного образа не будет.

Отстранился, чтобы взглянуть в глаза, полные безнадежности.

С минуту всматривался в Римму и без сожаления тихим шепотом произнес:

— Что ж, темнота тебя больше не спасет, свет станет сущей пыткой. Он откроет передо мной твои самые потаенные места, которые намерен изучить с особым усердием.

* * *

Римма никак не отреагировала на мои слова. Больше от нее самой я не слышал ни звука. Кажется, она смирилась с той участью, которую уготовила не судьба. Нет. А я.

Пьянящее чувство быть хозяином ситуации охватило меня с головой.

Я не хотел ждать того момента, как проснется совесть и заставит меня остановиться. Не желаю прекращать то, что уже начал.

Я поднял руки и потянулся к прическе Римме. Вернее, к тому что от нее осталось.

Немного повозившись с заколками, застрявшими в пышной шевелюре девушки, я избавился от них, бросив куда-то в темноту. С наслаждением расправил локоны, которые красивым темным облаком легли на подушку.

О таком прекрасном зрелище можно лишь мечтать.

Словно прелестная ночная нимфа заглянула ко мне в гости и решила остаться.

Но нет. На самом деле все не так. Это я вынудил ее против воли оказаться в моих владениях. И в праве с ней делать все, что заблагорассудиться.

Я провел ладонью по волосам Риммы, и они мне показались нежнее атласа.

Рука потянулась к изящной шейке, которую поэты еще называют лебединой.

Того света, что сейчас освещал комнату, хватало детально рассмотреть каждый изгиб чудесного тела, оказавшегося в моей власти.

Я не сдержался и приник губами сначала к Римминым локонам, вдыхая приятный аромат женских духов, которыми она подушилась перед тем, как явиться на праздник моего отца.

Вспомнив родителей, я внутренне сжался. Нахмурился из-за мыслей, которые странным образом стукнули меня по голове, будто обухом. Тем не менее во мне шевельнулась мысль, что они вряд ли бы одобрили мои действия в отношении Риммы. По сути она ни в чем неповинная жертва, по иронии оказавшейся впутанной в историю, связанную с ее отцом. Увы, иного способа отомстить этому человеку я не нашел. Лишь с помощью его дочери удастся навредить ему.

Снова подумав о мести, я отбросил мысли о своих родителях и об угрызении совести, которое возможно, последует потом, когда выполню один из пунктов придуманного плана.

Я опустил руки к вороту платья Риммы и резким движением разорвал наряд до пояса. Затем отдернул материю в разные стороны, чем все-таки испугал девушку. Она не сдержала громкого оха, вырвавшегося из груди.

Правда, не попыталась ни прикрыться, ни вывернуться из моих рук, ни пнуть ногой в самое больное место, как в предыдущий раз.

Вообще ничего не сделала, чтобы помешать мне.

И честно говоря, я разозлился.

Не привык, что подо мной лежит не девушка, а статуя, которая равнодушно относится ко всему, что происходит. Уж лучше бы она сопротивлялась. Сделала бы хоть что-нибудь, доказывая, как ей не все равно.

Римма же попросту лежала, вытянувшись на постели, руки вдоль туловища, взгляд направлен в потолок.

Мне хотелось спровоцировать ее на реакцию.

Недолго думая, я накрыл ладонью левую грудь Риммы. Сжал сперва легонько, затем сильнее.

Ничего. Даже протестующего писка не издала.

Ладно. Продолжим.

Я стал покрывать кожу Риммы короткими поцелуями, медленно приближаясь к мягкому полушарию груди, где лежала моя ладонь. Когда я убрал руку, то ее заменили мои губы.

Я услышал, как Римма отрывисто задышала. Все-таки у меня получилось вывести хоть на какие-то эмоции мисс Недотрогу, показывающую все время полное безучастие.

Я и не думал останавливаться. Напротив, продолжил сладостную пытку, перед которой никто не сумел бы устоять.

Моя рука продолжила исследовать манящее тело Риммы, пока ладонь не замерла на ее животике. Я вновь почувствовал, как она реагирует на прикосновения.

Она задержала дыхание, затем порывисто задышала. Все ее существо будто ожило.

Неужели Римма наконец оттаяла, как Снежная Королева, и все-таки неравнодушна к моим касанием?

Я, чтобы удостовериться в своей догадке. Ну, и потешить самолюбие опытного соблазнителя, с самодовольной улыбкой взглянул на Римму.

И…

Кто бы мог подумать, что меня ждало разочарование. Я даже не сумел сдержать недовольного вздоха. Моя улыбка тут же померкла.

Римма, видимо, настроилась во чтобы то ни стало противиться мне, снова возвращаясь к тактике равнодушной девицы.

Она лежала с закрытыми глазами, а ее лицо ничего не отражало. Создалось впечатление, что Римма просто уснула.

Я полагал, что перестал быть в роли насильника, принуждающего бедную овечку к сексуальному наслаждению, и успел переквалифицироваться в образ того, кто научит девушку истинной страсти.

Отчего-то я вообразил, Римме до меня не доводилось полностью отдаваться на волю чувств в момент близости с мужчиной. Если у нее вообще таковой опыт имеется.

У меня еще ранее возникли мысли, что Римма все же предпочитала одиночные прогулки по парку, нежели знакомство и общение с парнями. Мне уже давно хотелось проверить свое предположение, но вечно что-то тормозило.

Теперь же выпал случай и такой облом.

Конечно, я понимал, что не с того начал с Риммой, но ведь вовсе не хотел по обоюдному согласию предаваться любви.

Любовь.

Я в такое чувство вообще перестал верить. Да и уже сто раз говорил себе, что не нужна мне ее любовь. Разве между нами может зародиться подобное чувство? Я — мучитель, а Римма — моя жертва. Стокгольмский синдром мне ни к чему. Да и ей тоже.

Черт.

Как ни крути, безразличие Риммы меня убивает. Поначалу хотел закрыть глаза на это, но не могу.

Черт подери. Замкнутый круг какой-то!

НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ осуществить задуманное, когда она такая ледышка бесчувственная.

Я со злостью ударил кулаком по постели и скатился с Риммы. Встал с кровати и отвернулся от распластанной девушки на кровати.

— Фиг с тобой. — С отчаяньем в голосе воскликнул я, больше ненавидя себя, а не Римму. Дурак бесхребетный, не сумевший переступить через какие-то принципы, чтобы добиться своего.

Не найдя в себе сил находиться здесь хотя бы минуту, подошел к тумбе, откуда из ящичка достал ключ. Затем вышел в коридор и громко хлопнув дверью, закрыл ее на ключ на несколько оборотов.

Если уж Римме хочется корчить из себя Неприступность, что ж, ее право. Пусть тогда делает это в полном одиночестве.