Глава 14

– Да где этот сарафан? – роюсь в шкафу.

Психую и начинаю вываливать шмотки, не задумываясь о порядке. Впереди сложный день, а я уже не успеваю.

Через сорок минут меня будет ждать Инка в паспортном. Три дня поисков, и паспорт так и не нашелся, а без паспорта я существовать не смогу. Пришлось договариваться и записываться на утерю документа и перевыпуск.

Ещё у меня сегодня прием у врача и очередная порция анализов.

Выбиваюсь из графика. А тут ещё и сарафан. Взбрело же мне в голову надеть именно его.

Телефон дребезжит на тумбочке. Хватаю и, не разобравшись, отвечаю.

– Колобочек, я тут в пробке застряла в центре. Авария жуткая какая-то, я постараюсь сейчас выбраться из этого автобуса и пересесть на другой. Но на всякий случай звоню, чтобы ты заходила без меня, а я подскочу попозже.

Да уж, оказывается, не только у меня аврал сегодня.

– Да, мужчина, вы меня сейчас раздавите, – возмущенно вопит подруга, – куда вы лезете? Мне тоже надо выходить.

– А Дан где?

Инка цыкает, и я представляю в красках, как она закатывает глаза.

– У него на работе какое-то ЧП, позвонил и сказал, чтобы я на такси ехала, но я, как всегда, выбрала по привычке автобус.

Качаю головой и усмехаюсь. И в этом вся Инка. Она привыкла просчитывать выгоду, даже выйдя замуж за Дана, который её полностью обеспечивает, она пытается экономить.

– Ну ты в своем репертуаре, Ин.

– Во сколько у тебя там назначено?

Сверяюсь с запиской на зеркале.

– На два часа дня.

В трубке воцаряется тишина.

– Вот блин, могу не успеть.

– Ну ладно, сама справлюсь уж с этой бюрократической машиной.

– Ты, главное, все документы возьми и ручку, а то у них вечно нет, чем написать и подписать.

Угукаю.

– Да, я уже три ручки кинула.

Инка что-то возмущенно бурчит.

– А три-то зачем?

На глаза попадается тот самый сарафан, и я радостно вскрикиваю.

– Что там? – подруга настораживается.

– Нашла сарафан, – отрываю трубку от уха и ныряю в ворот.

Выдыхаю, когда вижу, что живот не помешал влезть в одежду и сарафан красиво подчеркнул мою беременность.

Не люблю я эти наряды в облипочку. Не вижу никакой красоты в этом.

– Я уж думала, паспорт, – цокает Инка.

– Ну, если бы паспорт, я бы погромче кричала.

– Так зачем три ручки? – напоминает про свой вопрос подруга.

Вспоминаю зачем.

– Ну, мало ли, вдруг кто-то попросит и не вернет.

Громкий вздох.

– А ты, как всегда, на выручку всем готова кинуться. О, автобус меня выпускает! Так, – молчание и какая-то загадочная тишина в трубке, – интересно, я успею добежать?

– С ума сошла? – начинаю хохотать, представив бегущую по улицам Инку. – Я сама справлюсь. Подгребешь, как сможешь, не беда.

– Уверена?

– Конечно, не в первый раз замена паспорта.

Правда, прошлые причины были более уважительными. А тут утеря.

Но что поделать? Нужно восстанавливать.

– Ну все, Колобочек, целую. На созвоне.

Звонок прерывается. Заплетаю волосы и расчесываю ресницы. Природа наградила меня пушистыми темными ресницами, и хоть с ними не нужно сражаться, чтобы сделать глаза выразительными.

Последний штрих – обувь. Кеды или босоножки?

Задумываюсь. Босоножки могут через часа два стать тесными.

Беру кеды, и тишину квартиры пронзает звонок в дверь.

– Ну кто там ещё?

Первая мысль, что это Потапов. И от этого непроизвольно ежусь. От него не было вестей все эти дни, с чего бы он сейчас решил нарисоваться тут?

Но в первое время я о нем думала. Осознавала его слова и думала, не совершила ли ошибку, что не дала ему шанс.

Но когда спустя три дня он не объявился, я убедилась, что все правильно ему сказала тогда, на дороге.

Я не позволю никому с собой играть и использовать в своих целях. Будь то ребенок или что-то менее важное.

Распахиваю дверь и открываю рот.

– Привет, чего не спрашиваешь кто? – на пороге Потапов, смотрит на меня, как будто я впустила вора.

– Что ты тут забыл? – от неожиданности начинаю заикаться.

– Я пройду? – кивает мне за спину.

Сжимаю один кед, и бывший переводит взгляд на мою руку.

– Обувью будешь отбиваться? – усмешка, которая возвращает мне мысли в голову.

– Если нужно будет, то буду! – поддакиваю.

– Впустишь? – делает шаг навстречу.

Я преграждаю ему путь.

– Я тороплюсь, Потапов. Говори, что надо, и проваливай.

Морщится.

– Ты такая гостеприимная.

– Я не ждала гостей, – пожимаю плечами.

– Далеко собралась? – продолжает задерживать меня бывший.

– Тебе что?

Начинает опять выводить из себя.

– Разговор есть, – видимо, у Миши кончается терпение и он просто передвигает меня с места на место и закрывает дверь.

Отшвыриваю кед и отступаю. Складываю руки на груди.

– Быстро!

Миша достает из заднего кармана джинсов мой паспорт. Узнаю его по обложке.

– Ты ничего не теряла в последнее время? – машет им, пока я слежу за его движениями.

– О, спасибо, – подхожу к нему и уже собираюсь выдернуть из его пальцев, но Потапов отдергивает руку, и я успеваю поймать только воздух.

– И это все?

Прижимает меня за талию к себе, и мне резко перестает хватать воздуха. Втягиваю его знакомый запах, ловлю потемневший взгляд.

– А что тебе надо? – перехватывает дыхание.

Показывает пальцем на щеку.

– Поцелуй.

Наглая усмешка смягчает черты его лица. Кстати, бороду он так и не сбрил, только привел её в порядок.

Мотаю головой.

Он пожимает плечами.

– Ну я попытался.

Протягивает паспорт, все ещё удерживая меня за талию.

По привычке пролистываю страницы.

– Зачем ты это делаешь?

Этот вопрос заставляет насторожиться. Просматриваю каждую страницу и открываю рот от шока.

– Это что такое?

Потапов отступает, освобождая меня от хватки.

– Где? – пытается изобразить из себя дурачка, но я понимаю, что он прекрасно знает, о чем я.

Хочется затопать ногами. И швырнуть чем-нибудь в Потапова. Бесит! Стоит спокойно, как будто сейчас ничего серьезного не происходит.

Открываю страницу и тыкаю ему в нос.

– Вот это! Что это такое, Потапов?! – голос срывается на крик.

– Штамп.

– Я вижу! Какого черта он делает у меня в паспорте?!

Потапов выдыхает.

– Мы с тобой снова женаты.

У меня словно пол выбивают из-под ног. Открываю и закрываю рот, пытаясь сразиться с оглушающей тишиной в голове. Ноль мыслей. Даже не так… Минус тысяча мыслей, черт возьми.

– Как ты это сделал? – я пока не понимаю катастрофы, поэтому голос звучит отдаленно и приглушенно.

– Это важно? Катен, мы больше не бывшие.

Во мне просыпается желание убивать, но я вовремя вспоминаю про свое положение. Вряд ли мне будет лучше за решеткой.

– Ты поженил нас без меня?

Потапов кривится. Но к чему его ответ, если свидетельство его поступка прямо перед глазами?

Он. Нас. Поженил.

– Скотина, – выдыхаю.

Хватаю журналы со столика и кидаю в него. Следующее, что попадает под руку, летит в Мишу.

Он уклоняется, но жажда хоть какой-то мести нарастает. Пульт, кашпо с цветком, подушки, футляр от очков.

– Ненавижу, – рычу, – какого черта ты сотворил?

– Катен, подумай о ребенке, – пытается приблизиться ко мне Потапов, параллельно уклоняясь от летящих предметов.

Жаль, что они быстро кончаются. Делаю несколько шагов, чтобы раздобыть следующие снаряды, но меня перехватывает Миша и прижимает спиной к себе.

– Тихо, тихо, Катен. Тебе нельзя делать резких движений.

– Какого фига ты натворил? Потапов? – дергаюсь в его руках.

– А у меня был выбор?

Пытаюсь достать до него локтями.

– Мой нервный срыв будет на твоей совести, – разом все силы испаряются, и я обмякаю в его руках.

– Так а что ты так реагируешь на меня?

Он издевается сейчас?

Делаю глубокий вдох. Меня поворачивают лицом к себе, и я смотрю в его карие глаза, в которых плещется волнение и паника.

– Ты сейчас прикидываешься или реально не понимаешь?

Молчит. Ну тогда продолжу я.

– Я не игрушка, услышь! Нельзя вот так взять сначала развестись, а потом пожениться, не спрашивая у меня, идиот! Я тебе не мяч!

Делаю серию глубоких вдохов, чтобы как-то успокоить колотящееся сердце и зудящие пальцы. Хочется выцарапать ему глаза, которыми он сейчас имеет наглость меня изучать.

– Конечно не мяч, Кать. Ты моя любимая женщина, которую я не готов так просто отпускать и пойду на все, чтобы вернуть.

Глотаю следующую порцию ругательств.

– Любимая женщина, говоришь?

С опаской кивает.

– Ты думаешь, именно так проявляют любовь? Вертят человеком, как хотят?

Взгляд в сторону. Прикрывает ресницами глаза и мотает головой.

– Тогда зачем ты это сделал, Миш?

Он фыркает. Горько так, что я проникаюсь на секунду.

– Потому что вполне в твоем стиле сейчас выскочить замуж назло мне. А я не готов к такому повороту.

Распахиваю глаза. Думаю, что бы ответить, чтобы донести до него всю степень ненависти, которая меня сейчас затопила.

– Ты просто кретин, – единственные слова, которые находятся в хаосе головы.

– Кретин или нет, но мы снова женаты, Катен.

Усмехаюсь, и это настораживает Мишу.

– Я же могу аннулировать этот брак.

Качает головой.

– Боюсь, ничего не выйдет.

– Это ещё почему? – пытаюсь снова вырваться из его захвата, но проваливаюсь.

Миша хоть и держит с силой, но не задевает живот и не причиняет боли. Осторожно и бережно сжимает под грудью.

Трясу головой. Бережно, как же. Катя, ты идиотка!

– Вот поэтому, – кладет руку на живот, и я вздрагиваю, – ты не сможешь доказать, что этот ребенок не мой.

– Какой же ты гад, – шепчу в пустоту перед собой.

– Есть немного, но я тебе не врал, когда говорил, что я сделаю все, чтобы вас вернуть.

– Даже если я буду тебя ненавидеть до конца дней?

Опирается подбородком на плечо, и я ощущаю на своей щеке его теплое дыхание. Заставляю себя не двигаться и не поворачивать голову, хотя соблазн большой. Посмотреть ему в глаза в этот момент.

Увидеть там раскаяние хотя бы.

– Ну ты же сейчас не испытываешь ко мне ненависти?

Фыркаю.

– Я просто хорошо это скрываю.

– Если бы ненавидела, то не стояла бы так спокойно в моих объятиях.

– Я вообще-то думаю о сохранении беременности. В отличие от тебя.

Миша каменеет. Отворачивается.

– А вот это ты зря, Катен…

Нашу перепалку разрывает звонок моего телефона.

– Отпусти меня, пожалуйста, – спокойно прошу.

К чему лишние нервы? Я решу это проблему позже, когда окончательно смирюсь и успокоюсь.

Нервы мне только навредят. И не только мне. Поэтому выдыхаем.

Потапов отходит и встает как стена перед дверью, следя за каждым моим шагом.

Инка.

Сдуваю прядь со лба и принимаю звонок.

– Ну что ты там? Пробилась сквозь толпу разъяренных бабулек, которые жаждут справедливости? – шум в трубке и сигнал авто, говорят о том, что Инка ещё где-то в пути.

– Нет.

– Неужели увидели живот и спокойно пропустили? – подкалывает подруга.

Но я не обижаюсь. Сама как-то над ней стебалась, когда она меняла документы после свадьбы. Хотя у неё был шанс избежать всего этого, но тогда она была ещё глупа и предпочитала решать проблемы сама, а не взваливать их на Дана.

Сейчас уже поумнее, но все равно иногда игнорирует помощь мужа.

– Тоже мимо. Паспорт нашелся, – беру документ с тумбочки в коридоре и встречаюсь со взглядом Миши.

Следит за мной. Слушает.

– О как!

– Правда, есть одно жирное но…

Инка кашляет.

– Прям заинтриговала.

– Я снова замужем, – открываю документ на той самой странице и… нет, чуда не случается.

Штамп на месте.