Глава 28

Дан прищуривается, делает несколько шагов к нам и прячет руки в карманы.

– Что случилось, Ин? Почему я, блин, должен тебя по всему городу искать? – начинает с наезда.

Морщусь. Не так я себе представляла их встречу и начало разговора. Но я сильнее сжимаю губы, чтобы не влезть и не высказать Дану, что не стоит сейчас на Инку давить.

– Потому что надо было подумать, – Инка же, в отличие от Дана, спокойна.

Он вскидывает руку и глубоко вздыхает.

– О чем подумать? И на хрен выключать пи этом телефон, Инна?

– Я же говорю, что мне нужно было побыть одной и решить кое-что.

Дан начинает метаться по комнате. Переглядываемся с Мишей. Потапов вопросительно выгибает бровь. На его лице отражается непонимание происходящего.

– Что решить? – Дан закипает.

Ещё немного, и у него крышку сорвет от бешенства. Я могу его понять, он волновался о подруге и имел на это полное право.

Я сама постоянно, если Медведь не отвечает на звонки, начинаю искать в комнате пятый угол.

Инка смотрит на меня чуть ли не умоляюще. Но не могу же я за неё сказать эту новость её мужу.

Прокашливаюсь, встаю с дивана.

– Мы пойдем до магазина, к чаю что-нибудь возьмем. А вы тут поговорите пока, ладно?

Инка округляет глаза и мотает головой. Но другого варианта нет. Ей нужно как-то самой это все прожить, потому что это касается их семьи, а мы с Медведем будем только мешать и отвлекать их на себя.

Я уверена на все сто процентов – да нет, даже на тысячу! – что Дан обрадуется. Он же души в ней не чает и поймет все.

Вон Потапов тоже не был готов к отцовству и не планировал его, а пришлось смириться.

Кошусь на мужа. Бочком просачиваюсь мимо Дана. Он не замечает меня, слишком занят разглядыванием подруги.

– Пойдем, – шиплю Потапову, толкая его к выходу.

– Что происходит? – шепчет, чтобы никто его не услышал, кроме меня.

– Потом, – хватаю рюкзак с полки, и вываливаемся на площадку в подъезд.

Выдыхаю. Уф, буря пока миновала. Скрещиваю пальцы на удачу Инки и тащу Потапова к лифту.

– Да ты можешь сказать что? – не выдерживает Миша и психует, убирая мою руку с кнопки вызова лифта.

– Я не уверена, что могу говорить тебе такое без ведома Инки.

Миша округлят глаза.

– В каком, блин, смысле? Я твой муж, между прочим.

– Ага, спасибо, что напомнил, Медведь. Я об этом не забываю вообще-то, – язвлю в ответ.

– Говори уже, – сам с психом вжимает кнопку и притягивает меня к своему боку.

Вдыхаю его аромат. Успокаиваюсь.

– Инка больна? Серьезно?

– Ну, не то чтобы больна… – отвожу взгляд, все ещё решая, нужно ли говорить мне.

– Блин, Катена, – рычит со злостью муж.

– Ладно, ладно, – поднимаю руки в знак того, что я сдаюсь, – Инка узнала, что беременна.

Миша несколько раз моргает. Хмурится. Опять моргает.

– И поэтому она такая убитая?

– Ну, – шоркаю ногой по полу лифта, – просто она не знает, как отреагирует на эту новость Дан.

Миша закашливается. Заботливо стучу ему между лопаток.

– А как он должен отреагировать?

– Просто они собирались уезжать в другой город, чтобы там ещё одну фирму Дан открывал, а теперь вот, беременность.

Миша как-то непонятно крякает и смотрит на меня как на идиотку.

– Что? – дергаю плечами.

– Твоя беременность как-то мешает передвижению по городу?

Не совсем понимаю, при чем тут вообще моя беременность.

– Абсолютно никак не мешает.

– Ну тогда почему Инка решила, что её должна как-то помешать планам Дана? Она все ещё умеет ходить и кататься на машине.

И до меня доходит, к чему этот вопрос. Расцветаю. Повисаю у него на шее.

– Блин, а ведь ты прав, – восторженно пищу ему в ухо.

Потапов морщится, прикрывая пострадавший орган слуха.

– Я ведь до сих пор могу спокойно ездить куда захочу. Хотя мне скоро уже рожать.

– Ну как скоро, – нервно усмехается Медведь, – ещё месяца три-то есть в запасе.

– Чуть меньше, – киваю, чтобы успокоить побледневшего папашу.

– У меня к тебе есть предложение. Пока они там выяснят все детали, пока Дан в себя придет от радости, пока они оба очухаются и поймут, что конца света не приключилось и можно жить дальше, как они задумали…

Замолкает, не договаривая.

– И?

Выходим с ним из подъезда, а Потапов продолжает молчать. Чем жутко бесит и нервирует.

Вот к чему это молчание? Для чего проверять меня на прочность и выдержку?

Усаживает меня в машину.

– Мы же собирались в магазин, – пристегивает, пока я соображаю, зачем нам машина, если магазин есть в соседнем доме.

– Мы и поедем в магазин, Катен, – чмокает меня в губы и быстро отстраняется, – не увлекаемся, – стирает с нижней губы влагу и подмигивает.

– Так он вон, в соседнем доме, Потапов. Забыл уже, что ли?

– А мы не в продуктовый.

Усаживается, и мы трогаемся.

– А в какой?

– Сейчас увидишь, милая.

И все. И он больше не говорит мне ни слова, и я не могу у него выпытать, потому что он за рулем. Нельзя отвлекать водителя.

– Потапов, – мы выезжаем на смутно знакомую улицу.

Когда-то мы с ним тоже уже бывали тут.

– Не узнаешь? – усмехается ещё, гад.

А у меня топографический кретинизм. Прежде чем куда-то ехать, мне приходится досконально изучать маршрут и включать навигатор.

Тормозим возле какого-то крыльца с бордовым козырьком. Ищу глазами какие-то вывески, а когда нахожу, не могу сдержать удивленный вскрик.

– Потапов, ты серьезно?

– Я же тебя предупреждал, Катен. Нам нужны новые кольца, и я не передумал с того момента.

– И ты решил, что сейчас лучшее время для их покупки?

Миша хмыкает и выходит из машины. Открывает дверь, протягивая руку для помощи.

– А почему нет? Пока твоя подруга разбирается с мужем, считаю, что мы вполне можем заняться своими делами и проблемами, чтобы не нарушать их уединение.

– Ладно, – вскидываю руки.

С Потаповым бесполезно спорить и что-то ему доказывать. Все равно он окажется в выигрыше и переспорит.

Заходим в просторный, светлый салон ювелирных изделий. Моргаю от ослепительного блеска всяких разных украшений.

– Добрый день, – нам улыбается консультант, – чем могу вам помочь?

Миша дарит ей одну из лучших улыбок, пока я сверлю его скулу возмущенным взглядом.

– Здравствуйте. Мы хотели бы новые обручальные кольца.

– Конечно, – девушка приклеивает на лицо фирменную улыбку и указывает на витрину справа, – сюда, пожалуйста. Вы знаете размеры?

Переглядываемся с Мишей и почти одновременно поднимаем правые руки, смотря на старые кольца.

Девушка тоже замечает их и удивлённо выгибает брови. Но никак не комментирует.

– У меня вроде пятнадцать с половиной, – неуверенно бормочу, крутя руку.

Как будто где-то написано.

– А у меня четыре года назад был девятнадцатый, сейчас слегка болтается кольцо.

– Отлично, какие-то предпочтения?

Миша молчит. Только на меня смотрит и ждет, что я отвечу. Слегка задумываюсь. Мне нравились наши кольца. Два вида золота и переплетение на кольцах.

Но Миша прав. Если мы решили начать все сначала, то нужно и этот атрибут заменить.

– Я хочу оставить два золота, можно просто гладкие. Есть такие?

– Конечно.

Выходим с Мишей из салона через час с парой новеньких, переливающихся на солнце колец.

– Ну что, женушка? Поздравляю ещё раз, – притягивает меня к себе и громко чмокает в щеку.

– И я тебя, ага.

– Что-то не так, Катен? – Миша разворачивает меня к себе и смотрит в глаза.

– Все прекрасно, Медведь. Просто, жалко старые кольца. Они не виноваты, что тогда у нас не сложилось.

Миша прищуривается. О чем-то задумывается.

– А у меня идея есть.

– Какая?

Усаживаемся в машину.

– Домой?

Прикидываю по времени, скорее всего, Инна и Дан успели обсудить все нюансы и новые обстоятельства их жизни.

– Думаю, да. Надеюсь, что они все обсудили и все будет хорошо.

– Я в этом и не сомневался. Дан же не отморозок, чтобы отказываться от своей любимой беременной жены.

– А ты?

Миша хмурится. Не понимает, куда я клоню.

– Если бы ты выбирал между фирмой и мной, зная, что я в положении?

Стискиваю ремень до боли в ладонях. Этот вопрос сейчас мне кажется очень важным, и я очень хочу получить на него ответ.

Честный ответ.

Потапов смотрит на меня как на ненормальную. Ещё секунда, и он покрутит у виска.

– Катен, что за вопросы?

– Простой вопрос. Если бы обстоятельства сложились по-другому?

– Конечно я бы выбрал тебя и ребенка, – психует Потапов, – детей. В нашем случае.

– Ладно.

Расслабляю пальцы и откидываюсь на сидение. Миша удивленно моргает, перестраиваясь на дороге.

– И это все? Весь твой вопрос?

Пожимаю плечами.

– Ну да, а ты что ждал? Что я буду тебя пытать?

Миша как-то нервно усмехается.

– Нет, конечно, но откуда-то же такой вопрос всплыл в твоей прекрасной головке. А, жена?

– Давай спишем это на гормоны. Мне теперь постоянно хочется получать от тебя подтверждение того, что мы у тебя на первом месте.

– А ты сомневаешься? Офигеть!

Хмыкаю, беру его руку и переплетаю наши пальцы.

– Тебе сложно лишний раз мне словами говорить? А, Потапов?

Миша тормозит машину и наклоняется ко мне.

– Вы для меня всегда будете главнее и важнее всего. Что бы ни случилось, наша семья будет на первом месте, и я не сделаю ничего, что навредило бы тебе и детям. Так нормально?

Важно киваю и получаю быстрый поцелуй.

–Вот ты провокаторша маленькая.

Смотрю на живот.

– Совсем уже не маленькая, Медведь. Скоро в двери не буду помещаться.

И от этого становится немного грустно.

Быстро одергиваю себя. Ни за что не буду жаловаться, что во мне растет два прелестных комочка. Даже если я после родов останусь таким же колобком.

Ничего не сравнится с важностью того, чтобы стать матерью.

– Эй, может, тортик? – Потапов указывает на кондитерскую. – Все же есть повод. Даже два. Не, даже три.

– Какие?

– Наш второй брак, – Миша загибает пальцы, – пополнение у твоей подруги и моего приятеля, ну и новые кольца. Чем тебе не поводы, чтобы это отметить вкусненьким?

– Согласна, – выскакиваю из машины быстрее, чем Миша успевает сообразить, и чуть ли не вприпрыжку несусь в кондитерскую.

– Эй, скорость сбавь, сладкоежка, – Миша хохочет, ловит меня почти на подлете.

А я вспоминаю, какие там божественные пироженки с черничным кремом, и рот слюной наполняется. А ещё с кусочками цитрусов.

Сглатываю слюну, и Миша начинает смеяться ещё громче.

– Выбирай иди. Сегодня можно все что захочешь, и много. Можно же?

– Абсолютно да.

Как можно громче открываю дверь в квартиру, чтобы Инна с Даном услышали.

Сразу же до меня доносится голос подруги.

– Да, я поняла, – пытаюсь понять её настроение и эмоции.

Находим их в кухне. Оборачиваются на наши шаги и шелест пакетов.

– О, неужели. Мы уже четвертый раз чайник кипятим.

Инка не выглядит грустной и расстроенной.

– Как дела? – неуверенно спрашиваю.

Хотя сомневаюсь, что Инка скажет, если что-то пошло не так в разговоре. Но спросить – мой священный долг.

– Дан, – Миша кивает на выход из кухни, – пойдем, разговор есть.

Я готова расцеловать Потапова за то, что дал нам возможность остаться с Инкой. Только мужчины скрываются из вида, поворачиваюсь к подруге.

– Ну?

Она вспыхивает ярче лампочки.

– Все хорошо?

Активно кивает. Даже становится боязно, что у неё такими темпами сейчас голова оторваться может.

– Он обрадовался, – шепчет, как будто не до конца верит, что все это происходит с ними.

Не могу сдержать улыбки. Стискиваю её в объятиях.

– Ну вот, видишь, а ты уже накрутила себя с такой силой, что готова была поверить в самое худшее.

– Он сказал, что черт с ней с этой фирмой. Денег хватит на всех и без этого.

– То есть вы останетесь и никуда не поедете?

Инка угукает.

– Я до сих пор не верю, – прикрывает рот ладошками и радостно пищит.

Хмыкаю. Вспоминаю, как я сообщала ей о своей беременности и о разводе с Потаповым. Инка в тот момент готова была схватить копье, которое висит на стене в её квартире лет десять как, и идти на мамонта. Точнее, на медведя.

Я тогда её с большим трудом отговорила. Сказала, что Потапов вправе выбирать свой путь и я не намерена тормозить его ребенком.

– Поверь, теперь точно нет смысла нервничать. Расслабляйся и привыкай к роли будущей мамочки.

– А ты можешь дать мне контакты твоего врача? А то ты мне так нахвалила её, что я даже позавидовала.

Достаю телефон и скидываю номер Инке на мессенджер.

– Обязательно сходи к ней. Она профи, и я ни на кого её ни за что не променяю.

– Спасибо, – чмокает меня в щеку, – что вы там притащили?

Сует нос в пакеты и довольно стонет.

– Боже, ты прям мысли мои прочитала. Сидела разговаривала с Даном и думала, как бы слопать что-то кисло-сладкое.

– Подруга, – указываю на себя, – мечты сбываются.

Инка хихикает в ответ.

– Ну а у вас как с Потаповым? Как ему роль будущего папочки?

Пожимаю плечами.

– Ты знаешь, у меня даже и претензий нет по поводу его поведения. Он реально рад и не собирается куда-то сматываться.

Инка обхватывает меня за руки и наклоняется ближе. Понижает голос.

– Да видно же, что он от тебя все так же без ума. Я до сих пор не могу поверить, что он решил тогда с тобой развестись. Но насколько же он вовремя одумался. Я переживала, что ещё немного и ты просто его выкинешь из головы, как ненужный мусор.

Была такая вероятность. Я почти справилась тогда со всеми эмоциями. И если бы Миша не появился, окончательно бы подавила любовь к нему.

Так что да, он вовремя. Тут подруга права.

Выпроваживаем счастливых друзей.

– Ты как? – Потапов убирает руку с поясницы.

А я уже даже не замечаю, как при неудобстве начинаю её потирать.

– Отлично. Инка зря переживала.

Потапов хмыкает и подводит меня к дивану, усаживает боком. Растирает напряженные плечи, к его ладоням тут же присоединяются губы. Довольно выдыхаю, откидываюсь назад на его грудь.

– Ну Дан же не идиот, терять семью из-за бизнеса.

– А о чем вы с ним разговаривали?

Ну явно же Потапов решил Дана утащить из кухни не для того, чтобы погоду обсудить.

– Да там по делу одному нужен был совет. Он поопытнее предприниматель, чем я.

Оборачиваюсь. Все внутри сковывает от страха.

– Надеюсь, тебе никуда уезжать не нужно?

Миша хмурится.

– А с чего ты взяла, что я куда-то собрался?

Дергаю плечом.

– Ну мало ли, ты же после развода укатил, сам рассказывал.

Потапов разворачивает меня и прижимает к себе.

– Больше никуда без тебя. Можешь поверить на слово.

Расслабляюсь. Верю. Самое смешное, что верю. Мне опять достаточно его слов.

– Слушай, а ты насчет имен думала?

– Хм, – постукиваю по подбородку, – как-то не до того было.

– Я тут подумал… – Потапов замолкает.

Приходится вывернуться из его рук и развернуться на сто восемьдесят. Хочу в этот момент видеть его лицо. А там есть на что посмотреть. Потапов смущен!

Губу кусает и в глаза не смотрит.

– Если решишь, что я много на себя беру, просто скажи и обсудим варианты вместе.

Складываю руки на груди. Мне становится интересно, какие имена выбрал он.

– Давай, Медведь. Я не укушу.

– Как тебе Леша и Олеся? Лесик и Леся.

Проговариваю эти имена про себя.

– Алексей Михайлович Потапов и Олеся Михайловна Потапова.

Миша, кажется, перестает дышать. Карие глаза затягивает темным от волнения.

– Почему именно эти имена?

Пожимает плечами.

– Не знаю, просто, когда они пинались, пришло в голову.

Перед глазами плывёт. Опять чертовы гормоны, которые решают именно в этот момент со слезами выйти на свет.

– Только не плачь. Не нравится, я не настаиваю.

Делаю несколько вдохов, прижимаюсь к нему и прячу лицо на надежной груди.

– Нравится. Мне нравится.

И он выдыхает от облегчения.