Глава 25

Ксения

Ранним утром, меня будили ласковые и нежные поцелуи.

— Ксюшенька, — звал Лазарь меня тихим и нежным голосом, щекоча тёплым дыханием моё ухо.

Но я усиленно делала вид, что крепко сплю.

— Ммм… — промычала сонно. Вздохнула и продолжила спать.

Послышался бархатный тихий смех и шёпот.

— Спи, любовь моя.

Несколько минут я ещё притворялась спящей, и когда раздался характерный звук закрываемой двери спальни, я облегчённо выдохнула и распахнула глаза.

Лазарь ушёл.

За окном плакал осенний дождь, шумел холодный ветер, и казалось, что погода вторит моему настроению и внутреннему душевному состоянию.

Он сказал «любовь моя…», — вспомнила его слова и горько усмехнулась. Я знала, что его любовью навсегда останется его Даша.

Выбралась из кровати и резко остановилась. На прикроватной тумбочке лежала записка.

Лазарь оставил её.

Сглотнула и взяла листок в руки.

«Ты очень красивая во сне, Ксюша. Как только проснёшься — позвони мне. Нам нужно поговорить.

Л.»

Внутри всё словно в узел свернулось.

Что он задумал?

О чём поговорить?

Вздохнула и тряхнула головой.

Мне уже всё равно, о чём он желает говорить.

Послышался звук выезжающей машины со двора.

Лазарь уехал.

Пора.

Вернула записку обратно на тумбочку и, стараясь производить как можно меньше шума, начала собираться.

Взяла спортивную сумку, в которую обычно складывают форму для занятий в спортзале, и накидала в неё несколько пар джинс, футболок, пару кед и удобных ботинок. Ноутбук и свой старый телефон отправились туда же.

Открыла свой кошелёк и пересчитала наличность.

Вздохнула. Придётся снять остальное с карты. Потом будет нельзя.

Хорошо, что у меня на балансе есть собственные деньги, которые я так и не потратила, не считая подарка для Лазаря, который я так и не реализовала, и подарков для Тёмы.

Проверила, что все мои документы на месте и переложила их в эту же сумку.

Затем быстро умылась. Собрала волосы в высокий хвост и, одевшись, тепло и удобно, закинула сумку на плечо и нацепив на лицо улыбку, направилась вниз.

— Доброе утро, Ксения Михайловна, — поприветствовала меня Марта и, оценив мой внешний вид, не без опаски, поинтересовалась: — А куда это вы…

— С сестрой договорилась с утра поехать в спортзал, а потом в СПА, — произнесла я с наигранной улыбкой. — Ей после перенесённого стресса нужно немного прийти в себя. С Тёмой посидит её подруга. Лазарь обо всём знает. Он разрешил.

Марта закивала.

— Это вы молодец, что так за сестру переживаете. Но, а как же завтрак?

— Не переживайте, Марта. Мы найдём, где позавтракать.

— Хорошо. Тогда пойду и крикну Стаса, чтобы отвёз вас, — засуетилась Марта.

— Спасибо.

Сердце билось как сумасшедшее. Руки дрожали и потели. Я с силой сжимала ручки сумки, чтобы не выдать своего волнения и страха.

* * *

— Стас, останови, пожалуйста, возле этого магазина, — непринуждённо попросила я водителя.

Мужчина беспрекословно выполнил мою просьбу. Мне было жаль подставлять его, но другого выбора у меня не было.

— Я сейчас, — сказала ему и, схватив сумку, быстро вышла из автомобиля.

Холодный ветер пронизывал насквозь, но я лишь вздрогнула и, не сворачивая с намеченного пути, шла к своей цели, а точнее — убегала.

Прошла мимо магазина, свернула за угол и побежала.

Увидела автобусную остановку. Рядом находились таксисты.

— До автовокзала довезёте?

— Конечно, — сказал пожилой мужчина уставшим голосом.

Быстро нырнула в автомобиль и крикнула:

— Только побыстрее, пожалуйста!

Машина сорвалась с места и ловко влилась в поток автомобилей.

— Ксения! — услышала я крик Стаса. Посмотрела в окно и одними губами прошептала: — Простите меня…

Мой водитель побежал и едва не попал под машину, но обошлось.

А потом мы свернули и я его больше не видела.

Стас сейчас сообщит Лазарю.

Прижимая к себе сумку, дрожащей рукой вытерла текущую дождевую воду с волос и тихонько заплакала.

Вот и всё.

Вот. И. Всё.

Сказка кончилась.

Сердце, которое ещё несколько дней назад заходилось от восторга, любви и нежности теперь напоминало разорванные лохмотья.

Вынула из кармана спортивной сумки свой старый телефон и набрала номер Зои.

— Привет, сестрёнка! — обрадованно сказала Зо. — Ну что, как…

— Я ушла от него, — сказала мрачно. — Ушла, Зо. И не сказала, что беременна. Он не хочет детей.

— Что… Почему? Господи, Ксюш, что случилось? — в её голосе появились панические нотки.

— Всё потом. Сейчас просто слушай меня, Зо. Слушай внимательно, прошу тебя. Я на некоторое время исчезну — звонить и писать не буду. Лазарь, возможно, будет искать меня. Прошу тебя только об одном Зо, не говори ему о ребёнке. Пожалуйста.

— Ксю… Родная моя, что ты творишь? — прошептала испуганно сестра. — Езжай ко мне. Мы что-нибудь придумаем. Только не исчезай. Только не скрывайся от меня и от него. И… и почему, чёрт возьми, ты не сказала ему о ребёнке?

— Ни мне, ни моему малышу нет места в его жизни, Зо. Ему не нужен мой малыш, — сказала сдавленно, ощущая в горле горький комок слёз. — Всё, Зо, пока. Я свяжусь с тобой.

— Ксюша, подожди! — крикнула она.

Но я не дала договорить сестре и не стала её слушать, а сбросила звонок и отключила телефон. Вынула сим-карту и сломала её.

Вдруг, зазвонил телефон, что подарил мне Лазарь.

Его имя на экране дорогого телефона, словно нож, врезалось в сердце. Врезалось и терзало меня.

Зачем я взяла с собой этот телефон?

Сбросила его звонок, выключила телефон и также, вынула сим-карту и сломала её.

Вышла на автовокзале, сняла в банкомате деньги. Потом купила билет до какого-то села и даже название не запомнила.

Всё. Это будет ложный след, а я, тем временем, смогу спокойно спрятаться…

Взяла такси и поехала в гостиницу, где у меня не попросят паспорт.

Я чувствовала себя так, словно была механической куклой. Все действия, движения — всё делала без эмоций: сухо и быстро. Но меня никто не учил этому. Не учил отключать чувства и действовать настолько безжизненно.

Видимо, это был шок.

Но когда оказалась в номере дешёвой гостиницы, где управляющей работала моя давняя знакомая, вот тут-то во мне что-то и надломилось.

Едва закрыла за собой дверь, прошла до кровати и без сил рухнула на неё. Слёзы градом брызнули из глаз.

Это были не робкие всхлипывания, не тихий плач и не хрустальные слёзы, что прокладывают изящные дорожки по бархатной коже розовых щёк. Я волчицей выла и этот вой, переходил в надрывный хрип, перекошенный рот, разрывающий лёгкие крик…

Сердце болело так, как никогда в жизни.

Боль разрывала, ломала, крушила мою душу, выжигала её дотла, до белого пепла…

А я ведь полюбила тебя, Лазарь…

Полюбила тебя…

А любовь оказалась ядом.

Но при этом, я благодарю тебя. Спасибо тебе, мой любимый мужчина. За всё спасибо.

С тобой я познала настоящий рай, на вершину которого ты меня возносил. Я узнала, что значит любить, а ещё, ты подарил мне маленькое чудо…

Обняла свой живот. Мой малыш…

Да, мне сейчас больно, очень больно… невыносимо. Тело словно свинцом наливается… А в груди образовалась рана, что не заживёт. Никогда не заживёт.

Но теперь, зато я познала и поняла, что чувствует Лазарь.

Потеряв свою семью, он потерял себя.

Теперь, я знаю, какого это…

Это моя боль, только моя. И я не стану её ни с кем делить.

* * *

Лазарь

Ничто не предвещало беды…

Настроение находилось на отметке даже выше, чем «отлично».

Погода была хмурой и неприветливой, но меня она не огорчала. А всё потому, что со мной рядом находилась любимая женщина. Сейчас она сладко спала дома.

С Ксюшей я по-настоящему был самим собой, только с другими мне всегда хотелось надеть маску.

Как я и мечтал, она всегда была рада меня видеть, встречала с тёплой улыбкой. Была отзывчивая и сияла рядом со мной. Она меня любила.

Ни это ли счастье встретить свою женщину?

Я слушал план на неделю от своего помощника, а мыслями был не здесь, а там, у себя дома, рядом с тёплой и уютной женщиной, которой сегодня скажу всё, что чувствую к ней.

Расскажу ей, что не хочу больше контрактов, а хочу быть с ней. Всегда. И ребёночка с ней родим. И не одного. Сына хочу и дочку, чтоб глаза были голубые, как у моей Ксюши.

Зазвонил мой телефон.

«Стас», — высветилось имя водителя Ксюши.

— Да, — принял вызов от Стаса и…

— Лазарь Львович, Ксения Михайловна сбежала… Я не успел… Я…

* * *

Когда приходит к мужчине беда, то в его душе что-то невероятно хрупкое ломается, что-то безвозвратно теряется.

И снова мне судьба вернула страх и боль. И снова мне нужно встречать их с распахнутой грудью, пробитой и истерзанной от старых ран.

До последнего в душе надёжно хранится глубокая вера в чистую любовь.

Она не могла… Не могла предать меня… Предать нас…

Почему?

Что такое произошло, Ксюша?

Быть может, из-за вчерашнего разговора?

ЧТО Я СДЕЛАЛ НЕ ТАК?!

Один звонок… Сбросила меня.

Звоню снова… Отключила телефон.

Куда она могла уйти, уехать, улететь?!

— Отслеживайте её банковские карты, телефоны, электронную почту, звонки сестре… — дал я распоряжение своим людям. — Сергей, ты обязан её найти. Понял меня?

— Мы найдём вашу женщину, Лазарь Львович, — сказал тот самый человек, который десять лет назад сообщил мне страшную новость о том, что мой брат убил моих жену и сына.

Сергей, чувствуя свою вину и ответственность, посвятил всего себя работе в моей компании. Это был самый преданный, самый верный мне человек — руководитель службы личной безопасности.

— Найди, — сказал ему, а сам набрал номер сестры Ксении.

— Лазарь! — тут же воскликнула Зоя, стоило ей принять мой звонок. — Что же ты наговорил моей сестре?!

— Тихо! — повысил немного голос, и Зоя тут же замолчала, лишь доносились её короткие всхлипы. — Я не знаю, почему, но она сбежала. Зоя, скажи мне, где она.

— Ты её любишь? — спросила вдруг она.

— Послушай, просто скажи, куда мне ехать, чтобы вернуть её…

— Сначала ответь, — перебила она меня. — Ты её любишь или нет?

Я понял, что от моего ответа зависит и её ответ.

— Люблю, — признался сестре своей любимой женщины. — Люблю, Зоя. Вчера у нас вышел неоднозначный разговор, который разбередил мои старые раны, но… Но я принял для себя решение, что хочу быть рядом с ней. Не на один год и не на два… Хочу с ней семью построить, Зоя…

Раздался вздох.

— Лазарь, я не знаю, что ты ей вчера наговорил, и что она в итоге поняла или не поняла, но очевидно, что Ксюша восприняла всё по-другому и кое-что важное тебе так не сказала. Именно по этой причине она и сбежала…

— Что? Зоя, скажи мне, — с мольбой в голосе попросил её.

— Она беременна, Лазарь. И она решила, что ты не хочешь от неё ребёнка. Испугалась, что ты заставишь сделать её аборт, ведь ваш договор… — снова тяжкий вздох. — Ведь ваш договор не предполагает беременности.

— Чёрт, — сжал руку в кулак.

Беременна…

БЕРЕМЕННА!

Девочка моя, глупая, почему же ты вчера мне не сказала?

Я бы никогда…

— Я бы никогда не оправил её на аборт… — произнёс сдавленно, осознавая, какой же я дурак. Ведь вспомнил, что говорил… — Где она, Зоя? Где?!

— Я не знаю, — заплакала она. — Правда, Лазарь, я не знаю. Она сказала, что свяжется со мной, но когда именно…

— Позвони мне сразу же, если она выйдет на тебя, — попросил её.

— Конечно.

Отключил телефон, и тяжело опустившись в кресло, уронил голову на свои руки. До боли сжал волосы в кулак и застонал.

Какой же я болван!

Ведь должен был понять её вчерашний посыл! Ведь не спроста она вчера меня спрашивала о детях… А я… Нужно было разбудить её ещё вчера и обо всём поговорить…

Господи, Ксюша, родная моя, только не убегай далеко.

Я тебя верну и обязательно расскажу, как люблю тебя и нашего ребёночка.

Беременна…

Вот же…

Счастливая улыбка озарило моё лицо.

* * *

Игорь Павлович Седов

Звонок моего телефона разрушил блаженные минуты релакса в СПА, где мне очаровательная массажистка делала интимный массаж.

Пришлось отвлечься и ответить, так как звонивший мог сообщить мне важные новости.

— Выйди, — небрежно сказал молодой девчонке, что старательно выполняла свои обязанности.

Она беспрекословно вышла, оставив меня одного.

— Говори, — сказал, когда принял вызов.

— Наша слежка дала результат. Мы вышли на объект, Игорь Павлович. Она одна и кажется, сбежала от Романовского.

— Сбежала? — не поверил своим ушам и хохотнул. — Это насколько же сильно Лазарь её достал?

— Нам неизвестно…

— Это я пошутил. Так где она?

— Сняла номер в одной дешёвой гостинице. Но Романовский её ищет, Игорь Павлович. Какие должны быть наши дальнейшие действия?

— Ищет он её… — произнёс задумчиво и довольно улыбнулся. — Прекрасно. Значит, она нужна ему. А значит, он сделает всё, что угодно… Слушай меня внимательно…