Жениться по любви — 1

Как по-вашему, что труднее всего для короля? Править мудро и оставить потомкам богатство? Одерживать победы и не знать поражений? Может быть, совершить чудо и искоренить мздоимство?

Вовсе нет.

Труднее всего для короля — жениться по любви.

Да еще в той ситуации, в которой оказался его величество Родхар.

И именно здесь, под стенами маленького провинциального замка, и начинается та история, за которую Родхара впоследствии назовут великим и приравняют в славе к легендарному предку Урдехару, даровавшему Хигсланду знаменитый Ледяной Клинок Айслинг и еще многое другое, о чем летописи умалчивают.

Однако обо всем этом следует рассказать по порядку.

***

Там, у границы с Грихвальдом, Родхар бросил клич:

«Все за мной!»

И помчался на Хантц.

Для его людей, привыкших к коротким приказам и дисциплине, это означало только одно. Если король идет на Хантц, за ним идут ВСЕ, кроме дежурных подразделений.

Следом за королем, пусть и отставая на пару десятков корпусов, выдвинулся отряд стражи. Каждый уже знал свое место, пятерка лучших воинов и десять лошадей остались с Родхаром, а остальные понеслись в Лендрио и другие узловые города, оповестить шерифов. Прошло всего несколько часов, а по тревоге было поднято пол-Хигсланда.

Конечно, Родхар был впереди. Воины, шедшие за ним, отставали, но ненамного. Ведь у них были сменные лошади. Поэтому они и прибыли на место почти вовремя и успели застать самое интересное.

А посмотреть было на что.

Такой эпический позор, как тот, что постиг короля Грихвальда, случается не каждое столетие. И уж конечно, обрастая немыслимыми подробностями, становится достоянием истории. Но и того, что произошло, было достаточно.

Люди Холдара, как учуяли, что запахло жареным, бросили его на произвол судьбы и сами угнали повозку, в которой тот собирался бежать. Правда, ушли недалеко. Не успели они отъехать от Хантца, их остановил первый же отряд, шедший Родхару на подмогу. Всех повязали, а похищенную девицу Гизел, служанку Мары Хантц на отборе, освободили и доставили в замок.

До осаждавших наконец дошло, что Холдар предал их, они сразу же сняли осаду и попытались рассыпаться по окрестностям. Но было поздно, подходившие отряды выловили всех грихвальдцев.

А сам король Грихвальда первым попал в плен.

Родхар, когда слез с него, похлопал по плечу и «любезно» предложил:

— Поживете у меня, друг мой. В почетной камере для особо дорогих гостей. Отдохнете с дороги, подлечите голову. А потом мы с вами обговорим условия.

Повернулся к своим и приказал:

— Связать, глаз не спускать. Его величество Холдар едет с нами в Лендрио.

Все, с этим было покончено.

Теперь он наконец мог сделать то, о чем непрерывно думал все восемь часов, пока летел сюда, — схватить в охапку девушку с серебристыми волосами и прижать ее к себе. Чтобы убедиться, что она жива, что с ней ничего не случилось. Поцеловать ее. Долго, жадно. Зарыться ладонями в волосы и затихнуть, глубоко дыша.

И услышать шепот на ухо:

— Родхар, на нас все смотрят…

— Плевать, — рассмеялся он хрипло и шепнул ей в губы: — Я люблю тебя.

А потом понес ее в замок на руках.

***

Что касается его величества Холдара, то тот сначала молчал, как пришибленный, и бессмысленно озирался по сторонам, а потом стал повторять:

— На меня напал волк! На меня напал волк!

— Ага, видели мы, кто на вас напал, ваше величество, — лениво отвечали ему хигсландские стражники, которых приставили его охранять. — На вас напала леди Хантц, и в руках у нее была палка!

Люди просто решили, что он притворяется безумным.

А он не притворялся, он просто спятил.

***

Так окончилось это дело, прозванное за тот случай «волчьим».

Бесславно для короля Грихвальда, зато с большой пользой для Родхара Айслинга.

Ему было бы крайне проблематично жениться на мадхен Маре-Элизабете Хантц, девице, отчисленной с отбора и имевшей самую что ни на есть подмоченную репутацию. Даже если бы он это сделал, двор не поддержал бы его, а ее попросту сжили бы со свету скрытыми насмешками и намеками.

Но ведь сейчас все было по-другому.

Эта Мара-Элизабета Хантц в одиночку сопротивлялась нападению со стороны врага. Неважно, что войска там было всего ничего, важно, что это была самая настоящая победа, в результате которой был пленен король Грихвальда, а Хигсланд получил небывалые преференции.

В честь этой победы малой землице, на которой стоял замок Хантц, были присвоены приставка Шато, баронский титул и герб. А самой девице Маре-Элизабете за участие в пленении короля Грихвальда — почетное звание победительницы и внесение в книгу великих родов королевства всех ее заслуг перед отечеством.

Не остались без наград и другие. Лорд Гальде получил высокий чин и земли. А Хиберта официально пожаловали в рыцари. Сам король меч на плечо трижды опускал, а потом назначил старого вояку комендантом замка. Девице Гизел, служанке Мары, которая наконец добралась до своей госпожи, тоже пожаловали награду и право именоваться «мадхен».

***

Теперь Родхар мог жениться на баронессе Хантц, победительнице в войне, и в этом его уже готова была поддержать вся армия. Но это надо было соответствующим образом обставить.

Конечно, он очень хотел послать все к черту и остаться с Марой. Наедине в этом маленьком замке. Или в поле. Или… Неважно где, только бы вместе.

И именно ради того, чтобы быть вместе, Родхар должен был сейчас уехать.

У короля горело сердце, а он, черт бы его побрал, не имел возможности даже поцеловать ее так, как ему хотелось. Слишком много глаз, все толпились вокруг и смотрели на них, а королева Хигсланда должна быть чиста от любых подозрений.

Он поцеловал ей руку и сказал:

— Жди.

Оставил в замке надежный гарнизон и уехал.