Глава 2

Вечер опускался на город медленно, как занавес перед началом какого-то дьявольского спектакля. Вышел на пробежку, надеясь, что ритм шагов и холодный воздух выветрить из головы то, что поселилось там с самого утра.

Обычно бег помогал: мысли о бизнесе, о завтрашней сделке, о цифрах и контрактах выстраивались в четкие линии, как солдаты на плацу. Но сегодня все было иначе.

Сегодня мое сознание занимала она — Валерия.

Ее голубые глаза, глубокие, как озера, в которых можно утонуть. Ее губы, полные, чуть приоткрытые, словно приглашающие к греху. Ее голос, который звучал в моей голове, будто эхо, повторяя мое имя: «Сергей…»

Она не назвала меня на ВЫ и это будоражило еще больше.

Бежал по парку, в голове крутились образы, от которых кровь закипала. Я представлял ее в своей квартире — на диване, где утром сидела Лилия, на кухонном столе, где я обычно пил свой кофе.

Я видел, как ее длинные темные волосы разметались по подушке, как ее глаза, полные желания, смотрят на меня снизу вверх. Я представлял, как мои руки скользят по ее бедрам, как ее кожа, горячая и мягкая, поддается под моими пальцами. Как она выгибается, шепча мое имя, пока я беру ее — жадно, неистово, будто это единственное, что имеет значение.

«Черт, Сергей, остановись», — мысленно одернул я себя, ускоряя темп.

Дыхание сбивалось, но не от усталости — от того, как эти фантазии сжимали грудь, как они будили во мне что-то первобытное, чего я не чувствовал уже годы. Мне сорок пять, я давно не мальчик, но рядом с ней я чувствовал себя так, будто мне снова двадцать, и весь мир сводится к одному-единственному желанию.

Как такое может быть?

Она была подругой моей дочери, ей всего восемнадцать, и все же я не мог перестать думать о ней. Это было неправильно, грязно, но, черт возьми, так сладко.

Пробежал больше, чем обычно, пытаясь выжечь из себя это наваждение, но к концу маршрута понял, что проиграл. Валерия не уходила из моей головы. Ее улыбка, тот короткий взгляд, который она бросила, уходя, — все это засело во мне, как заноза.

Остановился у дома, тяжело дыша, и посмотрел на свои руки. Они дрожали — не от бега, а от того, что я представлял, как касаюсь ее.

«Ты свихнулся, Сергей», — пробормотал я, вытирая пот со лба.

Город уже накрывала вечерняя дымка. Фонари зажигались один за другим, и я решил зайти в кафе у дома, чтобы взять еду навынос. Готовить не хотелось, да и в холодильнике было пусто. Кафе было маленьким, уютным. Толкнул дверь, и звон колокольчика над входом объявил о моем появлении.

И тут я увидел ее.

Валерия стояла у стойки, листая меню. Ее темные волосы были собраны в небрежный пучок, несколько прядей падали на шею, и я невольно представил, как касаюсь этой шеи губами. Она была в легкой куртке и тех же джинсах, что утром, которые так бесстыдно подчеркивали ее фигуру. Я замер, чувствуя, как сердце пропустило удар. Она не заметила меня, и я уже собирался подойти, когда наткнулся на нее — буквально.

Мой локоть задел ее руку, и чашка кофе, которую она только что взяла, выскользнула из ее пальцев. Горячая жидкость плеснула на ее одежду, на пол, и Валерия вскрикнула пошатнувшись.

— Черт, простите! — вырвалось у меня, пока я пытался сообразить, что делать. — Я не хотел, я…

— Ой, горячо! — она посмотрела на меня, и ее глаза, эти проклятые голубые озера, округлились от удивления. — Сергей?..

— Да, я… Черт, извини, — схватил салфетки со стойки и начал вытирать ее грудь, но понял, что делаю только хуже. Кофе растекался по ткани, и я чувствовал себя полным идиотом. — Я не смотрел, куда иду.

— Ничего, бывает, — она улыбнулась, и эта улыбка, легкая, почти невинная, ударила меня, как разряд тока. — Просто… ну, теперь я вся в кофе. Липкая и сладкая.

— Давай я помогу, — повернулся к бариста, который уже вытирал пол. — Можно еще салфеток? И… кофе за мой счет, ладно?

— Сергей, не надо, правда, — Валерия покачала головой, но я уже доставал кошелек.

Ее голос, мягкий, с той же хрипотцой, что утром, снова пробирал до костей. Я чувствовал, как член напрягается в спортивных штанах, и молился, чтобы она этого не заметила.

Такого со мной не было никогда — я, взрослый мужик, терял контроль от одного ее присутствия.

— Нет, я настаиваю, — сказал, стараясь говорить спокойно. — И… слушай, я живу тут рядом, ты знаешь, была утром с Лилей. Зайди, приведешь себя в порядок. Не будешь же ты так ходить.

Она замялась, глядя на свою испачканную куртку и футболку, потом кивнула.

— Ладно, если не сложно…

— Никаких сложностей, — улыбнулся, хотя внутри все горело. Мысли, которые я пытался подавить всю пробежку, теперь накрывали с новой силой.

Она идет ко мне домой. Она будет в моей квартире. Черт, Сергей, держи себя в руках.

Мы вышли из кафе, и я повел ее к своему дому. Лера шла рядом, и я улавливал тот же аромат ее духов — цветочный, с легкой сладостью, который сводил с ума. Я пытался завести разговор, чтобы отвлечься.

— Так… ты с Лилией давно дружишь? — спросил я, хотя ответ меня мало волновал. Главное — не думать о том, как она будет выглядеть в моей ванной, снимая эту куртку.

— Да, давно, — ответила она, глядя на меня искоса. — Она классная. И… вы… похожи.

— Похожи? — я хмыкнул, открывая дверь подъезда. — Надеюсь, в хорошем смысле.

— В хорошем, — она снова улыбнулась, и я почувствовал, как член дернулся в штанах. Это было невыносимо. Я был взрослым мужчиной, а вел себя, как подросток, которого впервые пустили в женскую раздевалку.

Поднялись в квартиру, пропустил ее вперед. Девушка сняла куртку, оставшись в тонкой белой футболке испачканной кофе, которая чуть просвечивала и была видна грудь без белья.

Черт!

Отвернулся, делая вид, что ищу полотенце, но мысли уже неслись в пропасть.

Представлял, как прижимаю ее к стене прямо здесь, в прихожей, как ее губы раскрываются под моими, как ее тело дрожит от моих прикосновений. Я хотел ее так сильно, что это было почти больно.

— Ванная там, — я указал на дверь, вручая ей чистое полотенце. — Можешь… ну, помыть, если надо. Я могу постирать твою футболку, если хочешь.

— О, спасибо, — она взяла полотенце, и ее пальцы случайно коснулись моих. Это было как удар током. Кожа была теплой, мягкой, и я с трудом сдержался, чтобы не схватить ее за руку. — Я быстро.

Лера ушла в ванную, а я остался стоять, чувствуя, как пульс бьет в висках. Член уже стоял колом, и я знал, что скрыть это уже не получится. Оперся о стену, закрыв глаза, и попытался думать о чем угодно: о сделке, о бизнесе.

Но все возвращалось к ней. К Валерии. К тому, как она сейчас там, в моей ванной, возможно, снимает футболку, джинсы, как вода стекает по ее коже…

Дверь ванной скрипнула, и я открыл глаза. Она вышла, держа полотенце у груди, ее волосы были чуть влажными, длинные, стройные ноги. Я сглотнул, чувствуя, как горло пересыхает.

— Спасибо, — сказала она, и ее голос был тише, чем раньше. — Вы… правда выручили.

— Не за что, и давай на ты, — выдавил, стараясь не смотреть на ее губы. Но я смотрел. И она, кажется, это заметила.

— Хорошо. Я тебя не стесню?

Она шагнула и оказалась так близко, что я чувствовал тепло ее тела. Наши взгляды встретились и на секунду мне показалось, что она знает. Знает, что творится в моей голове. Знает, как сильно я ее хочу.

— Да… точнее, нет, конечно, нет, — сказал, но голос предательски дрогнул, я начал заикаться.

Она рассмеялась, и этот смех, легкий, звонкий, был последней каплей.

— Может кофе угостишь?

— Да, да, сейчас. Только сам приму душ после пробежки. А ты можешь в спальне взять мою футболку или рубашку.

— Хорошо, спасибо.