Глава 21

Мила. Я хотела открыть глаза, но у меня это не получилось. Так же не получилось сделать нормальный вздох, что–то мешало. Попытка поднять руку ни чем не увенчалась, как и заговорить. Накатила неожиданная слабость. Казалось, эти нехитрые действия выжали из меня все силы. Не став себе отказывать, я снова провалилась в сон. Когда проснулась следующий раз, все мои попытки хоть как–то пошевелиться либо что–то сделать ничем не увенчалась. Я лишь снова почувствовала усталость. Наверно на попытке седьмой, я все же смогла приоткрыть глаза, чтобы тут же их зажмурить от яркого света. Но проморгавшись я все–таки смогла их открыть. Вот только в поле моего зрения был лишь белый потолок. Еще раздражающий писк. Не нужно было гадать где я нахожусь. Таких вот пробуждений на больничной койке у меня уже было достаточно. Единственное что меня сейчас беспокоило, сколько я тут нахожусь. Будто подслушав мои мысли в палате появилась медсестра. Увидев, что я проснулась, она тут же скрылась, чтобы вернуться через минуту с доктором. Несколько нехитрых манипуляций, и из меня вытащили трубку и я наконец смогла нормально вздохнуть. – Сколько…? – хрипло еле слышно спросила. Горло жгло, словно по нему прошлись наждачкой. Слабость никуда не делась, и казалось такое простое слово, далось с трудом. – Неделя, – ответил доктор. – Хотя мы и не надеялись, что вы так быстро очнетесь. Немного, но и этого достаточно. Мама наверное там сума сошла. Ведь даже находясь рядом с Адрианом, я умудрялась звонить ей каждый день, чтобы сообщить что со мной все нормально. К счастью телефонов в офисе хватало. Но сейчас, я даже боюсь представить, что она могла подумать. – Мне… нужно… позвонить… – не с первой попытки, но все же проговорила я. – Вам сейчас нужно отдыхать. Мы сами с кем нужно свяжемся и сообщим, что вы пришли в себя, – проговорил доктор, вводя лекарство в катетер. После чего я почувствовала, как на меня словно бетонная плита свалилась усталость. Возмущаться или что–то требовать мне тут же расхотелось, зато жутко захотелось спать. Противясь этому из последних сил, я все же провалилась в сон. Когда проснулась снова, то встретилась взглядом с Витой. Девушка всего за неделю сильно изменилась. Стала выглядеть взрослее, щеки впали, глаза больше не горели веселым блеском, и на лице не было присущей только для нее заразительной улыбки. – Ты изменилась, – тихо проговорила я. – Ты себя еще не видела, – парировала она. – Что случилось? – спросила, у нее следя за эмоциями девушки. – Тебя опоил Макс, – ответила она, скривившись. – Алкоголь и все такое… – Я не об этом, – тихо перебила ее. – Ах, это… – произнесла она и усмехнулась уголком губ. – Адриан рассказал как погиб Руслан, точнее из–за кого, – сказала и плотно сжала губы. Было больно смотреть на девушку, и я отвернулась, пряча накатившие слезы. Теперь понятно почему она выглядит так. Одно дело знать что брат погиб, а другое как это случилось. А знать, что в этом виноват кто–то, еще и знакомый больнее в двойне. – Ты меня теперь ненавидишь? – Нет, скорее мне жаль тебя, – ответила она холодно. – В том, что мы обе потеряли любимого человека, виноват только Адриан. Я никогда не думала, что скажу это, но я действительно ненавижу его. Раньше я думала, что мне это только кажется, но сейчас точно знаю, что действительно ненавижу его, – голос девушки звучал жестко, так чтобы никто не смел опровергнуть ее слова или переубедить в обратном. Мне было непривычно слышать подобное от нее. Оказывается у нас больше общего, чем мне казалось. – Вот, – произнесла Вита, заставляя повернуться к ней и встретиться взглядом. – Тут твои документы и деньги на обратный билет, – тихо сказала она. – Брат об этом ничего не знает. Билет купишь перед самым взлетом, чтобы они тебя не засекли. Уезжай сразу же как только тебя выпишут. Я договорилась с доктором что Адриана предупредят об этом спустя день, но все равно нужно быть осторожней, у него длинные руки, – усмехнулась она, положив документы под подушку. – И впредь, будь осторожней, если брат что–то решил то оно так и будет, – предупредила она, поднимаясь, в намерение покинуть палату. – А ты? Девушка обернулась и невесело усмехнулась. – А я? Я связалась с матерью. Она конечно не рада вновь обрести дочь, но немалый счет это компенсировал, – ответила она. – Пока погощу у нее, а потом придумаю что–нибудь, – пожала она плечами. – Да ты не парься, выздоравливай и возвращайся домой, – беззаботно проговорила Вита, открывая дверь. – Спасибо, – успела ее поблагодарить, до того как она покинула палату. До конца не веря в случившееся, я подняла руку и просунула ее под подушку. И пока не нащупала и не сжала заветный твердый прямоугольник документов, не успокоилась. На лице появилась счастливая улыбка. Впервые за долгое время я была счастлива, имея возможность вернуться домой. Как и говорила Вита, сразу же после выписки я отправилась в аэропорт. Не сказать, что я полностью оправилась после инцидента, (слабость в теле еще присутствовала) но ждать дальше было нельзя. Как покидала больницу и садилась в такси не помню, впрочем, как и дорогу до аэропорта. Все это время сознание было как в тумане, словно все это происходило не со мной. Очнулась я только в самолете, когда он был на полпути к родному городу. Выдохнув, я позволила себе немного расслабиться. Вот когда окажусь в родных стенах квартиры и обниму маму, тогда можно будет полностью расслабиться. Как провалилась в сон сама не заметила. Наверное, все же сказалось нервное напряжение, и слабость. Но я все равно была благодарна организму за возможность немного отдохнуть. Первым делом, когда оказалась на улице города, вздохнула полной грудью. После чего поймала такси и отправилась домой. – Ну, кто там еще? – послышался мамин недовольный голос из квартиры. – Нет Милы, и я понятия не имею, когда она появится! – выговаривала она, открывая двери. – Мила?! – воскликнула она пораженно. – Доченька! Жива! – прокричала мама и кинулась меня обнимать. – Ну мам, все хватит, – проговорила когда она стала ощупывать меня. – Может, хоть в дом пустишь? – Точно! – спохватилась мама. – Что ж мы на пороге то стоим? Проходи, – посторонилась она, пропуская меня в квартиру. – А где твой чемодан? – спросила мама нахмурившись. Я на это улыбнулась и пожала плечами. – Налегке приехала, – ответила ей. Плечи мамы тут же опустились, и она сама как–то вся сжалась, обнимая себя руками. – Значит ты ненадолго? – севшим голосом спросила мама. – Мам, ну ты чего? – обняла ее. – Вещи позже пришлют. – Правда? – улыбнулась она, но во взгляде не появился тот радостный блеск, что совсем недавно потух. – Знаешь, дорога была долгой, я безумно устала, а еще я очень сильно соскучилась по тебе и твоей еде, – сказала вместо ответа. И это прозвучало для нее лучше чем любое согласие. Мама тут же спохватилась и, бормоча под нос, что у нее ничего нет, что бы меня накормить, умчалась на кухню. Проследив за тем как мама скрылась на кухне прошла в свою комнату. Она встретила меня тем же беспорядком как я ее и оставляла. Мама не имела привычку лезть в мои личные вещи, за что я была ей благодарна. Окинув родные стены внимательным взглядом, я остановила его на фотографиях. Подойдя к ним, прикоснулась к тому фото, где был запечатлен Руслан, грустно вздохнула. – Мила, идем кушать, – крикнула мама, от чего я улыбнулась. Как же давно я не слышала этого, как же я соскучилась по ней. – Небось не кормили тебя там, совсем исхудала, – бормотала она когда я вошла на кухню. Подойдя к маме, я снова ее обняла и вдохнула такой родной запах. – Ты чего, Мила? – спросила мама, тут же насторожившись. – Ничего, просто соскучилась. После того как я оказалась дома, прошла неделя. Мама работала, а я пока сидела дома. Я хотела на следующий же день пойти искать работу. Ведь практику никто не отменял, а жизнь продолжается. Но мама воспротивилась моей идее. «Я тебя, итак, сколько не видела! – возмутилась она. – А сейчас пойдешь работать вовсе не увижу. Ничего посидишь немного дома, никуда твоя практика не денется!» Я была не согласна с ней, но не стала противиться. Хочет мама чтобы я посидела дома, пусть будет так. Я даже была ей признательна за настойчивость, ведь теперь я могла нормально выспаться, и сама просыпалась по утрам без чьего–то вмешательства. О том где провела две недели, старалась не вспоминать. А на вопросы мамы отвечала почти правду. Большой офис, тяжелая работа, маленькая комната в общежитии, которую делила с милой девушкой Витой. Я практически ей не лгала, просто не рассказывала о том, как попала в другой город, и кто к этому причастен. Ирка была безумно счастлива, узнать о том, что я дома, и на следующий же день примчалась ко мне. Она вытянула из меня все, вплоть до того что я ела и где спала. Но я была не против с ней поговорить об этом, обсудить и решить как быть дальше. Мне безумно не хватала ее. Сегодня мы договорились с ней выбраться на прогулку в кафе. Ребята из нашей группы собираются там, хотят отметить успешную сдачу экзаменов. Когда раздался звонок в дверь, я пыталась застегнуть молнию на платье. Но сделать это когда она находится на спине, одной не очень удобно. Подумав, что Ира появилась, как всегда, вовремя, я, улыбнувшись. После чего отправилась открывать дверь, и распахнув ее развернулась, чтобы вернуться в комнату, на ходу проговорив. – Проходи, я почти готова, сейчас сумочку захвачу и можно ехать. – Не знал, что ты будешь меня так встречать, – раздался за спиной хриплый, знакомый голос. Вскрикнув резко обернулась, надеясь, что это мне просто показалось. Но увы, на пороге квартиры стоял Адриан. Растрепанный, с густой щетиной, синяками под глазами, и в мятой рубашке. Вид конечно у него был еще тот, но меня это никак не касалось. Мне было плевать, что с ним случилось и почему мужчина так выгляди, меня больше волновал вопрос, что он тут делает. Хотя, и это мне было не интересно… Понимая, что вытолкнуть мужчину из квартиры и захлопнуть входную дверь у меня не получится, я быстро развернулась и помчалась в свою комнату. Я надеялась скрыться там и вызвать полицию. Но к несчастью не успела этого сделать. Адриан настиг меня в самых дверях, комнаты. Припечатав к стене он схватил меня за шею, и приблизившись почти вплотную к моему лицу прорычал. – ГДЕ. МОЯ. СЕСТРА?