57

Увы, все оказалось не так просто. Или совсем непросто. То ли я еще не до конца разобралась с принципами действия земной магии (звучит-то как!), то ли просто не знала куда идти. Но мое суперзрение, активировавшееся благодаря живущей во мне искре, показывало только пустоты, а не путь на свободу. Логично было предположить, что мне надо было идти наверх, и я пошла. Но очень скоро поняла, что двигать камни — не так просто, как может показаться. Если первые несколько проходов открылись достаточно легко, то последующие напоминали те самые знаменитые вагоны с углем, которые я «разгружала» всю ночь. Что самое печальное, у меня оставалось все меньше и меньше сил, и на каком-то этапе горные породы просто перестали мне подчиняться.

Бензин кончился. Бобик сдох (иносказательно, ни один Бобик не пострадал, кроме моей подвыдохшейся искры и чувства собственного достоинства). А я осталась посреди камня и там, где нет воздуха. Сюда-то, в отличие от княжеских покоев, никакая магия не дотягивалась.

На мгновение меня снова накрыло паникой, но на этот раз, увы, совершенно бесполезной. Я больше не могла двигать камни, даже находясь в диком стрессе, а значит, у меня здесь скоро кончится воздух, и я останусь мумией в недрах Эйрузии.

Интересно, князя хоть чуть-чуть совесть помучает? Хотя, наверное, он вздохнет с облегчением: нет иномирной Искры — нет проблемы.

Все. Конец истории.

Серьезно?

Я пережила межмировое перемещение. Выжила в теле девушки, которую хотели убить (почему-то теперь я в этом не сомневалась, слишком много всего странного творилось в этом дворце). Выжила в крепости Гемрора, пережила его наемных убийц, и что — вот так просто сдамся?

А какие у меня варианты?

Позвать на помощь князя.

Умереть.

Попытаться сдвинуть еще что-то, хотя бы попытаться… Или…

Я вдруг вспомнила свои ощущения идущего от камня тепла. Риаран говорил, что это потому что меня приняла земля, а его сила — сила земных драконов — питается именно от земли. Так может, мне позвать на помощь не князя, а… планету? Ее недра? До этого момента я шла на собственном ресурсе и, возможно, в этом и заключалась моя основная ошибка.

Что, если я могу использовать ресурс земных недр?

От недостатка кислорода уже начинала кружиться голова, поэтому я сосредоточилась и потянулась к теплу, от которого пыталась уйти, когда шла наверх.

Сначала ничего не получалось, тогда я сбросила халат и легла, позволяя себе чувствовать камень всем телом. И он, бывший до этого момента холодным, вдруг стал нагреваться. Я почувствовала текущий в меня жар, как будто питающий мое тело.

— Помоги мне, — попросила я землю. — Помоги мне найти свой путь…

И, когда в меня хлынуло это тепло с удвоенной силой, я подхватила халат, сдвигая камни. Вот только почему-то вместо того, чтобы сдвинуть то, что мне нужно, я раскрыла себе проход… под ногами. И соскользнула в него как по желобу аквапарка с таким ускорением, что у меня вновь перехватило дыхание — но на этот раз уже от ощущения полета.

Я даже не успела ничего подумать или представить: вместо света в конце туннеля я увидела огонь. То есть то самое ядро земли или магму, или озеро магмы, и у меня впервые в жизни, как говорится, душа в пятки ушла. Потому что я поняла, что от меня не останется даже мумии. Я вылетела из «трубы аквапарка» с таким характерным: «А-а-а-а-а-а-а», что если бы это снимали на видео, мое перекошенное лицо надолго стало бы мемом среди сотрудников. Но в озеро я не плюхнулась: сначала все мое тело прошила судорога. Потом еще одна.

И мой хвост слегка зацепил краешек магмы, которая скатилась с моей чешуи с той же легкостью, как водичка с гуся.

— А-а-а-а-а-а-а! — снова закричала я.

Но это в моих мыслях оно так звучало.

Потому что вместо человеческого вопля я услышала подхваченный и десятикратно усиленный эхом рык, перебивший даже бурление магмы. Я хлопнула крыльями и взлетела под потолок, из дыры которого только что выпала.

Хвост, чешуя, крылья…

Я — дракон?

А-а-а-а-а-а-а-а!

— Р-р-р-р-р-р!

Раскат моего рычания снова заметался под сводами пещеры огня, в которой я оказалась. А я заметалась по ней, снося все, что попадалось мне на пути, врезалась в сталактиты, с грохотом раскрошив их. Они рухнули с высоты и утонули в озере огня, которое оказалось бездомным.

Зрение изменилось окончательно (теперь я видела как какой-то голубь, не только впереди и боковым зрением, но и то, что происходит за моей спиной), и если бы не шипы-наросты на моей голове, то я бы, наверное, видела абсолютно все. Но мне хватило и того, что я уже захватила звериным взглядом — выход, а точнее, в моем текущем состоянии, вылет из пещеры.

Я ломанулась туда, мои крылья как-то инстинктивно сложились вдоль тела, а я заскользила по туннелю, как недавно это делал везущий меня Д’Амир. Я вылетела в коридорах дворца, пронеслась как тот самый перепуганный голубь, заставляя слуг с воплями шарахаться и нырять в ниши или падать на пол, бросая все, что они несли, и прикрывая руками головы.

Кажется, я снесла половину дворцового интерьера, включая украшение анфилад и портреты в галереях, а стража с расширенными глазами попыталась захлестнуть меня магией, но она отразилась от моей чешуи, полыхнула и осыпала искрами и пламенем всех пытающихся.

Коридоры под землей кончились, я вылетела в холл наземной части дворца, а потом — сквозь витражное стекло — прямо в небо. Все выше и выше, удаляясь от дворца как можно дальше. Я оказалась над облаками, и тут внезапно во мне кончился жар и связующая меня с землей магия.

По телу снова прошла судорога, вторая, третья…

Я замахала руками вместо крыльев и, так же стремительно, как недавно набирала высоту, полетела вниз.