89

Я шла по лесу рядом с Герменерром. Почему-то я знала, что это именно тот лес, который окружает крепость, теперь свободную от Гемрора и его власти. Солнечный свет лился вниз сквозь кроны деревьев и отблесками терялся в густой траве, между цветов, упавших шишек и веточек. Я точно знала, что иду на важную встречу, а с кем именно — поняла, когда вышла на залитую солнцем полянку, на которой на поваленном дереве сидел Ягур.

Старец и сейчас казался реальным, как никогда, хотя я уже поняла, что это всего лишь сон. Тем не менее я чувствовала, как моей кожи касаются ветерок и солнечные лучи, и это… изумляло.

— Не стоит удивляться, Аня, — улыбнулся в бороду монах и поднялся навстречу мне. — Мир, в котором мы с тобой встречаемся, еще не сильно отличается от того, в котором ты проснешься.

Я едва сдержала нервный смешок:

— Надеюсь, я проснусь рядом со своим князем.

Ягур шутку оценил и рассмеялся.

— Да, именно рядом с ним.

— Но где мы сейчас?

— В мире, где пребывают все души между жизнью и смертью. Он похож на реальный, на ту реальность, которую душа для себя выбирает.

— Вот только я сейчас не между жизнью и смертью.

Я надеюсь.

— Разумеется, нет. Но твоя душа преодолела огромное путешествие из мира в мир. Для тебя нет ничего невозможного.

— Это значит, что мы сможем видеться с вами?

— Это значит, что ты можешь появляться здесь, когда пожелаешь. А я пришел попрощаться. Попрощаться и поблагодарить.

— За выполненную задачу?

— За то, что спасла этот мир. Если бы не ты, Валенсия и Гемрор стали бы причиной кровопролитной войны, которая втянула бы в свою жертвенную воронку многие страны. В том числе Рован и Вейсмейстрию. Риаран погиб бы из-за предательства Оромонда в первый же ее год.

Я поежилась.

— Откуда вы все это знаете?

— Отсюда все виднее, — произнес Ягур, — видно, когда мир стоит на развилке, и когда сворачивает в лучшую или в худшую сторону.

— Ну тогда нам остается только облегченно вздохнуть, — произнесла я. — И я вас тоже должна поблагодарить. За подсказку. Если бы не вы, я бы, возможно, не сопоставила некоторые факты и не пришла бы к тем выводам, к которым пришла. Но почему вы не сказали обо всем сразу?

— Потому что я не имею права вмешиваться в течение реальности в мире живых. Я могу лишь немного направить, но даже здесь мои возможности ограничены.

— То есть вы не сможете мне сказать, что ждет Рииха? — уточнила я.

Пользуясь положением, так сказать. Ну а что? Может, мне дадут хоть какой-то намек на то, что ждет брата Риарана, получится ли у Ротгена, который собрал свою команду после отставки и суда над лекарем Валенсии. Эта команда сейчас работала на пределе сил, и Риаран дал разрешение привлечь к делу Ольгу Рованскую, если она согласится помочь. Чтобы вернуть брата в человеческую форму, он был готов на все.

— Нет, — снова улыбнулся монах.

Ну… я была бы не я, если бы не попыталась.

Какое-то время мы молча смотрели друг на друга, а после Ягур приложил ладонь к сердцу и… растаял у меня на глазах. Я же шагнула в сторону поваленного дерева и проснулась.

Риаран уже не спал, подперев ладонью голову, смотрел на меня с улыбкой.

— Тебе снилось что-то очень хорошее, Аня. Ты улыбалась.

— Мне снился Ягур, — хотя я теперь уже не была уверена в том, что именно снился, но это детали.

— Небесный Ягур? — изумленно переспросил Князь.

— Кажется… я тебе эту историю не рассказывала.

Не успела. Как раз в этот момент нам сообщили об отравлении Эстель.

Я мигом перестала улыбаться и закусила губу.

— Что случилось?

— Я вспомнила Эстель.

Вместо ответа Риаран привлек меня к себе, устраивая у себя на груди, и я просто лежала и слушала, как ровно и глубоко бьется сердце моего дракона.

— Так что там с Небесным Ягуром? — спросил он.

И я рассказала все с самого начала. В том числе свою историю на Земле, когда от меня избавилась та вариация Валенсии. Риаран мрачнел все больше и больше, по мере того, как узнавал детали. А потом, глянув на меня в упор, произнес:

— Скажи, Аня, ты бы хотела исправить все и в своем мире тоже?

— Что?! — воскликнула я. — Но у меня не получится. Я официально мертва, и вряд ли стоит сообщать сотрудникам правоохранительных органов на Земле, что жена князя Эйрузии — Аня Макарова. В лучшем случае нас попытаются отправить на принудительное лечение, в худшем — арестуют, и… И я даже не знаю, чем это может кончиться.

Риаран пристально на меня посмотрел:

— Эта женщина должна ответить за все.

— Должна, — согласилась я, — но я уже не смогу сделать ничего…

— Совсем ничего? — прищурился он.

— Когда я погибла, над ней должен был состояться суд, — сказала я наконец.

— Но состоялся ли?

Этого я не знала. Я была уверена, что отомстить мне, в смысле, убить следачку, которая раздобыла улики против нее, для этой женщины было приятно. Но что произошло потом? И теперь, когда Риаран об этом заговорил, я тоже невольно об этом задумалась. Понесла ли она заслуженное наказание. Отправилась ли в тюрьму. Или же ее адвокатам удалось отмазать ее? Что совершенно не исключено, учитывая ее связи и ресурсы.

— Риаран, — раздраженно сказала я. — Ты знаешь, что я успела некоторое время поспать спокойно? А теперь, благодаря тебе…

— А теперь, благодаря мне, ты снова будешь спать спокойно, когда закроешь и это дело тоже.

— Ты предлагаешь мне отправиться туда? — От таких перспектив на мгновение захватило дух. Снова побывать на Земле, снова ходить по улицам, по которым ходила…

— Ты же был ярым противником перемещений между мирами?

— Все течет, все изменяется, — отметил земным выражением князь. — Кроме того, Грацлав только-только снова начал со мной нормально разговаривать, и я со спокойным сердцем могу ненадолго оставить Эйрузию на него.

Я вздохнула.

— Дракон-искуситель, — сообщила я этому невыносимому мужчине.

— Но ты же любишь меня именно таким.

— А у меня есть выбор?

Риаран скептически на меня посмотрел, и я только рукой махнула.

— Хорошо, я согласна.

Впрочем, когда мы оказались на Земле, я выяснила, что Риаран не просто дракон-искуситель, он еще и дракон-любитель-сюрпризов. Потому что подославшую ко мне убийцу преступницу все-таки арестовали повторно. Благодаря слаженной работе… его агентов. Судя по обстоятельствам дела, которое я изучила, теперь ей грозило пожизненное, и от ведения ее дела отказались даже ее адвокаты.

— Вот и зачем надо было приводить меня сюда? — сложив руки, поинтересовалась я.

— Я хотел сделать тебе приятное, — Риаран улыбнулся. — Неужели тебе не интересно было оказаться в том месте, где ты родилась и выросла?

Мне было не просто интересно, я была в восторге. Не говоря уже о том, что побывать в родных местах с любимым мужчиной, показать ему все тут — в этом есть своя прелесть. Но…

И тут я вдруг поняла, что помимо того, что Риаран устроил все это для меня, он еще хотел увидеться с Ниярой. Ни за что бы никому в этом не признался, но хотел! Хотел встретиться с сестрой, лично узнать, что у нее все хорошо, посмотреть на мужчину, которого она выбрала. Поговорить. Возможно, он тоже хотел попросить у нее прощения за то, что долгие годы удерживал сестру в золотой клетке.

— Знаешь, раз уж мы тут… почему бы нам не встретиться с Ниярой? — поинтересовалась я.

— Думаешь, стоит?

— Думаю, это обязательно. Я безумно хочу ее увидеть.

Князь сделал вид, что раздумывает, но потом все-таки кивнул:

— Пожалуй, ты права.

Не дракон, а балбес. С другой стороны, с его матерью проявление чувств было смерти подобно, поэтому… поэтому я с удовольствием стану мостиком между ним и сестрой. И очень надеюсь, что он не откусит голову Ландару, если ему что-то не понравится.

С другой стороны, мы сейчас на Земле, драконом он стать не может…

— Решено, — кивнула я. — Тогда сегодня гуляем тут, а завтра выдвигаемся в столицу. Заодно покажу тебе Красную площадь.

— А почему она Красная?

— Вот приедем, и расскажу, — я показала дракону язык и убежала в ванную.

Удивительно, невероятно счастливая. Как никогда.