Глава 20

Что он творит?! Он же делает ей поблажки, вместо того чтобы гнуть свою линию, быть неумолимым.

Вот сегодня – когда вошел в кухню, едва не заржал, увидев Зою. Никак не ожидал, что напялит она его шорты и футболку. И выглядела она так… клоун отдыхает, честное слово. А с какой гордостью демонстрировала клоунский прикид! Это ж уметь так надо. Даже смеяться над ней стало стыдно, хоть и очень хотелось. А уж наказывать и подавно.

Кстати, о наказаниях. Нужно обязательно придумать или даже продумать систему наказаний. Нельзя спускать ей с рук непослушание и желание увиливать от обязанностей, которые он на нее навесил.

Если бы кто-то вошедший в кабинет такого крупного и известного бизнесмена, как Иван Морозов, узнал, чем именно он занимается, то репутация его, должно быть, сильно пошатнулась. Но в кабинете Иван был один, никаких срочных дел у него не было запланировано, и с чистой совестью он составлял перечень обязанностей его пленницы и за невыполнение чего какое последует наказание.

Через час примерно он откинулся на спинку кресла и внимательно все перечитал. Вздох облегчения сорвался с его губ, а следом на них появилась мстительная ухмылка. Ну вот, теперь она точно станет ему подчиняться, потому что малейший прокол с ее стороны повлечет не самые приятные последствия. И вечером он ее ознакомит с новыми правилами.

После обеда позвонил брат.

– Ты помнишь про юбилей отца? – уточнил он.

Помнил ли Иван? Хотел бы забыть, да не получалось. Знал он и то, что должен будет присутствовать на праздновании шестидесятилетия отца. И на этот раз его нежелание встречаться с отцом не могло послужить оправданием. Этот прием планировался таким, на котором он обязан присутствовать в силу своего положения в обществе. И состоится уже в эту субботу.

– Помню, конечно, – вздохнул Иван.

– И подарок уже приготовил?

– Чего нет, того нет.

– Ладно, не парься… Марина что-нибудь придумает. Ты, главное, не забудь вручить, – усмехнулся на том проводе Валера. – И… ты же придешь?

– А я могу не прийти?

– Не можешь. А ты будешь один?

– Наверное…

На такие приемы положено было приходить парами. Но у Ивана в данный конкретный период отношений ни с кем не было. Приглашать кого-то случайного тоже не хотелось.

– Если не хочешь стать предметом охоты мамочек, лучше подумай, кого можешь взять с собой, – посоветовал брат.

И тут он был абсолютно прав. Придя на банкет в одиночестве, Иван станет отличной мишенью.

– Я подумаю… – пообещал он.

После разговора с братом Иван вернулся к радующему глаз списку и снова его перечитал.

А что, если?.. Да нет! Эта девчонка до такой степени неотесанная, а порой и дикая, что на торжественном приеме у отца в доме она его опозорит.

А если вменить ей поход с ним в обязанности и за невыполнение или некачественное выполнение придумать особо суровое наказание? Вот тогда, возможно, она и будет вести себя там как паинька. Осталось поработать над ее внешнем видом.

И Иван дополнил свой список еще одним пунктом.

* * *

– Доча, а чем ты занята? – заглянула мама к ней в комнату.

Прошло минут пятнадцать, когда страсти поулеглись. А до этого были и слезы, и упреки, и море вопросов… Зоя, конечно, примерно такого и ждала, когда собиралась с силами, чтобы открыть дверь в свою квартиру, но не думала, что будет чувствовать себя настолько виноватой. Аж противно становилось от самой себя. И в комнату свою она практически сбежала. Правда, в тишине удалось побыть не долго. Она только и успела, что достать вещи из шкафа. Ну и приготовить чемодан.

– Зачем тебе чемодан? – мама выглядела испуганной, когда вошла в комнату и прикрыла дверь. Голос ее понизился до шепота.

– Мам, дай мне немного времени, чтобы собраться с мыслями, – попросила Зоя. – Через полчасика я приду к вам с папой и все расскажу.

– Расскажешь что? Ты опять собираешься в командировку?

– Нет, мам, – вздохнула Зоя, понимая, что собственное вранье уже буквально душит.

Ненавистный Морозов! Зоя почувствовала, как сжались кулаки. Это из-за него она вынуждена постоянно врать своими родителям. Все проблемы в ее жизни из-за этого человека. И сейчас она всецело находится в его власти. Если бы не родители, которых она очень сильно любит, и которые смогли заменить ей родных маму и папу, она бы точно объявила Морозову самую настоящую войну. И бились бы они не на жизнь, а на смерть. Но ради мамы Кати и папы Славы она будет все мужественно терпеть и действовать хитростью. Но на хитрость нужно время, а родители должны жить спокойно уже сейчас.

– Зачем же тебе чемодан? – с тревогой смотрела на нее мама.

– Мамочка, – приблизилась к ней Зоя и крепко обняла. – Я все вам расскажу, только чуточку позже, – поцеловала она мягкую и такую родную щеку.

– Ну хорошо… я тогда пойду накрою к обеду… – попятилась к двери мама, продолжая смотреть на дочь недоверчиво.

Обед! Вернее, ужин!.. Она дала себе слово, что сегодня на ужин приготовит что-нибудь хотя бы съедобное, и умудрилась об этом забыть. Ну как же так? Если бы не мама, то приехав в квартиру Морозова, Зоя оказалась бы той бабкой перед разбитым корытом. Ни продуктов, ни времени, ни идей. Наверное, ей суждено умереть такой бестолковой. Других жизнь учит полезному, а ее…

Иногда Зоя думала, что не умеет готовить потому, что ее мама превзошла в этом профессиональных поваров. Зачем в семье готовить еще кому-то, если один умеет делать это лучше всех? В ее семье такой была мама. Но подспудно Зоя понимала, что ищет себе оправдания.

Сегодня на обед были щи из кислой капусты, что источали божественный аромат, томясь в керамической кастрюле посреди стола. На второе мама запекла курицу, нашпиговав ту гречкой. Вот! Курица! Она возьмет у мамы пошаговый рецепт и приготовит такую сегодня в доме Морозова. И пусть он себе откусит язык!

В квартире родителей Зоя провела еще час. Водитель Морозова встретил ее в некотором раздражении. Да и плевать! На кого он работает? На Морозова. А значит, и он в списке ее врагов.

– Поехали домой! – велела она, когда водитель загрузил ее чемодан в багажник. – По пути заедем в супермаркет.

Была ли чиста совесть Зои? Нет конечно же! Родителям она выдала очередную фантастическую историю о спонтанном знакомстве с мужчиной своей мечты, к которому и перебирается жить. Стыдно было ужасно. Перед глазами долго еще стояли расстроенные лица мамы Кати и папы Славы. И в этом тоже был виноват Морозов!