Глава 44

Двумя неделями ранее…

Море штормило уже пятый день, и дул сильный ветер. Иван сидел на веранде своей виллы, пил кофе и наблюдал за стихией, что разыгрывалась в каких-то тридцати метрах от него. От бушующего моря его отделяла лишь узкая полоса пляжа.

Когда-то он влюбился в эту виллу, увидев ее на фотографии. Прошлый хозяин выставил ее на продажу по довольно высокой цене, но Ивана это не смутило. Он купил ее дистанционно, а когда через пару месяцев приехал в Пуэрто-Рико, то влюбился в это место окончательно.

Остров, конечно же, был густонаселен, но ближайшее жилье находилось от виллы в двух километрах. И сто соток земли вокруг виллы принадлежало ему лично. Создавалось впечатление, что сидишь на необитаемом острове, и никто не сможет нарушить плавное течение твоих мыслей. Лишь ты и море – всегда одно и то же, но каждый день разное. И наблюдать за ним Иван не уставал.

Жалко только приезжать сюда так часто, как хотелось, не получалось. В Пуэрто-Рико он наведывался не чаще раза в год и всегда не больше чем на неделю-две. Все остальное время вилла пустовала, а в порядке ее поддерживали нанятые Иваном люди. В свое отсутствие он разрешил жить на вилле семье домработницы, но с условием, что когда он приезжает, никого, кроме нее и него, в доме находиться не должно. Это место Иван считал своим личным раем.

Раем остров и был, но раньше. Сейчас же он превратился для Ивана во что-то вроде исправительной колонии, куда сам себя отправил, чтобы привести в порядок мысли, выкинуть из головы все лишнее, сосредоточившись на главном.

Но вот беда – Иван теперь уже не понимал, что для него является главным. Раньше он думал, что его бизнес… И что? За годы упорного труда он сколотил огромное состояние. Накупил недвижимости. Даже в золотые слитки вложил деньги. А зачем? Зачем ему столько, если живет он один, и даже сам не успевает пользоваться всеми благами?

В этом году ему исполнилось тридцать три. Говорят, это возраст Христа. То, чего человек достигает к этим годам, остается уже с ним навсегда. Ну а если не достиг ничего, то самое время начинать все с чистого листа.

И только тут, на пустынном пляже, рядом с бескрайним океаном Иван понял, что не достиг ничего. А всё то материальное, что имеет, не делает его счастливым.

Вот Валерка – брат… Младше него на пять лет, но как много уже успел сделать. Женился, нарожал двоих детей, построил дом и насажал кучу деревьев. Прямо как по канону – брат сделал все то, что должен сделать успешный мужчина. И Иван точно знал, что Валера счастлив и любим.

Наверное, и отец его счастлив, по-своему… Много лет работал в поте лица, а сейчас вот наслаждается заслуженным отдыхом. Пользуется тем, что заслужил.

Счастливая же жизнь Ивана закончилась со смертью матери, как он понял только тут, целыми днями предаваясь размышлениям. Мамы не стало уже очень давно, а обида в душе Ивана вытеснила почти все остальное. Злился он на отца, а счастья лишал себя.

Иван вспомнил Ингу, ты короткую встречу с бывшей женой на юбилее отца. Ее лицо отчетливо всплыло перед его мысленным взором. В какой-то момент Инга испугалась и поспешила сбежать. Кого она боялась? Его?

С Ингой они прожили вместе всего год. А потом много лет не виделись. Иван даже не интересовался, как живет его бывшая жена. От знакомых иногда слышал какие-то новости, но даже их, как правило, пропускал мимо ушей.

А ведь жена ему не изменяла и даже, наверное, любила по-своему когда-то. Любил ее и он, как ему казалось тогда. И только сейчас Иван понял, что не любовь то вовсе была. Симпатия, влечение… что угодно, но не любовь.

До тридцати трех лет любви в его жизни не было. А сейчас именно она причиняет ему настолько острую боль.

Даже через месяц чувство к Зое не стало притупляться. Целыми днями он вспоминал эту непостижимую, прекрасную, ни на кого не похожую девушку. Видел перед собой ее глаза, слышал заливистый смех… Любовался ею, когда сердится. И целовал ее губы – мучительно долго, понимая, что не может почувствовать их вкус. Не в силах обнять ее и прижать к себе ее хрупкое тело. Не может вдохнуть ее ни с чем несравнимый аромат. Она была так далеко и совсем не принадлежала ему. Ивану же казалось, что находится она где-то рядом, в одном с ним доме.

Порой грезы о Зое становились настолько реалистичными, что Ивану казалось, будто сходит он с ума. И снилась она ему почти каждую ночь. Ссылка себя на райский остров не излечивала, а даже наоборот. Он так скучал, как никогда еще и не по кому не скучал. И он готов был убить себя за все то, что делал с Зоей. Одно он знал точно – больше никогда не причинит ей вреда, даже ценой собственного счастья.

– Завтрак подавать сюда, сеньор? – вышла на веранду Бенита – домоправительница Ивана.

Она довольно бегло говорила на русском. Кажется, русской у Бениты была бабушка, но Иван мог ошибаться. А еще у этой женщины была большая семья. Два сына, их жены и шестеро внуков. Все они жили на вилле в отсутствии Ивана. К Бените он относился почти с материнской любовью, и она платила ему сторицей. Правда, запретить ей называть его сеньором у Ивана никак не получалось.

– Нет, Бенита, – тряхнул он головой. – Я еще посижу минут десять и приду в столовую. Накрывай стол там…

Еще десять минут самоедства, а потом еще один день без Зои. И сколько уже прошло этих дней? А сколько пройдет еще, пока он научится жить без нее?

Телефон завибрировал, когда Иван уже собирался уходить с веранды. Звонил Глеб.

– Привет, отшельник! – раздался голос секьюрити. Слышно было так хорошо, как будто сидел он в соседнем кресле.

– Привет, Глеб! Все хорошо? – поинтересовался Иван.

До этого Глеб звонил ему дважды и оба раза по делу. Ничего серьезного, но вопросы эти мог решить только Иван. И сейчас он удивился, когда ответил главный секьюрити с насмешкой в голосе.

– Все в порядке, начальник. Твоя империя непотопляема.

– Тогда, почему ты звонишь? – еще сильнее удивился Иван.

– Я-то?.. Да вот хочу поинтересоваться, как долго еще будет длиться твоя ссылка?

А это Глеб метко определил – Иван именно сослал себя на этот остров, как можно дальше от Зои.

– Не пора уже вернуться? А то, знаешь ли, как-то даже завидно, что ты там жаришься под тропическим солнцем, тогда как мы тут уже начинаем замерзать.

Подобные пространные речи тоже не свойственны были Глебу. Видно, соскучился он по Ивану сильно. Да и сам Иван понял, что скучает. А учитывая, что ссылка не принесла ему исцеления, то, наверное, пора было возвращаться к людям.

– Думаешь, пора? – на всякий случай уточнил Иван.

– Уверен, что да. Помнится, ехал ты на недельку-две, а сидишь там уже полтора месяца. Хоть Бениту свою пожалей…

– Закажу билет на завтра. Ждите! – пообещал Иван.

Как ни странно, но после разговора с секьюрити, ему стало немного легче. Возможно, исцеление, как раз, принесет возвращение домой.