Глава 21 · Гидеон

– У Руны Уинтерс нет шрамов ведьмы, – сообщил Гидеон Харроу, когда они вместе поднимались по мраморным ступеням.

Та повернулась и выгнула бровь:

– Ты весьма быстро продвигаешься к цели.

– Все совсем не так, – поспешил сообщить Гидеон. – Мне нужно было снять мерки для платья, которое я ей шью.

Обе брови Харроу поползли на лоб:

– Да ты, мой влиятельный друг, действуешь умнее, чем я смела надеяться.

Они прошли под арочным входом с колоннами, ведущем в штаб Кровавой гвардии. Когда-то здесь располагалась королевская библиотека, хранились тома, несущие в массы ложь и пропаганду, а также целые ярусы книг с заклинаниями. Гидеон вспомнил многочисленные бюсты всех знаменитых ведьм в истории, некогда выставленные вдоль стен одного крыла здания, а также картины в позолоченных рамах, относящиеся к золотому веку ведьм. Все это было уничтожено в первые дни Новой республики.

– Если нет шрамов, мы не можем предъявлять обвинение.

– Ты уверен, что рассмотрел внимательно?

Гидеон мысленно перенесся в темное помещение ателье и вспомнил Руну в свете лампы.

– Освещение было плохим, но, поверь, я все рассмотрел детально.

Происходящее с памятью напоминало ему слив ванны. Стоило погрузиться в воспоминания, как они понеслись безудержным потоком. Гидеон видел, словно наяву, плавные изгибы, белую кожу, тончайшее кружево белья.

И чувствовал запах ее тела…

Гидеон тогда осмелился подойти очень близко к обнаженной Руне. Жадно ее рассматривал, но не увидел ничего подозрительного.

– Она безупречна.

– Ты видел ее полностью обнаженной?

– Что? Нет. Для снятия мерок нет необходимости раздеваться полностью.

– Ну вот и ответ. У Багрового Мотылька не будет шрамов там, где их сможет увидеть кто-то вроде тебя. Только вдумайся, как ей удалось избежать ареста в последние годы? Тебе надо увидеть ее полностью обнаженной.

Слова произвели эффект удара грома. Впрочем, Харроу права. Он не видел Руну полностью без одежды. И освещение было весьма тусклым.

Гидеон провел рукой по лицу.

Как же сделать так, чтобы Руна Уинтерс разделась полностью?

– Может, этого и не придется делать.

Харроу закатила глаза:

– У тебя появился другой план?

Они вошли в просторное помещение с массивной лестницей, ведущей на самый верхний этаж. Стеклянный купол над головой открывал вид на небо, в настоящий момент затянутое облаками. Опорами куполу служили высеченные в мраморе статуи семи добродетелей: свобода с поднятым оружием, милосердие в окружении голубей, летевших вверх, мудрость с совой на плече и открытой книгой в руке…

– Скажи, ты помнишь? – Харроу остановилась на середине массивной библиотечной лестницы, возведенной в центре зала. Гидеон перевел взгляд и увидел, что она смотрит в то место на полу, где сбивался рисунок плитки. – Раньше здесь росло дерево. – Харроу помолчала. – Оно возвышалось до четвертого этажа.

Гидеон кивнул. После революции его срубили бунтовщики. Срубили, выкорчевали и сожгли.

– Каждую весну дерево цвело целый месяц, не прекращая. Моя хозяйка, Джунипер, любила приходить сюда, когда опадали лепестки цветов. Весь пол был покрыт ими и выглядел белым морем. – Харроу сглотнула. – Она говорила, что его посадила сама Эмити, а уже столетия спустя люди построили вокруг него библиотеку.

Гидеон впервые слышал, чтобы она упоминала ведьму, заключившую с ней договор.

– Ее отправили на чистку? – спросил он.

Вопрос вернул Харроу в реальность, и она продолжила подниматься по лестнице.

– Нет.

Гидеон догнал ее, между ними повисло тягостное молчание. Если Джунипер не поймали, значит, она еще на свободе. Любопытно, преследуют ли Харроу воспоминания о ведьме, как его – мысли о Крессиде?

– Это она сделала? – Гидеон жестом указал на голову.

Харроу накрыла ладонью то место, где было ухо до того, как его отрезала ведьма.

– Нет. Но она не вмешалась, хотя могла.

Это не единственный пример жестокости ведьмы в жизни Харроу? Могла она не знать и не интересоваться, жива ли ее бывшая хозяйка?

Девушка явно не желала дальнейшего обсуждения, поэтому резко сменила тему:

– Ты говорил о плане заманить Руну Уинтерс в западню. Которая не предполагает раздевания. Расскажешь, что это будет?

Стук шагов звучал в унисон, и наконец они поднялись на второй этаж, где находился кабинет Гидеона.

– Сегодня утром я дал Руне ложную информацию.

– Вот как?

– Сказал, что ведьму держат в камере у Селдом-харбор.

– И что?

– Рядом с Селдом-харбор нет мест временного содержания. Это ловушка для Багрового Мотылька.

Желто-коричневые глаза Харроу расширились. Затем она улыбнулась, осознав сказанное, явно впечатленная Гидеоном.

– Полагаешь, Руна там появится?

– Надеюсь. Возможно, тогда я ее поймаю. Даже если появится кто-то другой, можно будет утверждать, что Руна в сговоре с Мотыльком, ведь она единственная, кому я назвал это место.

– А если она не придет?

Гидеон вздохнул:

– Тогда я сочту этот путь к Мотыльку ложным и прекращу его.

И буду надеяться, что мой младший брат наконец вспомнит, что он мужчина.