Глава 56 · Гидеон

Гидеон разбил пузырек с кровью о булыжник и смотрел, как струи дождя смывают кровь.

В голове крутилась лишь мысль о том, что на цепочке на шее у нее висело кольцо мамы. То, которое он отдал Алексу.

Он сделал предложение Руне, и она его приняла.

«Ты глупец», – сказал себе Гидеон, запрыгивая на лошадь.

Не стоило ожидать, что произошедшее между ними будет для нее что-то значить. И он ей безразличен. Все было игрой, в которой он хоть и выиграл, но все равно остался ни с чем.

Она выбрала Алекса.

Неудивительно.

Тебе никогда не быть даже немного похожим на него.

От этих слов сердце сжималось и каменело.

Отчего это вообще причиняет такую боль? Она же Багровый Мотылек, чертова заноза, сидевшая в его сознании уже два года. Чертова ведьма.

Второй раз судьба насмехалась над ним. Он открыл душу лишь для того, чтобы вновь оказаться в дураках. Он поверил Руне, а она только притворялась. Как он мог вообразить, что они способны быть вместе и создать нечто прекрасное?

Что заставляет его быть иногда таким наивным?

Дождь бил в лицо, и он провел по нему ладонью. Гидеон так и стоял спиной ко входу в дом, не смог заставить себя посмотреть на Руну, когда она выходила под охраной Лейлы и садилась на лошадь.

Он и сейчас смотрел перед собой и не повернул головы, когда они ехали по центральной улице к платформе для чистки, возведенной для казни Серафины.

Теперь ведьм будет двое.

Когда они были совсем рядом с площадью, в небе сверкнула молния, освещая собирающихся людей, – они ожидали начала чистки.

Гидеон изо всех сил пытался ощутить ту степень ожесточения, которая позволила бы сейчас радоваться поимке коварной ведьмы, ведь мысли о ней не давали ему покоя долгие месяцы. Он мечтал выследить ее и казнить, увидеть, как свершится правосудие.

Из-за нее он каждое утро поднимался с постели.

Но теперь, когда она поймана, и правосудие вот-вот свершится, все, что он ощущает, – пустоту в душе.

– Гидеон!

Голос брата заставил его резко повернуться и оглядеть толпу. Алекса он заметил в последних рядах, когда тот пробирался вперед. От дождя его светлые волосы намокли и прилипли к голове.

Гидеон спрыгнул с лошади.

– Что ты делаешь, черт возьми? – кричал Алекс, не обращая внимания ни на дождь, ни на людей.

– Что я делаю?

Алекс прошел мимо брата к Руне, сидящей на лошади рядом с Лейлой.

– Отпусти ее.

Гидеон схватил его за лацкан пиджака и отшвырнул в сторону.

– Осторожнее, брат, ты на опасном пути.

Алекс пристально смотрел на него. В глазах брата, обычно добрых, бушевала ярость. Он указал пальцем на Руну, в лицо которой толпа уже бросала оскорбления и плевки.

– Тебя, я понимаю, это радует?

Гидеон оказался между братом и Багровым Мотыльком. Немного поразмыслив, он ответил:

– Кто-то должен делать грязную работу, чтобы защитить вас от опасных ведьм.

– Она не опасная ведьма! – прокричал Алекс ему в лицо. – Она невинная девушка!

– Невинная? – Гидеон с трудом сдержал смех. – Она околдовала тебя, Алекс.

Околдовала их обоих.

– Посмотри на себя хоть раз объективно. – По лицу Алекса струились потоки дождя. – Тебя разрушает это нездоровое желание всех наказать! – Он тряхнул головой, и капли с волос разлетелись в стороны. – Ты готов убить даже девушку, которую я люблю. Ты не понимаешь, как далеко зашел?

Гидеон сдержался, но изо всех сил сжал руки в кулаки.

– Она ведьма, Алекс, – произнес он очень спокойно. Лицо его было серым и ледяным, как грозовое небо. – Сочувствие им расценивается как преступление и карается смертью.

Алекс отпрянул и вскинул подбородок.

– Тогда арестуй и меня.

Хлесткая фраза стала болезненной, будто пощечина. Он столько лет делал все, чтобы уберечь брата, и заслужил вот это?

– Не глупи, Алекс, – процедил Гидеон, подумывая, не схватить ли его за шкирку и утащить подальше от площади. Запереть где-нибудь в чулане, например, чтобы посидел, пока все не закончится.

В глазах Алекса вспыхнуло пламя. Он выкрикнул достаточно громко, чтобы слышали все окружающие:

– Я знал, что она и есть Багровый Мотылек, но скрыл от тебя!

– Алекс, не делай этого, – послышался голос Руны.

Сердце Гидеона сжалось, стоило увидеть, как они смотрят друг на друга.

– Пожалуйста, умоляю тебя, уходи, – добавила она, и голос дрогнул.

– Прислушайся к ее словам, Алекс, – произнес Гидеон.

Алекс смотрел на нее, не отрываясь, будто не видел ничего и никого вокруг.

– Прости, Руна, но ты совсем ничего не понимаешь в жизни, если думаешь, что я буду тихо стоять и смотреть, как ты умираешь. – Бросив последний взгляд на нее, Алекс повернулся к толпе. – Я помогал ей организовывать побег ведьм из камер, куда привозил их мой брат! Я помогал переправлять преступников с этого богом забытого острова туда, где они будут в безопасности. Я признаю вину!

Глаза его сверкнули, когда он вновь посмотрел на Гидеона.

– А теперь арестуй меня.

Гидеон сжал зубы. Алекс только что открыто объявил себя врагом республики, тем, кто поддерживал ведьму.

Разумеется, процедура в таком случае была ему известна.

Но Алекс его брат, он обязан оберегать и защищать его.

– Капитан, – тихо произнесла Лейла, – если этого не сделаешь ты, сделаю я.

Гидеон дал клятву спасать общество от ведьм и им сочувствующих, чтобы не позволить их власти возродиться вновь и вернуться к террору невинных. Такова его цель. И призвание.

Борясь с болью в сердце, он взял из рук Лейлы холодные кандалы и надел на руки младшего брата.