6.3

— Лорд Чарльз Фортескью, мой второй же... — Лилиан осеклась и поправилась: — то есть наниматель, как-то обмолвился о том, что его дед посещал Отландию.

— По идее, у лорда Малькольма не было права рассказывать кому-либо о своем визите. — Его высочество некоторое время сверлил свояченицу подозрительным взглядом.

Лилиан надела на лицо самую невинную из своих масок. Она сама не понимала, почему не сказала принцу правду. Просто отчего-то бессознательно прислушалась к интуиции.

— Вы уже заключили магический договор с МакЛаудом? — Голос Эдуарда вывел девушку из задумчивости.

— Да.

— На каких условиях?

— Я выполняю задачу, поставленную передо мной нанимателем. О ней узнаю в замке МакЛаудов. Он — оплачивает  мои услуги и в целости и сохранности возвращает домой.

Принц забарабанил пальцами по столешнице, тяжело вздохнул.

— Знаете, почему я так и не потребовал у вас магическую клятву о прекращении вашей опасной деятельности после очередной фиктивной помолвки? — глухо спросил его высочество.

— Почему? — Лилиан, правда, довольно часто задумывалась об этом обстоятельстве и не находила ответа.

— Белла убедила меня в том, что вы самостоятельно должны прийти к тому, что наигрались в детектива, желаете остепениться и выйти замуж. Бель считает, если я возьму с вас подобную клятву, стану врагом.— Сестра права.

— Я понял это. Как никто другой.

Лилиан знала, о чем говорил принц. Несколько лет назад его родители из лучших побуждений отказались от общения с ним на несколько лет. Отправили в своеобразную ссылку, в Магическую академию Сент-Эдмундса, чтобы оградить его от друзей и королевы, оказывающих на принца дурное влияние.

Все годы в академии Эдуард Ветинг учился под личиной, под именем другого аристократа, который занимал его место в столичной академии магии. Его высочество вернул человечность, встретил друзей и полюбил ее Бель, которая училась на целительницу. Но с тех пор родители стали для него чужими.

Выходит, принц не хотел, чтобы между ними возникла такая же стена отчужденности, потому что слишком сильно любил её сестру и хорошо относился к самой Лилиан.

— Я благодарна вам... — начала девушка, но принц резко перебил её:

— Но если бы я знал, к чему это приведет, что у вас совершенно атрофируется инстинкт самосохранения, то наплевал бы на вашу обиду, враждебность. Как-нибудь пережил бы.

Мужские слова прозвучали холодно, хлестко и сухо. От неожиданности Лилиан побледнела.

— Я все осознаю. Но это мой выбор. Выбор той, которую с детства влекут загадки, тайны, более интересная и захватывающая жизнь, чем замужество, вышивание крестиком и домашнее хозяйство.

Лилиан воинственно вскинула подбородок, она не заметила, как нервно скомкала пальцами шелковую ткань нарядного платья.

— Наш король Георг никак не может переступить через себя и идти в ногу со временем. Несмотря на многочисленные предложения от Палаты лордов, связанные с расширением прав женщин, предоставлением им права учиться и работать наравне с мужчинами, король их игнорирует. Я же не вижу себя счастливой в замужестве. Пока не вижу.

— Лилиан, вас уже называют «бессовестной невестой», — вкрадчиво заметил его высочество. — Ваша репутация висит на волоске. Вспоминают вашу бабку — «бессовестную леди Честон». Если бы ваша сестра не являлась принцессой Рейдалии, то высшее общество королевства уже давно объявило бы вам бойкот.

— Я всегда осторожна. Вы знаете это. Никто и никогда не заставал меня в компрометирующей ситуации.

— Еще и поэтому вам не объявляют бойкот. Терпят. Но лишь только вы оступитесь, хотя бы раз, вас не спасет даже родство с Беллой. А ваша поездка с МакЛаудом на его остров на закрытую территорию может стать этим последним разом. Даже компания леди Треверс не спасет вашу репутацию, если вы пробудете на острове несколько недель, а потом вернетесь в Рейдалию с известием о расторжении очередной помолвки. Возможно Бель не осознает серьезность ситуации, но я не она.