Глава 39

Кхм-кхм.

- Давид Матвеевич, зачем вы столько в меня вкладываете? Не могу понять, в чем ваш интерес?

Да, подарок в виде автомобиля я оценила, не могу оторвать взгляд от белоснежной мечты на колесах, но понимаю, что это те еще проблемы. Обязывающий подарок, это раз. Простой любовнице-однодневке дорогую машину вряд ли станут дарить, это два. Продажа и возвращение денег начальнику - это та еще головная боль. И четыре - мотивов Крамера я вообще не понимаю, почему мне столь повышенное внимание? Машины, совместные ночи, намеки на более постоянную связь.  

Чувствую себя странно. Неправильно. Что обычн делают в такой ситуации? Радуются. Машину подарили, да еще какую. А мне бы глубинные смыслы искать.

Крамер смотрит на меня снисходительно, словно на наивного ребенка, даже какое-то умиление в его взгляде мне чудится.

- Мой интерес, чтобы моя помощница ездила на хорошей машине и радовалась жизни.

Как мило, но не верится.

- Ну что, попробуешь прокатится.

Блин, а прокатится-то хочется.

Через минут десять оглядывания машины и еще минут десяти горячих поцелуев с Давидом.

Потом все-таки села за руль, а Крамер на пассажирское сидение. Рисковый Давид человек. Шучу, конечно.

Со стоянки выезжаю крайне аккуратно, а по дороге еду медленно-медленно, машина не знакома, много наворотов, габариты не почувствовала, да и вообще не хочется случайно поцарапать или попасть в  аварию на новом дорогом автомобиле, который собираюсь вскоре продать.

- Василиса Андреевна, почему вы крадетесь, вместо того чтобы ехать? - насмешливо интересуется Давид. - Мы опаздываем на встречу.

К слову, за порше тянется внушительный хвост черных машин охраны Крамера, они тоже за нами ползут, из-за чего мы создали внушительную пробку.

Глубоко вздохнула и вдавила педаль газа.

В Германии мы задержались даже чуть дольше, чем на неделю. Вживую увидела процесс съемок фильмов для взрослых, а Давид еще и побывал в роли режиссера, точнее начальника режиссера, диктуя тому, что хочет в итоге увидеть, и какие эмоции нужно получить от актеров. Режиссер такому диктату не обижался, живо обсуждая с Крамером малейшие детали, вплоть до поз и скорости актов.

Вернулась в родные края с радостью. Путешествовать, конечно, нравится, но возвращаться всегда приятно.

На стоянке затормозила перед автомобилем Крамера и не сажусь внутрь.

- До свидания Давид Матвеевич.

Крамер вздернул вопросительно бровь. Придется пояснять.

- Я домой хочу.

- График у вас ненормированный, и я вас никуда не отпускал, вы понадобитесь мне дома. Садитесь в машину.

Вот значит, как. Уже никаких предлогов по поводу безопасности, только приказы.

Села, смысла рыпаться уже нет. Но ведь и когда приехала к Давиду, словно дома себя почувствовала. Думаю, тут дело в том, что к хорошему вообще привыкаешь быстро, а тут не дом, а ожившая сказка. Когда у нас стукнут морозы и все вокруг покроется снегом, наверняка здесь будет просто волшебно, но к этому моменту, вероятно, меня в этом доме уже не будет.

Следующим утром, будучи на работе, подготовила нужный документ, а когда пришел Крамер, на подгибающихся ногах отправилась в кабинет к шефу. И это после весьма страстной и долгой ночи, во время которой мы практически не спали, много говорили, да и в принципе отлично проводили время.

Руки дрожат невероятно. Пришлось прижать бумагу к груди, чтобы листок, которому передается мое волнение, перестал также дрожать.

- Отлично выглядите, Василиса Андреевна, ваш сегодняшний наряд мне очень нравится, - произнес Крамер, стоило мне к нему зайти. Ага, я старалась.  

Бордовое шелковое великолепное кимоно расписанное белыми журавлями и цветами, и почти полностью повторенный образ гейши. Не пошло, не развратно, а именно красиво.

Знаю образ не слишком подходит для увольнения, но вот захотелось мне сегодня так одеться.

- Спасибо.

Забыла о страхе, вошла в образ и неспешно красиво подошла к столу Крамера. Скромно опустив голов, положила перед начальником бумагу.

- Подпишите, пожалуйста.

На несколько мгновений Давид застыл, внимательно знакомясь с нехитрым заявлением, а потом поднял на меня  ледяной взор.

Ух.

- Это шутка такая, Василиса Андреевна?

- Нет. Решение мной принято еще в Германии. Я не смогу соответствовать вашим запросом. Вы ведь просили меня подумать, я все очень хорошо обдумала.

- Значит, обдумали?

Чего я совершенно не ожидала, так это того, что Крамер сходу, без угроз, подпишет мое заявление.

Отдавая бумагу мне, мужчина холодным безразличным тоном произнес:

- Мне казалось, вы умнее. Две недели отработки обязательны.

Как можно быстрее испарилась из кабинета. Только оказавшись в холле, смогла перевести дыхание.

Фу-ух. Повезло. Все прошло достаточно быстро и легко.

Больше всего страшилась мести Крамера, пыточных устройств и прочих прелестей, но день прошел достаточно спокойно, если не считать того, что, Давид вел себя крайне холодно. В прошлый раз такая прохлада как раз закончилась подвалом.

Даже наказание не так страшно, как его ожидание. Весь день сидела, как на иголках, но вот работа окончена, в предвкушении жду, когда же Давид покинет рабочее место. На курсы не пойду. Домой, домой, домой! Лечить нервы и сердце. Да, оно ноет. Ничего не могу с этим поделать. Можно и бутылочку вина взять, для лечения.

Наконец, шеф выходит из своего кабинета и требовательно смотрит на меня.

- Собирайтесь, Василиса Андреевна.

Ну, ёшкин кот! Неужели в клуб какой-нибудь с собой потащит? Или еще чего похуже.

- Куда?

- Домой.

Кхм-кхм. К кому домой-то?

Под внимательным взором Давида удалилась переодеваться. Одежду сменила, но яркий макияж и прическу оставила. Пускай, все равно же домой подвезут, да и босс ждет.

В полной тишине еду в машине Крамера. Тишина давящая, а направление выбрано явно к начальственному дому. Единственное, что успокаивает, в этом доме  Давида пыточных нет.

Молчаливый ужин в доме шефа я запомню надолго. Это был пик напряжения. Крамер демонстрировал мне свою холодность и отчужденность. Я ожидала худшего.

Все оказалось не так страшно, как мне представлялось. Дождавшись, когда я закончу есть, Давид встал, плавно, словно хищник подошел ко мне, а потом без лишних слов стащил со стула, и усадил на свободную от посуды часть длинного стола. Мужчина пристроился между моих ног, широко их разведя и крепко сжал талию. К чему все идет я понимаю, но ведь есть уже заявление. Фактически я заявила, что отношения, во всяком случае с моей стороны закончены.

- Давид Матвеевич, не надо, - вышло довольно жалко с моей стороны.

- Вы пока что еще работаете на меня, Василиса Андреевна, - сухо  ответил Давид и поцеловал меня властно, жестко, подавляя.

Мои пусть и скромные попытки оттолкнуть Крамера были тут же пресечены.

Оказалась лежащей спиной на столе и Давид давит на меня всей своей массой, не прекращая целовать, длиться поцелуй до тех пор, пока я не перестаю трепыхаться, устав и поддавшись воле и власти этого мужчины. Чувствую, как Давид резко задирает мне юбку, а затем стягивает нижнее белье.  

Выгнулась, когда Крамер одним мощным толчком в меня вошел. Опять все происходит быстро, по звериному. Стол содрогается от сильных толчков, начальник не заботится о моем удовольствии, но вопреки всему заканчиваем мы одновременно  и быстро.

Давид, кажется, немного успокоившись, встает с меня, но далеко не отходит, и вот я уже взлетаю на плечо мужчины, и он несет меня наверх в сторону спален, словно первобытный человек свою даму. А с виду ведь Крамер ведь был таким джентльменом… психологические испытания, игры, вся такое, а тут на тебе, накормить, на стол, а потом в берлогу утащить.

- Давид Матвеевич, вы поступаете некрасиво, - тихо произнесла я. А смысл уже ругаться? Давид непробиваем. Так, лишь констатировала факт.

- Зато я знаю, чего хочу и кого хочу, - в той же манере ответил мне Крамер.

- В этом я даже не сомневалась.

- А еще не скрываю, кто я есть, не стесняюсь своих желаний. Тебе нравится все, что я делаю. Ты можешь говорить и думать одно, но твое тело и реакции тебя полностью выдают. Подсознательно ты хочешь весьма и весьма многое. Другой вопрос, что боялась. Но грани я тебе показал, тебе не было ведь больно, так? Разве что возмутилась, и то, только в голове, тогда как тело, с готовностью приняло меня в качестве своего хозяина.

- Тело - это еще не все.

- Когда эти две недели закончаться и ты останешься одна, у тебя начнется ломка. Возможно ты начнешь искать подобных острых и просто приятных ощущений с другими, но вот найдешь ли - большой вопрос.  

В своей спальне Давид на удивление очень аккуратно уложил меня на кровать и ушел мыться, звал с собой, но я предпочла посетить ванну позже.

Пока лежу, размышляю что делать и как быть. Взгляд без цели блуждает по комнате и останавливается на полочке, которой явно раньше не было на стене. На полочке стоит всего одна вещь - подаренный мной Крамеру в Германии сувенир веселого мужичка в плаще. Мужик стоит гордо, этак демонстративно. Пустая стена, полочка и он.

Э-э-эм. Как... трогательно.

Последующие дни Крамер предпочел делать вид, словно ничего не происходит, и мы с его подачи все также “встречаемся”. При этот Давид даже не пробует начинать искать себе новую помощницу, толпы соискательниц не выстраиваются очередями в отделе кадров. Тишь да гладь, что меня весьма настораживает.

К концу первой недели срока своей отработки начала беспокоиться. Нет, не из-за Крамера, хотя и-за него, но тут появилась вообще неожиданная проблема.

У меня задержка. Немного - всего где-то дня четыре, но все-таки, обычно все вовремя. Я предполагаю, что это из-за перелета и приема таблеток, плюс стресс - половую жизн начала вести. Но все равно немного волнительно. Тем более, что после того как я в Германии использовала таблетки не было вообще никакой плохой реакции организма, все было отлично. Но, похоже, вот они последствия.

В общем, жду еще день-другой, и если месячные не начинаются, иду лечиться к врачу.

В обед решила проветрится, прогулявшись до магазина. За мной уже привычно увязался охранник Георгий - этот тот, которому я шапочку подарила. После подарка мужчина стал ко мне немного лояльнее и сказал, как его зовут. Так и ходит Георгий по улице в этой смешной шапочке, не знаю уж почему.

В супермаркете набрала себе фруктов и разных вкусностей, благо, фигура ныне позволяет. Георгий стоит в зале, который находится на выходе из касс, ждет, когда я на кассе покупки оплачу, и осматривает толпу бдительным зорким взглядом, а на меня не смотрит.

Не знаю, что меня дернуло, возможно интуиция, но пока охранник не смотрит, схватила с полочки при кассе две коробочки с тестами на беременность, кассирша тут же их пробила, а я тут же убрала покупку за пазуху.

Сердце быстро колотится - скрывать что-то от охраны, а значит и от Крамера, тот еще адреналин. Тест сделаю на всякий случай, чисто для себя, чтобы быть спокойной.

Перестраховалась, и в туалет пошла не на работе, а в торговом центре, поскольку есть у меня подозрения о наличии скрытых камер в самых сокровенных местах порноимперии.

Ощущаю себя каким-то шпионом, проводя всего лишь личную проверочную процедуру.

Не ожидая, в общем-то ничего плохого, проверила результат.

Тест выпал из ослабевших пальцев.

- Василиса Андреевна, все нормально? Вы какая-то бледная, - своим басистым, раскатистым голосом поинтересовался охранник, когда я вышла из туалета.

- Да, все хорошо.

Нет, все пипец, как нехорошо. Тем не менее, в туалете  задерживаться не стала, чтобы не вызывать подозрения.

Две полоски! Может ошибка? Но там вероятность почти стопроцентная у теста. Надо будет еще вторым потом перепроверить, но что-то мне подсказывает, что дело плохо.  

А может, это из-за гормонального сбоя? Блин, сама себе не верю.

Блин, блин, блин!!!

Вернувшись на работу, стала размышлять. Нельзя даже в сети ничего смотреть по моей проблеме. Наверняка отслеживается и моя интернет-жизнь, либо у меня паранойя. Врач тоже не вариант, Крамер тут же узнает все подробности визита.

Теперь надо обдумать, что делать, если ситуация и вправду настолько плоха.

Ребенок. Лично для меня, это все. Если он есть, то делать с этим ничего не буду, раз так получилось, в этом есть и моя вина. Но ситуация действительно ужасная.

Как такое могло произойти? Я ведь предохранялась.

По спине пробежал холодок ужаса.

Давид наверняка захочет отдать ребенка на воспитание Матвею Савельевичу!