Глава 17

Кристина Я быстро приняла душ. Привела себя в порядок, натянула светлые джинсы, белый тонкий джемпер с длинными рукавами, черную кожаную куртку, белые уличные кроссовки и вышла из раздевалки. Кирилл уже ждал меня в коридоре. Бодр, свеж и деловит. На нём темно-синие джинсы, белая футболка и черная кожаная куртка. Сумку, видимо, он уже оттащил в машину. Мой «жених» забрал у меня спортивную сумку, взял меня за руку и потянул к выходу. Я попрощалась с Машей, а та лишь ошалело кивнула и проводила нас шокированным взглядом. Так и хотелось подойти и пальцем приподнять ее нижнюю челюсть. Как же мне не нравится, что приходится врать о своих отношениях людям, которых я давно знаю и считаю чуть ли не семьей! Но у меня нет выбора. Ради папы я бы на многое согласилась. – Кир, я на машине, – сказала я, когда мы вышли на стоянку, и он повел меня к своей дорогой хищной тачке. – Оставь ее здесь и поехали на моей. Заманчивое предложение. Если поеду с ним, тогда смогу узнать всё по дороге. Меня распирает любопытство. Но, с другой стороны, мне придется возвращаться за машиной на такси. Не хотелось бы тратить время на лишние разъезды по городу. Клуб далековато находится от квартиры Иры, да еще это дурацкое Суворовское кольцо, там постоянно пробки, даже в выходные. – Нет, мне нужна моя машина, – решительно ответила я. – Мы едем в ту же «Октавию», в которой были в прошлый раз? – Да, поехали туда, – сдался он, уловив причину отказа. Пробки никто не любит. – Хорошо, ты первый, а я за тобой, – кивнула я, забрала свою сумку и пошла к своей белой ласточке. Обожаю свою новенькую машинку. Ее мне папа подарил в этом году на день рождения. Эх… папа-папа… У Громова есть новости, но они мне не понравятся… Мне уже страшно. Кирилл медленно тронулся со стоянки, а я последовала за ним. Чтобы как-то себя отвлечь, я включила любимый плейлист на полную громкость и спокойно ехала за Кириллом. Через полчаса мы припарковались на стоянке возле «Октавии». Я вышла из машины, Кирилл взял меня за руку, повел ко входу, нахмурился, а потом уточнил: – А где кольцо? – Дома. Зачем мне оно на тренировке? – А я свое взял с собой, – недовольно проворчал он и открыл для меня входную дверь. Ну взял и взял, я не стала брать. Что в этом смертельного? Откуда я могла знать, что он примчится в клуб? В этот раз мы разместились в приватной комнате. Я даже слегка удивилась, что не в общем зале. Значит, дело и впрямь серьезное. Я осмотрелась. Красивая отдельная комната с большущим аквариумом, рядом с ним стол с широкими кожаными креслами, отдельно стоял большой черный диван из той же коллекции, в другой стене горел искусственный камин, приглушенное освещение. Кирилл отодвинул кресло, галантно помог мне присесть за стол и расположился напротив меня. – Ты не хочешь что-нибудь выпить? – вдруг спросил Громов, когда зашел парень с двумя папками меню. – Ты время видел? – я усмехнулась, а он сохранил серьезное выражение лица, и моя улыбка мгновенно испарилась. – Ты думаешь, что мне понадобится алкоголь? Всё настолько плохо? Он ничего мне не ответил, а перевел взгляд на официанта: – Два бокала «Диарна», – сказал он, затем мы по очереди озвучили заказ, официант удалился, и я пристально посмотрела Киру в глаза. – А теперь рассказывай. – Ты знаешь адвоката своего твоего отца? – с прищуром уточнил он. – Нет, я понятия не имею, с кем папа договорился, но он сказал, что справится. Я утром с ним общалась по телефону. – Да-а-а? – удивился Кирилл. – И что он тебе рассказал? – О себе ничего, – хмуро пробормотала я, вспоминая нашу содержательную беседу. – У него было ограничено время для разговора, и звонил он по другому поводу. До папы дошла новость о нашей помолвке, – со вздохом призналась я. Громов тут же подобрался и напряженно спросил: – И что он сказал? Чёрт, вот не хотела заводить эту тему, но оно само как-то вырвалось. Язык мой – враг мой. – Ну-у-у, мягко говоря, он против, – максимально честно изрекла я. – Вот как? – уязвленно хмыкнул Кирилл. – А чем я плох он не сказал? Он вообще как-то аргументировал свой протест? Конечно аргументировал! Во всех красках! Но рассказывать я ничего не буду, и так было заметно, что Громову неприятно. Он же весь такой завидный холостяк, а тут кто-то вдруг не посчитал его достойным женихом! – Кир, он много чего мне высказал, потому что не знает о наших договоренностях, – уклончиво ответила я. – И, если честно, меня это сильно тревожит. У меня никогда не было секретов от папы, а сейчас мне приходится ему врать. Но мы оба знаем, что это ненадолго, поэтому не стоит обращать внимания на его слова. Он успокоится, когда узнает, что происходящее между нами не… Настоящее, – хотела сказать я, но Громов сделал быстрый жест рукой. – Тш-ш-ш, – он приложил указательный палец к своим губам, – не нужно этого произносить вслух, ладно? Я нахмурилась и осмотрелась. Камер, вроде бы, нигде не видно, но, если он просит, значит что-то знает. Его же ресторан, в конце концов. – Ладно, – я пожала плечами. – В общем, он сказал, что сам справится. – Вряд ли, – скривился Громов и отрицательно покачал головой. – Его интересы представляет двоюродный брат Самира – Ареев Рамиль. – Что? Брат?! – обалдела я. – Тогда, почему он вытащил только Самира? – Вот и я хочу это выяснить, – Кирилл вальяжно откинулся в кресле. – Своего брата он спокойно и быстро вытащил, а твоего отца закапывает всё глубже и глубже. Целенаправленно. Мои глаза еще больше раскрылись от ужаса, дверь открылась, и к нам вернулся официант с двумя бокалами вина на подносе. Я благоразумно промолчала и дождалась, когда тот расставит бокалы и удалится. Внутри всё закипело от негодования. Я проследила, чтобы парень закрыл за собой дверь. – Что значит целенаправленно? – тихо спросила я, будто нас кто-то мог услышать. – То и значит. Разводит руками и говорит, что ничего не может сделать. – Ты с ним общался? – С Рамилем встречался мой юрист. Он сказал, что к Соболю прикопались из-за того, что тот оказывал услуги не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья участников подпольных боев. По части 2 статьи 238 Уголовного кодекса, ему грозит штраф в размере до пятисот тысяч рублей или лишение свободы на срок до шести лет. И что-то мне подсказывает, что деньгами откупиться не получится. От него явно хотят избавиться, Крис. – Боже мой, – в шоке выдохнула я и прикрыла ладонями глаза, – я не верю, что Самир и его брат могли так поступить с папой! – Я думаю, что они пешки, Кристин. Там рулит кто-то покрупнее, мои люди уже проверяют информацию и копают глубже. Я чувствую, что мутят воду, им нужен крайний, и этим крайним хотят выставить твоего отца. – Это какой-то кошмар! Неужели ничего нельзя сделать? – Я ищу способы. У меня есть несколько вариантов, мне вчера Пядухов подсказал, а еще он сказал, что на следующей неделе лично ознакомится с делом Соболя. – Кирилл положил свою руку на мою. – Я держу ситуацию под контролем. Не расстраивайся раньше времени, окей? Я опустила глаза и кивнула. Сердце разрывалось от обиды за папу. Он же никому ничего плохого не сделал! Он же не убивал того парня! За что с ним так поступают? – И это еще не всё, – с сомнением протянул Кир, – только я не знаю, говорить или нет… Я посмотрела на Кирилла, его лицо расплывалось от возникших перед глазами непрошенных слез. – Крис, ты плачешь? – в его голосе мелькнуло беспокойство. – Говори, – дрожащим голосом попросила я. – Нет. Если тебя всё это сильно расстраивает, я не буду рассказывать. Сам разберусь. – Нет, Кир, я в норме. Просто сильно переживаю за папу. Я быстро проморгалась, промокнула салфеткой уголки глаз, а потом сказала: – Кир, скажи мне. Я хочу всё знать. Он несколько секунд внимательно смотрел на меня, а потом сдался: – «Крепость» возобновила свою работу, – заявил он. – Мне пришло приглашение прийти и посмотреть на бой без правил с участием моего фаворита.