Глава 7

Кристина На работе день был бешеным. Одного из моих клиентов не устроила гардеробная, которую сегодня ему установили. А ведь мы предварительно согласовывали проект! Я нарисовала так, как они с женой хотели! Но по факту оказалось, что и полки не там располагаются, и дверцы в ящиках не так открываются. Мы долго выясняли за чей счет будет переделка. Я получила нагоняй от директора и села рисовать с нуля. Тут еще монтажники накосячили у другого клиента! Во время установки они просверлили дыру в стене и сверло вылезло с обратной стороны. К вечеру мозг кипел. Я устала выслушивать бесконечные истерики от недовольных клиентов и перед ними извиняться. Всё это никак не способствовало продуктивной работе над другими проектами. Я ничего не сделала из того, что запланировала! В итоге я взяла работу на дом и ровно в шесть вечера пулей выскочила из офиса. Хватит, рабочий день на сегодня закончился! А еще от папы не было никаких новостей. И это тоже сильно напрягало! Четвертый день адской тишины уже ни в какие ворота не лезет. Как он там? Надеюсь, что Громову удастся хоть что-то узнать. Я приехала домой, покормила Пушка, разогрела себе покушать и включила телик. Тут же мужским голосом заговорил новостной канал: – Задержан организатор подпольного бойцовского клуба «Крепость», известного в только узких кругах, сорока трехлетний Артур Соболев, бывший чемпион в смешанных единоборствах по кличке Соболь. Что? Я сделала громче и в ужасе смотрела на видео задержания моего отца. Это точно он! – Организатор задержан до выяснения обстоятельств гибели одного из бойцов на ринге. Двадцати двухлетний Тигран Измайлов был жестоко избит в бою без правил. Он три дня пролежал в коме, а сегодня скончался от многочисленных повреждений головы. По данному факту следственными органами Следственного комитета было возбуждено уголовное дело. Следствием собраны достаточные доказательства, на основании которых произведено задержание мужчины, ему предъявлено обвинение, и в настоящее время решается вопрос об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Соболю грозит до шести лет лишения свободы, сообщила пресс-служба СУ СК по Маруку. Ведущий переключился на другую тему, а я не могла справиться с потрясением. До шести лет лишения свободы? Я в шоке смотрела в одну точку и не могла поверить в услышанное. Какие к чёрту бои без правил? Он тренер! В легальном клубе! Из глаз брызнули слезы, а тело затрясло от страха за папу. Господи, что теперь будет?! Раздался звонок телефона. Громов. – Ты видел новости? – дрожащим голосом спросила я. – Видел. Как ты? – в голосе послышалась тревога. – В шоке! Что теперь делать, Кирилл? Всё, что сказали, это неправда! Папа тренер! – Успокойся, Крис, ладно? Мои люди пробивают информацию, это может быть элементарный вброс. Не верь всему, что показывают по телику. – А как же видео с задержанием? Что это вообще было за место? – Давай не по телефону, окей? Ты дома? – Да. – Я сейчас решу свои дела и приеду. Не скажу во сколько, но точно приеду, и мы поговорим. Напиши мне номер квартиры. – Хорошо. Жду, – ответила я, и он отключил вызов. Я отправила ему сообщение и откинула на стол телефон. Что же ты надел, пап… Поверить не могу, что он пошел на организацию боев без правил. Зачем ему это было нужно? *** Через два часа в домофон позвонили. За это время я успела себя накрутить, вдоволь нарыдаться и успокоиться. Пришлось покопаться в Иркиных запасах и найти успокоительное. Я дождалась, когда дверцы лифта откроются и впустила Громова. – Проходи, – сказала я и закрыла за ним дверь. Он был мрачнее тучи. Мы прошли на кухню и сели за стол. – Скажи честно, ты знала, что у твоего отца есть подпольный клуб? – вдруг спросил он. – Нет конечно! А ты уверен, что его не подставили? – Я сейчас ни в чем не уверен, но мои люди подтвердили информацию о «Крепости». Там два владельца твой отец и Самир Гулиев. – Дядя Самир? Так они вместе занимаются тренировками в «Гладиаторе», какая «Крепость»? – Выходит, что не только тренировками. Вообще, бои без правил серьезная тема, они приносят хорошие деньги. – А ты откуда это знаешь? – Пф-ф-ф, Крис, я много чего знаю. К тому же я несколько раз был в «Крепости» по специальному приглашению. Самира я там видел, а Соболя нет. – Был там? – удивилась я. – Ну да, интересно было посмотреть на бой пожестче, сделать ставки, поднять на них денег и получить удовольствие от феерического мордобоя. У меня даже был свой фаворит. – Так, подожди, можно еще раз и сначала? – перебила я. – Ты уверена, что хочешь всё знать? – хитро прищурившись, спросил он. – Уверена! Слышал пословицу: «Предупрежден – значит вооружен»? Это как раз мой случай. Лучше знать, чем не знать, Кирилл. Я должна понимать в какой жопе оказался мой отец. Громов усмехнулся, неодобрительно покачал головой и ответил: – Ладно. Ты сама напросилась, и не говори, что я не предупреждал, – он поднял ладони, а потом продолжил: – В «Крепости» проводились турниры по боям без правил. Так как заведение было нелегальным, то все турниры были обеспечены максимальным уровнем конспирации. Туда допускались только проверенные люди и за большие деньги. Громов выдержал паузу, а потом сказал: – И тут у меня возникает вопрос, как можно было проколоться с клубом, если боец погиб не на ринге, а в реанимации? Это же не первый случай! Он и посмотрел на меня так, будто я могу прямо сейчас ответить на этот вопрос. – Мне-то откуда знать! Он тяжело вздохнул. – Слушай, а как же правила? – уточнила я. – Там что, полный беспредел происходит? – В боях без правил есть единственное правило – никаких правил, – усмехнулся Кирилл, будто что-то вспомнил, а у меня пробежал холодок вдоль позвоночника. – Бойцы сражаются без защиты и только руками и ногами, без оружия. Оно запрещено. Они бьются до глубокого нокаута или до момента, пока один из них не признает поражение. – В новостях говорили, что пострадавшему отбили голову наглухо. Неужели там народ настолько кровожадный и без тормозов? – спросила я. – В каждом таком клубе существует негласное правило – не добивать противника в глубоком нокауте, но всё остается на усмотрение бойца-победителя. Если честно, то в спаррингах участвуют бесстрашные ублюдки. Так что да, всё возможно. – Если они сами настолько кровожадные, тогда при чем тут мой отец? Они же в своем репортаже из него преступника сделали! – Всё, что ты слышишь из СМИ, дели на двенадцать. Его пока не осудили, а значит, есть шанс вытащить. – Я просто не понимаю, почему не обвиняют того, с кем дрался этот Измайлов? – Потому что все имена держат в секрете, Крис, там не так всё просто. Значит этот боец кому-то нужен, вот и всё. – А мой отец, значит, не нужен?! – поразилась я. – Согласен, что это дело вызывает много вопросов. Я пока тоже мало что понимаю, – нехотя ответил он и тяжело вздохнул. – М-да, хреново, что эта история получила огласку, теперь она вызовет общественный резонанс, – задумчиво сказал он и кинул взгляд в окно. На кухне повисла гнетущая тишина. Он прав. Плохо дело. Общественный резонанс – вряд ли это то что ему нужно. К тому же, я и так ему испортила репутацию, не хочу портить ее и дальше. Незачем. Наверняка он думает о том, как бы помягче мне сказать, что не сможет помочь. Я всё понимаю. Кто я такая, чтобы ради меня лезть в огонь и воду? Это мои трудности и только мои. Не его. Пожалуй, я сама ему помогу. Я посмотрела на кольцо, сняла его и аккуратно положила на стол перед Громовым. – Это что еще за новости?! – глядя на шикарное ювелирное изделие как на гремучую змею, возмутился он. – Я думаю, что в нашей фиктивной помолвке нет смысла, Кирилл. Найди себе другую невесту, без проблем с законом.