Глава 13

Слова Жени о прошлом Олега острой иглой вонзаются в сердце.

Лазарев перебирает пальцами по столешнице, пока я пытаюсь прийти в себя.

Наркотическая кома?

Где она, и где Шершнев? Они же из разных вселенных.

В груди неприятно жжет. Мы никогда не говорили с Шершневым о том периоде.

— Расскажешь мне? — робко спрашиваю, а затем прочищаю горло.

Лазарев задумчиво покусывает разбитую губу. Его взгляд тускнеет, когда он погружается в воспоминания.

А я медленно дышу, словно лишнее движение выжжет весь кислород, оставшийся в комнате.

— Нечего рассказывать, — морщится Лазарев. — Днем он работал где придется, в основном таскал какие-нибудь тяжести. Собирал деньги на свою идею. А ночью играл в клубах.

— А мне сказал, что уже давно не играет, — задумчиво тяну, ловя каждое слово.

— Может оно и так, Лен. Для Олега это было сложное время.

— Подожди, но как он тогда собрал денег? — недоуменно хлопаю ресницами. — Обычный музыкант и грузчик. Ему лет двадцать потребовалось бы, чтобы скопить что-то приличное.

— Да, ты права. Будь он обычным музыкантом, — хмыкает Лазарев и загадочно улыбается.

— Не понимаю.

Взгляд Жени теплеет, а на щеках появляются ямочки.

— Там девчонка, не вспомню уже, как звали, настояла, чтобы он постригся и снял очки. Где-то через месяц его шатаний. Они случайно познакомились — он заменил гитариста в какой-то местной группе. Что-то ее зацепило в Олеге. И она взялась за него всерьез.

Все это было очень давно, но мне не приятно даже то, как Лазарев о ней говорит. Жар ревности ударяет в лицо, окрашивает щеки в красный. Лицо пылает. Невольно поджимаю губы.

Мысль, что у Олега была с ней связь, заставляет вертеться на месте, как ужа на сковородке.

— Такая, мелкая, но бойкая до жути. Воробья мне напоминала. Вечно взъерошенная, скачет что-то, и чуть что — сразу клювом по башке. У меня от нее мурашки шли. Она сказала — Олег решил.

— Похоже, она тебе в роли девушки друга нравится гораздо больше, чем я, — зло скриплю зубами, а Лазарев заливается смехом.

Обиженно дуюсь, пока бывший парень моей подруги утирает выступившие от смеха слезы.

— Ядом не поперхнись, — лыбится Лазарев, сверкая идеально ровными зубами. — Лен, у Олега баб было — у меня столько пальцев нет. Но отношений я не помню ни одних.

— Мне все равно, — отстраненно ковыряю столешницу.

— Я так и понял.

— Он свободный человек.

— Я об этом и говорю.

— А эта менеджер тоже была среди баб?

Лазарев довольно щуриться и отрицательно качает головой.

Облегченно вздохнув, смиренно складываю ладони на колени и выпрямляюсь демонстрируя готовность слушать дальше.

— Короче через пару дней Шершнева уже было не узнать. Музыкальная карьера пошла вверх. Звезда местного разлива. Писал песни на заказ, таскался на дни рождения, корпоративы, свадьбы. Ну и там уже, пошло поехало.

Лазарев останавливается. Черты его лица заостряются, а в глазах вновь зарождается буря. Темные воспоминания поглощают Женю полностью и тяжелой печатью отображаются на всем его образе.

— Алкоголь, толпы молоденьких фанаток, отсутствие сна…

Лазарев шумно сглатывает и судорожно проводит ладонью по лицу.

Мне кажется, что сейчас он замолчит. Не произнесет больше ни слова. И я так и не узнаю то, что же произошло на самом деле. Страшно дышать, моргать. Замираю и нервно вибрирую от накопившихся ощущений.

Я ужасно боюсь узнать, что дальше.

Но и не могу остановиться.

— .В какой момент он подсел на запрещенку я не знаю, — Женя сжимает кулаки и напряженно смотрит на них. — Помню только, как проснулся в один день, а мне воробушек уже в трубку гневно чирикает. Благо, Шершнев догадался все деньги ей отдавать. Их хватило после реабилитации на то, чтобы приобрести немного акций в компании твоего отца. А там уже Олег познакомился с Семеном Вениаминовичем и рассказал про свой проект. Собственно, в первый стартап Олега инвестировал твой отец. Больше я ничего не знаю.

— Но почему вы перестали общаться? Вы вместе пережили такое, у меня слов нет.

— Потому что он клялся мне, что будет держаться от тебя подальше, — скрипит зубами Лазарев и разжимает напряженные кисти. — Дело не в тебе — я прекрасно понимаю, что ты не виновата. И я никогда не имел ничего против тебя, пойми. Просто когда твой друг в ломке выворачивается перед твоими ногами, — Женя смыкает трепещущие веки, а я все еще пытаюсь понять, что за страшный сон мне снится. — Он обещал. Воробушку, мне. Обещал, но вместо того, чтобы пойти по намеченному плану, вместо компании моего отца выбрал вашу.

— Я не знаю, что сказать, — ошарашенная, я сжимаю виски и нервно растираю их. — Я ничего не знала, ничего, Жень. Он стал звездой, чуть не погиб и вошел в компанию отца, а я даже не подозревала об этом.

— Мы наговорили друг другу кучу гадостей, подрались и разошлись в стороны врагами. Вот и вся история. Я тех пор, я нормально не говорил с Олегом. Когда я говорил с тобой — я понятия не имел о его планах на эти акции. Так же, как и не знал, что отец затеял свою игру, — Женя трясет головой и направляет взгляд в сторону. — Я забрал у тебя акции, потому что обещал тебе помочь. Потому что если бы их не забрал я, рано или поздно они оказались бы у отца. И теперь я уже месяц пытаюсь нормально поговорить с Олегом, чтобы согласовать наши действия, но все безуспешно.

— Я понимаю, — собственные слова вязнут в густом тумане.

Лазарев меня огорошил. Я больше не в состоянии говорить или думать. Руки привычно тянутся к животу, но ритуал не помогает.

Олег пришел ко мне на помощь, когда я нуждалась в нем.

А я….

Меня не было.

— Чувствую себя, как в басне. У Олега свои планы, у тебя в принципе не понятно, что в голове происходит. И я во всем этом бабка-гадалка. Пытаюсь понять, кто какую игру ведет. Я устал, — обреченно вздыхает Лазарев и стряхивает с волос остатки влаги. — Я дождусь Олега и будь что будет.