Глава 21

Стоило мне только войти в аудиторию, как сокурсники резко затихли, переводя все свое внимание на меня. Я окинула их всех равнодушным взглядом и присела за свою вторую парту, где мы постоянно ютились с Аней.

— Зорина, — Олег, блондинистый парень, подошел и встал рядом со мной, опираясь о парту кулаками. — Скажи, а каково это раздвигать ноги перед миллионером?

Внутри меня на мгновение что-то екнуло, но я тут же взяла себя в руки и, медленно обернувшись в парню, продолжая сидеть на стуле, подняла на него глаза.

— Ну, — я пожала плечами. — Раздвинь и узнаешь. Мне-то откуда знать?

Лицо сокурсника покраснело от раздражения.

— Да это ты у нас трахаешься с Авдеевым. Все видели видео, — он мерзко улыбнулся. — Наверное, и всю сессию «автоматом» сдашь…

Я начинала злиться. Меня уже буквально трясло, но я себя сдерживала, потому что кричать — это последнее, что я буду делать в данном случае.

Медленно поднявшись со своего места, чем заставила Олега отпрянуть, я выпрямилась и усмехнулась.

— Ты просто не представляешь, как жалко сейчас выглядишь, — ровно проговорила я. — Чего ты ко мне пристал? Самоутвердиться хочешь? Спешу тебя обломать — ты не по адресу.

Парень скривился.

— Да кому ты нужна, шлюшка? — прорычал он.

Аудитория загудела.

— Крылов, прекращай! — крикнул кто-то из девчонок. — Это ее дело!

Я приподняла бровь в растерянности.

Так это вот он Крылов? Каюсь, я даже по именам не помню своих некоторых сокурсников, а по фамилиям и подавно, а дело просто в том, что им нужно чаще появляться в институте.

— Если не нужна, — тихо продолжила я. — То захлопни свой поганый рот и сиди молча.

Ох, елки, это сейчас я сказала?.. Ну, сколько раз себе говорить — сначала думай, а потом уже говори…

Олег, кажется, покраснел еще сильнее, и на тощем лице это выглядело убого, плюс ко всему на щеках и лбу была россыпь прыщей, потому что подростковый возраст у него был в самом разгаре.

— Ах ты, сука потасканная! — рявкнул парень, и я даже отшатнулась. — Думаешь, если тебя трахает спонсор института, так все перед тобой на задних лапках должны скакать?..

Олег Крылов не закончил свою тираду, потому что я потеряла самообладание, которое старательно выстраивала и, сжав ладонь в кулак, размахнулась и сильно ударила парня прямо в нос.

Не знаю, кому было больнее — мне из-за тупой боли в руке, или же сокурснику, взревевшему на всю аудиторию и пачкающему кровью чистый пол.

На смену ярости сразу же пришло осознание того, что я только что сделала и, если честно, испугалась, потому что за подобное могу теперь не только вылететь из института, но и поздороваться с уголовной ответственностью…

Господи, что началось…

Кто-то пытался оказать Олегу «первую помощь», другие снимали происходящее на камеры телефонов, а потом в аудиторию забежали преподаватели и, после того, как пострадавший показал на меня пальцем, я оказалась в кабинете ректора.

Меня не ругали, не пытали, не угрожали, а просто посадили на стул и заставили чего-то ждать, уж лучше бы тогда поставили в угол коленками на гречку.

Игорь Леонидович сидел напротив меня, разглядывал и нервно стучал пальцами по столу, ничего мне не говоря, и все это ужасно напрягало — я будто бы ждала решения суда, после которого меня поведут на площадь, где прилюдно закидают яйцами, а потом повесят.

Буквально через минут двадцать в дверь кабинета постучали и, не дожидаясь ответа, внутрь вошел Авдеев, отчего я невольно открыла рот.

Я впервые видела его после того, как мы попрощались в больнице, и смею сказать, выглядел мужчина вполне себе здоровым — о недавней аварии вообще ничего не говорило, не считая небольшой царапины на щеке от разбитого стекла.

Брюнет мельком посмотрел на меня, а потом прошел и пожал протянутую ладонь ректора, садясь рядом со мной на стул. Единственное, чего я не поняла, так это почему вызвали его, а не отчима.

— Ну, и что случилось, Игорь Леонидович? — лицо Дениса выражало ядовитое спокойствие, которому я могла лишь позавидовать.

Ректор откашлялся, стараясь не смотреть в мою сторону.

— Ваша подопечная, Денис Олегович, избила сокурсника.

По моей спине пробежали мурашки, и я больно укусила себя за губу, опуская глаза в пол.

Авдеев неожиданно хмыкнул.

— Ну, значит, паренек заслужил, — равнодушно бросил он.

Ректор нервно поправил очки.

— Прошу прощения?..

— Прощаю, — брюнет поднялся. — Насколько я знаю, пострадавший — Крылов Олег, он же разместил в сети видео эротического характера, которое сняли на территории моего дома, вследствие чего я не то чтобы могу потребовать его исключения из института, но и моральную компенсацию мне и моей девушке.

Я поежилась, понимая, что это видео увидело больше человек, чем я себе представляла, одним словом, беседой в VK дело не ограничилось.

— Я тут не причем, — Игорь Леонидович позеленел.

— Я знаю, — Денис кивнул. — Я сам разберусь с этим… недоразумением, — мужчина сделал паузу. — А вы замнете дело Зориной. Ничего сегодня утром не произошло. Олег Крылом поскользнулся и ударился о дверь. Понятно?

Ректор судорожно закивал в ответ.

— Отлично, — брюнет обернулся ко мне. — Поднимайся, занятия на сегодня закончены.

Я послушно поднялась и встала рядом с Авдеевым, чувствуя себя сейчас ужасно не уверенно.

— Деньги на счет института переведу сегодня, — продолжил Денис, подталкивая меня к двери. — Всего доброго, — и мы покинули кабинет.

Никто не видел, как мы вышли в коридор, потому что пары были в самом разгаре. Пройдя в сторону лестницы, Авдеев остановился, листая что-то в своем телефоне.

— Поедешь со мной в бизнес-центр, — неожиданно проговорил мужчина. — Поможешь мне с кое-чем, а потом сможем спокойно поговорить.

Разглядывая его хмурое лицо, я только лишь кивнула.

* * *

Я сидела в кабинете Авдеева и, молча, сортировала документы по папкам, искоса посматривая на хмурого брюнета, который сидел напротив меня и что-то печатал на ноутбуке, делая вид, что меня тут и вовсе нет.

После того, как мы приехали в бизнес-центр, мужчина не проронил ни слова, кроме дежурных фраз типа «проходи», «садись», «работай», но ничего, что касалось бы нас, он не сказал.

Часы показывали около двух часов дня, когда я закончила раскладывать бумаги и отнесла папки на полку, разложив их по цветам.

Вернувшись, я села на свое место и сложила руки на столе, наблюдая за тем, как Авдеев сосредоточил все свое внимание на мониторе ноутбука. Вид у него был уже чуть уставший, губы плотно сжаты, а пальцы ловко прыгали по клавиатуре и щелкали мышью…

Тут звякнул мой телефон, уведомляя о пришедшем сообщении, и я полезла за ним в карман.

Это была Аня, она все паниковала, что меня могут выкинуть из института за подобную выходку, а я убеждала ее в том, что все будет хорошо.

На данный момент, как она сказала, Крылова на парах не было — может в больнице, а может и на «том свете», ведь от Авдеева, как показала практика, можно было ожидать всего, чего угодно.

— Ты в курсе, что завтра твою мать выпускают из клиники? — неожиданно проговорил Денис, не отрываясь от работы.

Я подняла на него глаза от экрана телефона и напряглась.

— Зачем?.. — только и смогла спросить я, онемевшими губами.

Брюнет оторвался от монитора и посмотрел на меня уставшим взглядом.

— Что значит «зачем»? Врачи считают, что она здорова.

Здорова? Женщина, которая бросается на свою дочь с ножом и избивает ремнем — здорова?..

Я обреченно вздохнула и прикусила нижнюю губу.

Что ж, чему быть, того не миновать.

— Ты хотел о чем-то поговорить, — решила я сменить тему, чтобы больше не думать о матери. — Ну, и о чем же? Что-то случилось?

Авдеев смотрел на меня долгим немигающим взглядом, а потом прикрыл крышку ноутбука, встал и закрыл дверь на ключ, разворачиваясь ко мне.

— А разве нет? — негромко спросил он. — С того дня, как ты связалась со мной, у тебя начались одни проблемы, — мужчина продолжал стоять передо мной, держа руки в карманах брюк. — Я догадывался, что такое может случиться, но ничего не мог с собой поделать. Своими чувствами я подвергаю тебя опасности, а так не должно быть.

Меня сначала бросило в жар, а потом в холод от услышанного. Не знаю, что взволновало меня больше — то, что Денис мне сейчас почти признался в любви или то, что он знал о последствиях своего решения завязать со мной отношения, но, не смотря на это, все-равно пошел на поводу у собственных эмоций…

— Я пожалел, что привязал тебя к себе, — тихо, с нотками вины проговорил брюнет. — Со мной ты вечно будешь в опасности.

Не поняла… он что, прощается? Медленно подводит меня к финишной черте, где расстанется со мной?.. После всего, что между нами было?..

— Ты меня бросаешь? — глухо спросила я, поджимая губы, чтобы те не дрожали.

Авдеев молчал, хотя даже и без его слов уже все было очевидно.

Я поднялась со своего места и подошла к нему вплотную, запрокидывая голову вверх, чтобы видеть лицо мужчины.

— Так будет лучше, — наконец сказал брюнет. — Все слишком далеко зашло. Это моя вина.

Я смотрела на него и чувствовала, что изнутри мне что-то теснит грудь. В эту самую минуту мне хотелось кричать, плакать, бить кулаками Денису в грудь и проклинать тот день, когда я его встретила, но я ничего этого не сделала.

— И давно ты принял это решение? — спросила, тяжело сглотнув.

— После того, как привез тебя сюда.

Мое сердце пропустил пару ударов и, кажется, вовсе замерло.

Ничего не сказав, я подхватила свой рюкзак и закинула на его плечо, больше не поднимая на Авдеева глаз.

— Я предупрежу, чтобы Сергей отвез тебя домой.

Как мило с его стороны…

— Не утруждайся, — бросила я, подходя к двери и отпирая замок.

— Катя, стой, — глухо сказал Авдеев, хотя это больше походило на приказ.

Я остановилась и прерывисто вздохнула.

— Знаешь, ты сейчас сделал мне намного больнее, чем мать, когда била меня ремнем, — я открыла дверь и шагнула за порог. — Раз уж ты все решил за нас обоих, то лучше бы я вообще никогда тебя не встретила… — и вышла, смахивая с глаз горькие слезы.

Опустошение.

Мне казалось, что из меня выкачали все эмоции, и мир теперь окрашен только в серый цвет. Меня просто растоптали, хотя Денис сказал, что так будет лучше. Может, лучше для него, но только не для меня.

Я впустила этого мужчину в свою жизнь, позволила быть с собой, но тут, когда случилось что-то ужасное, он пошел на попятную, считая, что этим расставанием убережет меня от опасности, которая ходит за мужчиной попятам, хотя, на самом деле, Денис наоборот должен держать меня при себе, отвечая за свои «необдуманные» поступки.

Любовь к нему принесла мне душевную гибель. Больно, когда человек, ставший твоей Вселенной, убивает одним лишь решением…