Глава 35.

Несколько пар глаз уставились на меня, и только Алекс не сразу поднял взгляд. Он молча выдохнул, провёл ладонью по лицу.

— Принцесса, — тихо сказал он. — Куда ты рвёшься? На улице ночь. Подожди до утра…Утром все решим.

— Ты же обещал, — прошептала я дрожащим голосом и сделала шаг ближе. — Ты дал мне слово!

Он сжал челюсти.

— Я не хочу тебя отпускать, — признался он наконец, и от этого признания у меня по спине пробежал холодок.

— Отпусти, — я вскинула подбородок, хотя колени у меня подгибались и дрожали. Прямо сейчас решалась моя судьба.

— Нет!

— Но ты дал слово…

— И я же могу его и забрать.

—Ты не хуже меня знаешь, что, если меня найдут, всё это закончится для тебя очень плохо!

— Ты думаешь меня этим испугать?

Я замолчала. У меня попросту иссякли аргументы. Черная тень отчаяния упала на мое лицо.

А Алекс медленно откинулся назад, постучал пальцами по столешнице. Его люди переглянулись, кто-то кашлянул, явно чувствуя неловкость.

— Ты веришь ему? — спросил он наконец, не отрывая от меня глаз. — Ты веришь, что Ник сдержит свое обещание, и свалит из моего города?

— Я не верю, а знаю, — ответила я ровно. — Я знаю Ника как человека слова.

Алекс покачал головой и тихо усмехнулся.

— А я знаю его, как шакала.

В его глазах мелькнула усталость, раздражение и что-то вроде жалости. Он закрыл глаза, коротко выдохнул.

— Ты упрямая, — сказал он. — Всё равно стоишь на своём…

— Я слишком долго была заложницей, — едва слышно произнесла я. — И не хочу больше быть ею ни минуты.

— Ладно, — хрипло сказал Алекс. — Дождись утра.

— Нет. Я хочу уйти прямо сейчас…

Пауза. В комнате воцарилось тяжелое, тягостное молчание, во время которого я уже успела пожалеть о своей настойчивости. Но тут Алекс заговорил снова:

— Хорошо… Я уважаю твой выбор. И я держу свое слово. Собирайся.

Я почувствовала, как от этих слов у меня расправляются крылья. Это еще не свобода, но уже первый, терпкий её глоток. Развернулась и со всех ног побежала на второй этаж. Так торопилась, что даже не услышала шагов за спиной.

Дверь скрипнула, и я обернулась. Алекс стоял в проёме, прислонившись плечом к косяку.

Я торопливо переодевалась, не обращая ни малейшего внимания на то, что он смотрит на меня почти обнаженную. Мне было плевать — я должна была собраться и уйти как можно скорее, пока этот псих не передумал.

Когда я уже застёгивала молнию на джинсах, он шагнул внутрь.

— Принцесса… Ты уверена, что хочешь пойти к нему?

Он медленно провёл рукой по затылку, словно отгоняя какие-то свои тяжелые мысли.

— Ты хорошо подумала? — спросил он мягче. — Ты правда веришь, что он такой, каким ты его себе нарисовала?

Я почувствовала, как внутри снова вскипает злость.

— Алекс, перестань. Это не обсуждается. Мне плевать, какой он. Это мой выбор.

— Ты даже не представляешь, кто ждёт тебя там, — прошептал он. — Но ладно… я сделал все возможное.

Он задержал на мне долгий взгляд, в котором смешалось что-то похожее на печаль и сожаление.

— Машина готова, — произнёс он глухо. — Ты можешь ехать. Лиза...

Толкнув его плечом, я выскочила из комнаты и сбежала вниз по лестнице. Не оглядываясь, открыла тяжёлую входную дверь, и наконец оказалась на улице. Впервые за много дней смогла полной грудью вдохнуть свежий ночной воздух.

Я не позволила себе ни секунды колебания: шагнула на крыльцо, спустилась по обледеневшим ступеням и поспешила к машине. Водитель открыл мне дверь, молча кивнул. Я нырнула внутрь и вжалась в сиденье, все еще не веря в то, что прямо сейчас я действительно покидаю свою тюрьму.

Один раз — один только раз — я позволила себе оглянуться назад. Алекс стоял на крыльце, скрестив руки на груди, провожая меня взглядом. Я не могла увидеть выражения его лица — он был уже слишком далеко от меня. Теперь я видела только тёмный силуэт на фоне освещённого проема.

Седан тронулся, плавно выкатился на заснеженную дорожку. Очень скоро дом, в котором я провела несколько недель наедине с Алексом, исчез в темноте.

Всё. Свобода. Ты едешь к Нику. Ты почти спасена.

Но радости почему-то не было. Вместо нее в груди разрасталась холодная липкая тревога.

Вскоре машина выехала на шоссе. Какое-то время мы ехали спокойно, пока мимо не пролетел наглухо тонированный автомобиль. Заметив нас, водитель того автомобиля сразу же ударил по тормозам, резко развернулся, визжа шинами, и помчался за нами.

— Чёрт… — выдохнул водитель, бросив взгляд в зеркало. Он сразу же заметил погоню.

— Что это? — спросила я испуганно.

— Держись! — бросил он мне вместо ответа.

Седан дёрнулся, стрелка спидометра поползла вверх. Фары догоняющей машины мелькали всё ближе, слепя глаза. Снег валился на нас сверху сплошной пеленой.

Я вцепилась пальцами в ремень безопасности. Мысли путались: кто может нас преследовать? Враги Алекса? А, может быть, сам Алекс?

Преследователь набирал безумную скорость, пытаясь нас обойти. Но вместо того, чтобы проехать мимо, он ударил нашу машину в бок. Водитель крутанул руль, чтобы уйти от нового удара, и нас выкинуло на встречку.

Машину тряхнуло, ремень впился мне в плечо, из горла вырвался крик. Водитель снова вывернул руль, чтобы удержать машину, но снег и лёд сделали дорогу неуправляемой. Я уже видела, как огни машин, которые ехали прямо на нас, мерцают сквозь завесу метели.

Сзади опять раздался удар — за ним металлический скрежет, звон стекла.

— Держись! — снова крикнул мне водитель, но его голос перекрыл скрип металла.

Я закрыла лицо руками. Машина ударилась обо что-то твёрдое, подпрыгнула и перевернулась. Я уже не понимала, где верх, а где низ. Ударилась головой, в глазах вспыхнули искры. Последнее, что я запомнила — это свежий запах бензина и привкус крови во рту.