Глава 33

– И зачем? – я качаю головой. – Начерта ты это всё делаешь, Борь?

Я с усталостью смотрю на мужчину. Ну, усталость она в моей голове. И немного во вздохе. Но внешне я остаюсь беспристрастной. А то Тигиринский ещё решит, что смог меня задеть.

Как говорила моя бабуля…

– Слабости, Каринэ, они для близких. А чужим… Зачем такой подарок делать?

А я не очень щедрая на подарки. Поэтому держусь. Режу Бориса взглядом. На нём домашний костюм, волосы немного влажные. Я слишком рано приехала, не успел подготовиться и бегал в моих поисках?

Какая жалость.

Я крепче сжимаю видеоняню в руке. Хочется в Бориса запустить, но жалко. Пластик не выдержит, а эта фирма мне нравилась.

Тигиринского, конечно же, не жаль совсем.

– Что именно? – мужчина усмехается. – Поздороваться решил. Нельзя?

– Меня твоё внимание… – я кривлю губы. – Уже достало. Если тебе что-то нужно, то будь мужиком – озвучивай прямо. А эти игры с потопом мне не нужны.

– Какие игры? – хмурится. – Что за потоп?

– Который я якобы устроила. Ничего не слышал об этом?

– Нет. Вышел за доставкой, – похлопывает себя по карманам штанов. – А что? Ты кого-то затопила?

– Ясно.

Я разворачиваюсь. Если этот шутник признаваться не собирается, то я давить не буду. Мне есть, куда энергию потратить.

В памяти всплывают слова Регины. Насколько ей верить можно – это уже другое дело. Она говорила, что Борис со Львом о чём-то спорили, деньги обсуждали.

Вроде Тигиринский довольно обеспеченный для того, чтобы каким-либо шантажом заниматься. Но кто его знает?

Последние события научили – любой человек может неприятно удивить.

– Карин, подожди, – Тигиринский окликает. – Раз ты тут, то я хотел с тобой поговорить.

– А я не хочу.

Я дёргаю дверную ручку вниз, сдерживая раздражение. Если бы Борис хотел организовать встречу нормально, он нашёл бы способ.

– Ну ты чего? Бегать будешь?

Краем глаза я замечаю, как Борис начинает двигаться ко мне. Готовлюсь ответить грубо, но в этом нет нужды.

Сергей делает один уверенный шаг, становясь между мной и Тигиринским. Закрывает своей широкой спиной так, что мне почти и видно «соседа».

– Вроде тебе сказали, что говорить не хотят, – от ледяного тона Сергея у меня самой мурашки, а Борис – кремень, держится. – Так что иди куда шёл.

– А ты что, телохранитель её? – хмыкает презрительно.

– Вроде того. Защищаю от любых несанкционированных приближающихся.

– Слушай, отойди. Нам поговорить надо.

– У меня по контракту разрешение на причинение вреда любому, кто нападёт. Нападение – определяю я сам. Вот думаю, как тормозить. Руку заламывать или сразу удушающий?

– Ты чего? Совсем оборзел?

Даже я теряюсь от подобного заявления. Вряд ли Сергей начнёт воплощать в жизнь, но… Он звучит сурово и убедительно.

Борис тормозит, не решаясь подойти. Проверив по камере, что Даня спокойно лежит в кроватки, я сама остаюсь. Интересно, чем это закончится.

– Ты знаешь с кем говоришь? – рявкает Борис.

– С возможным нападающим?

– Да не собираюсь я нападать. Я лишь хочу поговорить.

– Ещё шаг…

С угрозой предупреждает Сергей. Запускает ладонь под куртку, будто… Пистолет собрался доставать? Он вооружён?!

Я цепенею, и Борис реагирует так же. Его кадык дёргается, а глаза наполняются страхом.

Не отдавая себе отчёт, я подступаю к Сергею. Укладываю ладонь на его локоть, чтобы ничего не доставал. Вроде умный мужик, но… Слишком накалённой стала обстановка.

Не хочется непредвиденных проблем.

– Карина, – с заминкой зовёт Тигиринский. Его голос подрагивает. – Не знаю, что там за история с потопом… Или почему у тебя охрана… Но нам есть что обсудить.

– Например? – не выдерживаю, с любопытством уточняю.

– Например, детей. Я бы обсудил этот вопрос без твоего цепного пса. Ко мне приходил Лев. Хотел договориться, чтобы я свидетельствовал в его пользу на суде. Мне этого не хочется.

– Но?

Я вздёргиваю бровь. Не сомневаюсь, что сейчас будут какие-то условия. Деньги я отбрасываю, зная об успешном бизнесе Тигиринского. Но подтекст считывается легко.

Борис захочет что-то взамен. Плата ведь не только деньгами бывает. Но это не так значимо. Если Каминский начнёт врать, то это будет довольно легко доказать. Не лучший ход.

От мужа я ожидала большего.

– Но, – Борис сжимает челюсть. – Это будет обсуждаться лично. Слушай, я не знаю, что задумал Каминский. Но по разговорам – он явно собирается сорвать развод. Как-то так, чтобы ты сама с ним осталась. Как я понимаю, дело в детях.

И в его угрозе, что он детей отберёт. Если я не пойду на мировую.

Это звучит ужасно. И бесполезно. Потому что никто не оставит детей со Львом после того, что он натворил.

Но я уже успела понять. Разумность Каминского сейчас не интересует. Он просто хочет прижать меня. И использует для этого различные методы.

Через работу достаёт. Суд тоже просто не пройдёт.

– Подробнее… – тянет Борис, поглядывая на моего защитника.

– Наедине, я поняла, – я задумываюсь. Что-то решать без разговора с адвокатом я не буду. – Я позвоню тебе и назначим встречу. Когда я буду готова поговорить.

– Не думаешь, что за это время моё мнение поменяется? Вдруг меня переманят?

– Если тебя можно переманить, то как союзник ты так себе. Всего доброго, Борис.

Я проскальзываю в квартиру. Придерживаю дверь, убеждаясь, что Сергей идёт за мной. Этот мужской тестостерон – опасная смесь.

Они смиряют друг друга недовольными взглядами, а после Миронов похлопывает себя по карману. Будто напоминая про оружие.

Я выдыхаю, когда мужчина заходит в квартиру. А после надвигаюсь на него с обвинениями.

– Ты с пистолетом?! – шиплю я.

– Давно с собой не ношу, – Сергей усмехается, тянется к карману куртки. Достаёт портсигар. – Но ему же знать необязательно?

– Как и необязательно меня защищать. Я сама бы разобралась, ничего бы он не сделал.

– Сама, не спорю. Только на кой черт тебе мужик рядом, если самой надо?

– Ну ты же не мой «мужик».

– И как это вообще связано?

Сергей бровь изгибает. Смотрит на меня как на дурочку. А мне нечего возразить. Снова.

Ох, мне это не нравится. Я привыкла оставлять последнее слово за собой, если того хочу. А тут… Достойный противник, ладно.

И вроде такие простые вещи говорит, а контраргументов у меня нет.

Фыркаю, скрывая поражение. Делаю вид, что так и надо. Спешу к сыну, который недовольно хнычет.

Я немного вожусь с Даней. Смотрю на недовольное личико, полное скорби. Когда ты становишься мамой – ты учишься предсказаниям. Гадаешь по надутым губкам. Ловишь намёки в оттенках плача.

Вот я и понимаю, что Даня проголодался. Спешу сделать смесь, пока сын не врубил сирену.

– Спасибо, – я поворачиваюсь к Сергею. – За помощь и… За неуместную защиту я тоже благодарна.

– Неуместную? – мужчина издаёт смешок. – Гордость не позволяет просто отблагодарить?

– Не гордость. Радикальная честность.

– Ну-ну.

– В общем, спасибо. Я ещё немного задержусь с Даней, он сейчас не станет спокойно лежать в автолюльке. Ты, наверное, спешишь…

– Не спешу. Раз взялся защищать, то до конца. Хочу убедиться, что больше никто нападающим не будет. Может, стоило взять табельное…

– Ты бывший следак, табельного нет.

– Тшш. Это секрет.

Сергей незамысловато даёт понять, что сейчас не собирается никуда уезжать. Вот же ж противный и настойчивый!

Но я почему-то улыбаюсь. Хотя это обычно бесит – я сама за себя могу решить. Мне не нужен защитник.

Вот только Сергей это делает так уверенно, что спорить с ним не получается. Повода не даёт, настолько чётко и просто даёт обещания.

Даня капризничает, и всё занимает больше времени, чем обычно. Но Миронов не жалуется и не спешить уходить.

Кое-как я справляюсь с сыном. Отвлекаю играми, и комбинезон уже не такой гадкий, как был несколько минут назад. Даня даже продолжает улыбаться, ухватив воротник моего платья.

– Раз я сегодня телохранитель… – Сергей улыбается. – То доложу обстановку.

– Обстановку? – я пытаюсь быстро обуться.

– Обстановку. Там за дверьми твой муж вышагивает.

– Лев?!

Я сама прижимаюсь к глазку, проверяя. Чтоб его. Там действительно Лев. Мерит шагами коридор. Исчезает из обзора, снова появляется.

Не мельтешит, это не в его характере. Но мужчина явно нервничает. Вскидывает руку, проверяя запястье. Снова ходит.

Во рту собирается горькая слюна, а желудок болезненно сжимается. Когда я вижу Каминского, то меня тошнить начинает.

Так часто, что можно беременность заподозрить. Если бы не вскрывшиеся факты. Нет, это просто реакция организма.

На человека, который только омерзение вызывает.

Я прижимаюсь затылком к двери, выдыхаю. Сглатываю, стараясь взять себя в руки. Ищу то, на что отвлечься можно.

– А откуда ты знаешь? – я подозрительно прищуриваюсь. – Как Каминский выглядит.

– Забыла? – Сергей не выглядит уличённым в чём-то. – Я поднимал информацию по твоей семье. Когда хотел узнать больше о смертнике, который сделал мою дочь беременной.

– Ворчи сколько угодно, глубоко в души Дава тебе нравится.

Сергей закатывает глаза, но ничего не говорит. Ха! Я беру реванш, теперь мужчина остался без аргументов.

Я сладко улыбаюсь, наслаждаясь победой. И даже забываю, что там за дверьми мой муж бродит.

Только не звонит. Я понимаю, чего он ждёт. Меня. Когда я выйду и не смогу спрятаться. Ведь звонок я могу просто проигнорировать.

Черт, а ведь Борис был честен. Не он «потоп» устроил, а мой муж. По-другому я с ним не увижусь никогда. Ведь даже вызовы в офис я игнорирую благодаря знакомствам.

Вот же ж.

Додумался.

– Роковая ты женщина, Карина, – мягко подначивает Сергей. – Столько мужчин хотят с тобой поговорить.

– Тогда ты счастливый мужчина? Раз пока единственный, кого я не прогнала.

Добавляю остроты во взгляд, чтобы, упаси Всевышний, это не прозвучало как флирт. Мне сейчас не до отношений. И Сергей… Ну, точно нет.

– Оружие при тебе?

Я подшучиваю, подхватывая автолюльку. Прятаться я не собираюсь, ждать, пока Лев придумает ещё что-то, тоже.

Не я должна прятаться. А этот ублюдок. Он всё разрушил, до основания сжёг. И если он не видит причин дать мне покой…

Я их ему дам.

– Кари… А ты ещё кто?

Лев набычивается, стоит увидеть моего спутника. Я говорила про тестостерон? Лучшее его проявление.

Грудь выпирает, плечи расправляет. Каминский и так имеет внушительное телосложение, но теперь ещё больше кажется.

Сергей не такой крупный, но и бровью не ведёт. Спокойно реагирует на подобное представление. Хотя…

А нет, тоже словно вытягивается.

Я хмыкаю. Мужчины.

– А это мой друг, – произношу спокойно. – Потоп твоих рук дело, я так понимаю. Мелочно и тупо, Лев.

– А как ещё с тобой говорить? Ты же игнорируешь меня!

– Намёк не понял? Тогда скажу прямо. Я тебя видеть не желаю. Оставь меня в покое, пока я не получила судебный запрет на приближение.

– О суде решила вспомнить? Так я тоже могу. Подам иск за то, какой некомпетентный отчёт ты сделала. Раз ты сама не собираешься приходить.

– Власов этого не допустит.

– Власов этот сегмент не регулирует.

– Подашь в суд? Черт.

Я стараюсь состроить гримасу ужаса, но получается скорее насмешливо. Суд это такая мелочь, что я спокойно отмахиваюсь.

Будет лишь поводом при разводе. А я делала всё на совесть, к моей работе не придраться.

Напряжение вибрирует в воздухе. Бьёт по коже разрядами тока. Разрезает нервы, каждый волосок покалывает.

Сейчас я как никогда рада упёртости Сергея. В его присутствии я хоть уверена, что смогу пройти мимо Каминского. Говорить не хочется.

– Развода не будет, Карин, – Льва совсем не смущает присутствие постороннего человека. – Так что можешь отправлять своего друга, – с презрением. – Куда угодно. Тебе ясно?

– Нет, не ясно, – отвечаю честно. – Почему ты настолько уверен, что можешь решать? Это уже патологией попахивает. У тебя нет козырей, Лев. Любой судья даст мне развод моментально, узнав все подробности.

– А что произошло? Ничего.

– Ты прекрасно знаешь, что я видела на даче.

– Разве? Знают трое людей. Ты против двоих… Расклад так себе. Не докажешь.

– Не докажу? Регина…

– Она ещё не говорила с тобой? Я был уверен, что уже. Поэтому и поторопил нашу встречу. Чтобы обсудить варианты и твоё возвращение. Регина меня поддержит.

Я ловлю взгляд Сергея. Он прищуривается, молчаливо уточняет: «Регина? Разве не твою дочь так зовут?»

Не то чтобы я умела читать по глазам, но лицо у мужчины довольно говорящее.

Черт. Я не собиралась это грязное бельё вываливать перед всеми.

Прокашливаюсь, хотя под кожей вибрирует ядовитая дрожь. Ненавижу быть слабой и столь открытой.

Но…

– Регина не станет, – уверенно произношу я.

Это было одно из условий того, что я обещала ей деньги. Она не беспокоит нашу семью, не устраивает больше подстав, исчезает полностью.

Мой телефон вибрирует. Я автоматом лезу проверять. Лишь бы отвлечься на мгновение, перевести дыхание.

Но воздуха не хватает, когда я вижу уведомление от банка. «Исаева Р.» перевела мне крупную сумму денег;

Регина только что вернула мне первый платёж, который я успела совершить. Первая часть «займа» как мы это назвали юридически.

Вернула. Получается…

Лев предложил больше. Подкупил её. И она действительно может свидетельствовать в его пользу. Придумать что угодно.