Глава 32

Саундтрек к главе: Sevak – Когда мы с тобой

Вера гладит ручку двери, пока мы едем в ее квартиру. Взгляд направлен куда-то вдаль, а на губах играет рассеянная улыбка. Не могу постоянно смотреть только на дорогу, то и дело поворачиваюсь. Она чувствует мой взгляд и тоже смотрит в мою сторону, мы улыбаемся друг другу, а потом я снова сосредотачиваюсь на дороге. Внутри меня такой штиль, какого не было уже очень давно. Наверное, последний раз я испытывал подобное умиротворение лишь тогда, когда был еще совсем маленьким. Потом что-то постоянно сотрясало мой мир, и я все время пребывал в напряжении.

Ангел просит меня не идти за ней в квартиру, обещает вернуться очень быстро. Пока она собирает вещи, я созваниваюсь с Лилей и Мишей, справляясь о делах. Выхожу из машины и закуриваю, сверля взглядом обшарпанный подъезд. Дом старый, на самой окраине, но контингент довольно приличный, так что волноваться не о чем. Внутренне пинаю себя. Конечно, не о чем, учитывая, что Вера все-таки переедет ко мне, и случится это довольно скоро. Она пока еще тешит себя мыслью, что делает выбор самостоятельно, сама принимает решения, но конкретно это я нагло взял на себя.

Как только Вера выходит из подъезда, я подхожу, забираю у нее сумку с вещами и снимаю с плеча вторую с ноутбуком. Гружу все в багажник и помогаю Вере разместиться на пассажирском сиденье.

– Тебе очень идет красный цвет, – говорю, занимая водительское место. Щеки Веры розовеют, и она улыбается. Открыто и по-настоящему. Такой улыбки я не видел у нее долгих восемь лет. Глажу ее по щеке. – Скажи мне, Ангел, как мы могли вот так просто профакапить восемь лет, а? Зачем мы это сделали?

Улыбка тут же сползает с лица Веры.

– Думаю, нам нужно было это время.

– Для чего? Я пиздец, как скучал по тебе. Каждый день думал о тебе. С ума сходил. Зачем?

– Мне это время пошло на пользу. Я разобралась в себе, наконец поверила, что не ущербная, что достойна любви.

Резко подаюсь к Вере, заключаю ее лицо в свои ладони и заставляю посмотреть на меня.

– Больше чем ты, Ангел, не достоин никто, слышишь? Ты самая достойная из достойных! Тебя есть за что любить. За твою чистоту, за нежность, за… блядь, да за все! Неужели ты тогда не поверила мне? Почему не дала себе поверить в то, что нужна мне? Почему не дала сказать это?

Вера прикрывает глаза, громко сглатывая.

– Потому что сама не верила, и никто бы меня в этом не переубедил. Тимур, – снова смотрит на меня полными слез глазами, – все это сидело слишком глубоко. Леша… мой бывший муж, убедил меня в том, что на меня никогда не позарится ни один мужчина, что ты со мной только потому, что тебе интересно со взрослой женщиной.

Я крепко сжимаю челюсти, пытаясь обуздать эмоции, которые плещутся через край. Мог бы оживить этого мудозвона – сделал бы это только ради того, чтобы снова убить. Теперь уже своими руками и до конца. Но утешаю себя тем, что моя несдержанность привела к его многолетним мучениям. Питаю надежду, что отомстил за каждый наполненный болью день, который мой Ангел провела рядом с этим монстром.

– Я люблю тебя, – произношу хрипло, не отрывая взгляда от глаз Веры. – Хотя бы сейчас ты мне веришь?

Она прикрывает глаза, и по щекам скатываются две слезинки, которые я тут же подхватываю большими пальцами и вытираю. Вера молчит. Внутри меня все скручивает от какого-то болезненно-обжигающего чувства, которое плавит внутренности, оставляя обугленные края. Дышу глубоко. Ничего, ей нужно еще немного времени, и я готов дать ей хоть все время мира. Главное, чтобы она просто была рядом, потому что убеждать я умею как никто другой.

Наклоняюсь и нежно касаюсь ее губ своими.

– Давай сегодня поужинаем в ресторане.

– В настоящем? – дрожащим голосом спрашивает Вера.

– В самом пафосном из всех. Хочешь? – Она легонько качает головой, насколько позволяет моя хватка. – А в какой хочешь?

– А можно дома?

– Почему, Ангел? Девочки обычно любят такие места.

– Я, может быть, тоже полюблю, но именно сегодня хочу… – она выдыхает и снова прикрывает глаза.

– Ангел, давай будем максимально открыты друг с другом, ладно? Я не узнаю о твоих желаниях, пока ты их мне не озвучишь.

Вера распахивает глаза и смотрит на меня. Накрывает мои ладони своими. Прикосновение настолько легкое и нежное, что по моим запястьям разбегаются мурашки.

– Только не обращай потом мои слова против меня, ладно?

– Обещаю. А ты пообещай, что будешь говорить открыто. Никакого стеснения. Хочешь омаров – озвучивай, хочешь ходить голой – ходи, хочешь, чтобы увез тебя на далекие острова – пакуй чемоданы. Только не молчи, ладно? Хватит уже, столько лет молчали.

Вера с улыбкой кивает.

– Я хочу провести время с тобой. Познакомиться с тобой новым. Не бизнесменом и руководителем, с настоящим тобой, Тимур. – Она опускает руку мне на грудь и накрывает ладонью скрытое под одеждой и грудной клеткой сердце. Оно тут же, как по команде, пускается вскачь и колотится как ненормальное. Мне даже кажется, что Вера может пальцами почувствовать вибрацию. – Просто давай останемся дома, чтобы у нас была возможность спокойно поговорить. Я… тоже скучала по тебе.

Я задыхаюсь от переизбытка эмоций. Каждая из них вкусная, сладкая, но пронизана болезненными нотками нашей долгой разлуки. Ничего, это как добавить перца в соус. Жжет язык, но так вкуснее. Киваю Вере.

– Я буду твоим джином, Ангел, исполню любое желание.

– Прямо вот совсем любое? – она игриво прикусывает губу, от слез не осталось и следа.

– Абсолютно. Повелевай, моя королева.

– Хочу гамбургер.

Это так неожиданно, что я на пару секунд ошалело смотрю на Веру, а потом широко улыбаюсь.

– В смысле, обычный гамбургер? – она кивает. Убираю ладони с ее щек, но не перестаю пялиться. – Из фастфуда? – уточняю на всякий случай. Может, ослышался.

– Ну да, – кивает Вера. – Я ела его всего один раз, и мне хочется еще.

– Закажем на дом или заедем купим по дороге?

– Давай по дороге.

Вера откидывается на спинку сиденья и смотрит на меня со смешинками в глазах.

– Я когда-нибудь привыкну к твоей красоте? – спрашиваю первое, что пришло в голову. Вера снова немного краснеет, но не отворачивается. Вот в чем отличие юных девочек от взрослых женщин: она может смущаться, но взглядом просит говорить еще. – Никак не могу поверить, что ты рядом.

– И я.

Зависаю на несколько мгновений, впитывая красоту моего Ангела, а потом беру ее за руку, целую тыльную сторону ладони и укладываю ее на коробку передач, накрывая своей. Одной рукой пристегиваться неудобно, но я справляюсь, как и Вера, и мы отъезжаем от дома, взяв курс на фастфуд, а потом я решаю отвезти ее в место с видом на город. Мы пообедаем на капоте моей машины и поболтаем без свидетелей.

Приехав в одну из самых лучших бургерных в городе, мы усаживаемся за барную стойку и делаем заказ. Нам подают кофе для меня и молочный коктейль для Веры. Она с восторгом наблюдает за тем, как на открытой кухне повар быстро лепит котлеты из свежего фарша, которые тут же забрасывает на огромный гриль, а его помощник ловко переворачивает мясные медальоны, успевая рассказывать какую-то байку своим коллегам. Вера переводит на меня светящийся взгляд, при виде которого невозможно сдержать улыбку.

– Я как-то раз купила себе гамбургер. Года два назад. Могу сказать, что тогда совсем не впечатлилась. А потом увидела, как парень ест на улице нечто подобное, – кивает в сторону парней, которые собирают огромный сочный гамбургер, – и думала, что подавлюсь слюной. Никогда даже предположить не могла, что мне доведется попробовать такое.

– Ты попробуешь все, что захочешь. Морепродукты, пицца, суши… любая кухня мира в твоем распоряжении. Мы будем летать в путешествия, знакомиться с новыми местами, пробовать местные блюда.

– И делиться впечатлениями, – с восторгом дополняет она.

Меня самого переполняют чувства. Я невольно заражаюсь воодушевлением, которое исходит от моего Ангела. На нее с интересом косятся мужики, а мне впервые не хочется выдавить им глазные яблоки. Просто хочется притянуть Веру ближе к себе, показывая всем своим видом, что эта женщина только моя. Наклоняюсь и целую ее в висок.

– Все, что захочешь, – тихо говорю ей на ухо.

– Ты собираешься меня баловать? – игриво спрашивает Вера.

– Я собираюсь тебя избаловать, Ангел.

Она склоняет голову набок и с интересом рассматривает меня, а я в ответ практически прожигаю ее взглядом. Хочу своего Ангела просто до зубовного скрежета. Всю такую открытую и настоящую, без поддельных эмоций и жадную до впечатлений. По телу снова проходит мелкая дрожь, вызванная тем, насколько обостряются мои инстинкты. Теперь мне хочется не только защитить ее, но и укутать в кокон безопасности, черт возьми, как следует окружить любовью, положив к ее ногам весь мир! Я все это сделаю. И да, хрен я буду спрашивать разрешение. Ей просто-напросто придется позволить мне сделать по-моему.

Спустя минут сорок мы уже сидим на капоте моей машины на холме с видом на город. В ресторане Вера попросила выдать ей одноразовые вилку и нож, чтобы иметь возможность аккуратно кушать, и теперь режет гамбургер на кусочки, вкладывая каждый в рот и смакуя. Я с ухмылкой поглядываю на нее.

– Тебе не хочется сделать вот так? – Перехватываю свой бургер двумя руками и откусываю такой кусок, который едва помещается у меня во рту. С удовольствием жую, еще и стону для пущего эффекта.

– Ты испачкался.

Вера протягивает руку и пальцем стирает с моей щеки соус, а потом облизывает этот самый палец. Я, как завороженный, слежу за этим действом. Все происходит словно в замедленной съемке. Хочу эти губы не на пальце. Моргаю, рассеивая туман похоти, и парирую:

– Разок можно и испачкаться, как считаешь?

Она с сомнением смотрит на меня, в моем взгляде провокация. А потом Вера откладывает приборы на салфетку, лежащую на капоте и берет бургер так же, как и я. Не сводя с меня взгляда, поднимает его и, широко раскрыв рот, кусает. Я смеюсь над тем, как при этом расширяются ее глаза, а потом она их прикрывает и стонет так же, как и я до этого. Мой рот наполняется слюной, Вера так вкусно наслаждается едой, что я чувствую голод. Правда, природа его совсем другая, но какая разница?

В болтовне ни о чем мы приканчиваем свой обед, щедро заливая его колой, а потом едем домой, условившись остаток дня поработать. У меня остались незавершенные дела, и Вере нужно сделать дневную норму редактуры, чтобы освободить вечер. На подъезде к своему поселку я останавливаюсь рядом с огромным торговым центром. Глушу мотор и поворачиваюсь к Ангелу лицом.

– Побудешь минутку одна?

– Конечно.

Быстро объясняю ей, как открывать-закрывать окна и блокировать машину на случай, если она захочет выйти, чмокаю в губы и несусь в торговый центр. Там покупаю большой букет белых роз и мчусь назад. На самом деле, со стороны кажется, будто я спокойно прохожусь по парковке с большим букетом, опустив цветы головками вниз, но мысленно я бегу, словно боюсь, что Ангел испарится. Но нет, она сидит и задумчиво листает что-то в телефоне. Открываю ее дверцу и протягиваю цветы. Ее глаза загораются, телефон выпадает из рук и приземляется на колени, Вера берет букет и, прижав к себе, зарывается носом в бутоны. Глубоко вдыхает аромат, а потом со счастливой улыбкой поворачивается ко мне.

– Спасибо.

– Нравится? – мне важно слышать от нее подтверждение. Важно знать, что я на правильном пути. Как бы ни был самоуверен, я нуждаюсь в доказательствах, что она принимает меня и мои подарки.

– Очень.

– Тогда поехали домой. Разгоним всю прислугу, и я наконец по-настоящему доберусь до тебя.

Пока Ангел ошарашенно смотрит на меня, я с ухмылкой захлопываю дверцу машины, обхожу ее спереди и сажусь за руль. Снова целую руку Веры, у которой, кажется, отнялся язык, завожу мотор и еду домой. Да, сегодня я точно разгоню всех пораньше и буду наслаждаться своим Порочным Ангелом. И к черту работу!