ГЛАВА 19. ЛОЖНАЯ ТРЕВОГА

ЛИЗА

Тридцать третья неделя беременности

В тот вечер Эмма почти не двигалась.

Утром Лиза ещё шутила, что дочь наконец решила дать ей поработать. К шести вечера шутка перестала быть смешной.

Она выпила холодной воды. Легла на левый бок. Сделала всё, что советовала врач на случай, если движения покажутся реже обычного.

Один слабый толчок.

Потом тишина.

Лиза позвонила в клинику.

— Приезжайте, — сказала дежурная акушерка. — Скорее всего всё в порядке, но на вашем сроке лучше проверить.

Слово «скорее всего» не помогло.

Лиза вышла в холл уже с сумкой. Отец стоял у лестницы с телефоном в руке. Увидел её лицо — и мгновенно убрал телефон.

— Что случилось?

— Она мало двигается. Мне сказали приехать.

Александр побледнел.

Первое, что появилось в его лице, было знакомым: желание немедленно организовать всё. Вызвать врача домой. Поднять клинику. Позвонить кому-то, кто обязан ответить.

Лиза уже приготовилась сказать «не надо».

Но отец спросил:

— Хочешь, я отвезу?

Она замерла.

— Сам?

— Сам. Или вызову водителя. Как скажешь.

Страх оказался сильнее привычки всё делать одной.

— Сам.

В машине Александр не говорил. Не звонил никому за её спиной. Не спрашивал, почему она не выбрала частную клинику, которую он рекомендовал.

Просто вёл слишком осторожно.

В приёмном отделении Лиза сказала:

— Дальше я сама.

Он кивнул.

— Я буду здесь.

Не «я иду с тобой».

Буду здесь.

Монитор поставили почти сразу. Сначала Лиза слышала только собственное сердце. Потом кабинет заполнил быстрый ритм Эммы.

Живая.

Сердитая.

Врач объяснила, что ребёнок изменил положение, движения стали ощущаться иначе. Показатели хорошие. Наблюдение ещё двадцать минут — и можно домой.

Лиза лежала с ремнями датчиков на животе и плакала так тихо, чтобы никто не заметил.

На стуле рядом лежал телефон.

Она открыла контакт Дина.

На этот раз даже набрала номер.

Не позвонила.

Смотрела на кнопку вызова, пока Эмма не ударила пяткой под рёбра — сильно, почти возмущённо.

— Всё, поняла, — прошептала Лиза. — Ты здесь.

У выхода отец встал так быстро, будто все сорок минут не двигался.

— Ну?

— Всё хорошо.

Он закрыл глаза. Всего на секунду.

Лиза впервые увидела на его лице страх не за компанию, не за репутацию, не за то, вернётся ли Дин в её жизнь.

За ребёнка.

— Она… в порядке? — спросил он.

Не «беременность».

Она.

— Да. Просто повернулась.

Отец кивнул и открыл ей дверь машины.

По дороге домой он сказал:

— Сегодня в коридоре я понял одну вещь.

Лиза ждала.

— Я всё ещё думаю о ней как о связи с Харпером. Это неправильно.

Она ничего не ответила.

— Но когда ты была за дверью, мне было всё равно, чья у неё фамилия и кто её отец. Я просто хотел, чтобы с ней всё было хорошо.

Лиза повернулась к окну.

— Это ещё не делает тебя дедушкой.

— Знаю.

— Но, наверное, это начало.

Он не улыбнулся.

— Надеюсь.

Дома Лиза открыла серый блокнот.

«Сегодня я впервые испугалась, что могу тебя потерять».

Ниже написала:

«Твой дед тоже испугался».

Потом долго смотрела на следующую строку.

«А твоему папе я опять не позвонила».