ГЛАВА 66. МОЖНО?

ЛИЗА

Эмме восемь месяцев

Отец приехал к «Тихо» без предупреждения.

Это уже было плохо.

Но вместо того чтобы войти, он позвонил.

— Я на улице.

— Зачем?

— Хочу поговорить.

— О чём?

Пауза.

— Об Эмме.

Лиза закрыла глаза.

— Подожди.

Она вышла сама.

Александр стоял возле машины. Один. Без помощников.

— Что случилось?

— Ничего.

Он достал маленькую коробку.

Лиза напряглась.

— Если там акции компании…

— Там деревянный кит.

Она замерла.

Отец открыл коробку.

Внутри был новый, совсем маленький кит, похожий на тот, который мама привезла Лизе в детстве.

— Где ты его нашёл?

— Заказал у того же мастера. Он ещё работает.

Горло сжалось.

— Папа.

Он посмотрел на неё.

— Я был неправ.

Лиза молчала.

— Не только когда пытался вернуть тебя. Когда сказал об аборте. Когда не смог принять её сразу. Я видел в ребёнке Харпера, а должен был увидеть твою дочь.

— Твою внучку.

Ему потребовалась секунда.

— Мою внучку.

Лиза почувствовала слёзы.

Отец продолжил:

— Я не прошу прощения одним подарком. И не прошу вернуть всё как было.

— Тогда чего?

Александр Воронцов, человек, который привык входить в любые двери, спросил:

— Можно мне её увидеть?

Лиза долго смотрела.

Потом сказала:

— На десять минут.

Он кивнул.

— Хорошо.

— И никаких денег.

— Хорошо.

— Никаких решений за неё.

Уголок его рта дрогнул.

— Ей восемь месяцев.

— Ты удивишься, насколько рано начинаешь.

Он почти улыбнулся.

Внутри бара Эмма сидела у Дина на руках.

Он увидел Воронцова и сразу стал серьёзным.

Лиза коснулась его локтя.

— Я разрешила.

Дин кивнул.

Не спорил.

Отец подошёл.

Эмма посмотрела на него и нахмурилась.

— Это семейное, — сказал Дин сухо.

Александр посмотрел на него.

— Надеюсь, не всё.

— Я тоже, — ответил Дин.

Лиза едва не рассмеялась.

Отец протянул палец.

Эмма схватила.

Александр перестал дышать.

Лиза знала этот момент.

Дин тоже когда-то замер точно так же.

— Можно взять? — спросил отец.

Второй вопрос за один день.

Лиза кивнула.

Когда он держал внучку, его руки дрожали.

Совсем немного.

Но Лиза увидела.

И впервые подумала, что, возможно, люди действительно могут учиться даже слишком поздно.