Глава 21
— Котя!!! — следующий Катин день начался со встречи с единственной, самой близкой на всем белом свете, подругой.
Вера уже в одиннадцать была у двери и настойчиво нажимала на звонок. Ей так не терпелось побыстрее своими глазами подругу увидеть, своими руками пощупать…
— Верка! — когда Самойлова открыла, стало понятно, что и она ждала, и ей не терпелось…
Девушки обнялись прямо так, через порог, забив на любые суеверия, ни бутылка в одной руке гостьи, ни коробка с пирожными в другой тоже не помешали.
— Ты постриглась! — Вера первая Катю отпустила, в квартиру зашла, поставила гостинцы на тумбу, потом заставила подругу сделать несколько оборотов вокруг оси. Будто хотела ее домашний костюм рассмотреть, ей богу… — Когда успела? Почему не сказала?!
— Ага, постриглась, — Катя исполняла указания пока еще Яшиной, а скоро уже Бархиной, с радостью. Крутилась, улыбалась, потом бутылку с пирожными в руки взяла, понесла на кухню, пока подруга разувалась… Через плечо бросила: — Я постриглась, а ты вообще замуж выходишь, напомню. И вот тут у меня уже вопрос: когда успела?
Вера рассмеялась, огляделась наконец-то, присвистнула…
Катя как раз в это мгновение из кухни вернулась.
— Нравится?
— Очень, Катюнь. Шик просто. Ну это и понятно, у тебя ж папа строитель, а Снежа — фотограф. Хороший тандем вышел, с душой сделали.
— Мне тоже так кажется…
Казалось бы, один вечер в квартире провела, да ночь… но уже влюбиться успела.
Здесь было все идеально для нее — мало мебели, много свободного места, все сделано в сдержанных тонах, и насколько же продуманно! До мелочей просто-таки. Каждая полочка, каждая ручечка, каждая лампочка — все на своем месте.
Поэтому первым делом Катя занялась тем, что провела подруге экскурсию.
По спальне — серой, вероятно, кому-то могло бы показаться, что такая скорее подходит холостому мужчине, чем молодой девушке, но Катя поспорила бы.
Гостиной — кремовой, уже более теплой, менее грубой — тут и для цветочного декора место нашлось, и для ваз, в которых вероятно когда-то побывают цветы…
На кухню завела…
— Короче, Катюнь, я поняла, ты теперь у нас завидная невеста. Хотя ты всегда была завидной, но теперь особенно…
— Хочешь, чтобы меня какой-то охотник за жилплощадью соблазнил что ли? Спасибо, подруга, не ожидала от тебя… — Катя сделала оскорбленный вид, но недолго держалась — почти сразу заулыбалась, полезла за бокалами.
— Да брось ты, какой охотник? Ты у меня — цветочек, мы тебе садовника найдем, хорошего такого, рукастого…
Вера поймала скептический взгляд Кати, паузу выдержала, а потом прыснула.
— А это точно первая сегодня, Вер? — Самойлова на бутылку розового шипучего кивнула. — А то рано ты о садовниках что-то заговорила.
— Первая, не бойся. У меня просто настроение хорошее. Тебя рада видеть, столько рассказать надо, и послушать… Да садись ты уже, Коть.
Котя села, Вера напротив, открыли шампанское, выпили за приезд, за предстоящую свадьбу, за свою дружбу, пирожные в ход пошли… и разговоры.
— Так как он замуж позвал, Вер? Расскажи все с самого начала, а то ты как звонила, я ничего не поняла. Ну то есть поняла, что ты довольна осталась, но…
Яшина вздохнула мечтательно, явно в воспоминания погружаясь, а потом снова историю рассказала. Они с Сашей ведь с седьмого класса вместе были. Ну расставались. Ну ссорились. Ну как на качелях катались. Но друг без друга так ни разу больше пары месяцев и не смогли. Около года тому Вера начала задумываться о том, что была бы не против за единственного и неповторимого парня замуж выйти. Сначала просто думала, потом намекать стала, почву прощупывать…
Санек, будучи парнем простым как два рубля, и что самое главное — искренним, Вере честно сказал, что замуж ее взять для него — не проблема, но на всякого рода романтические глупости он не способен. Генетическая это особенность или не развитый навык — он не знал, но в плане «поступков» был совершенно не сообразительным. Это не стало для Веры новостью, но… Она почему-то психанула и сказала, что замуж выйдет только если само предложение ее устроит.
После этого в их отношениях наступил очередной кризис. Саша не видел смысла себя ломать ради того, что по какому-то волшебному прибабаху понадобилось Верке. Вера страдала из-за того, что ее любимый мужик — бесчувственнейший из сухарей.
Но тут случилось чудо. В один из вечеров в квартиру Веры постучали… На пороге стояла целая свита в национальных костюмах, а во главе — Саша. В шароварах, вышиванке, в руках — каравай на рушнике. Свататься пришел…
Руки у отца просил, шикал на ошалелую Верку, мол, «не ржи, ради тебя стараюсь, между прочим»… И она оценила! Родители в шоке были, сначала просто в шоке, а потом в приятном, Вера же… согласилась, конечно же. Если быть честной, она и так согласилась бы, но за «подвиг», на который пошел ради нее совсем не романтик Александр, теперь любила его еще больше.
Катя слушала историю, хихикала периодически, в красках все это представляя, а под конец даже слезы навернулись. Стало немного завидно. Что бы там Вера себе ни думала, Катя им с Сашей всегда завидовала чуть-чуть. Ей тоже хотелось бы вот так — всю жизнь с одним человеком, по шагам научиться его настроение определять, по дыханию — чего хочет.
— И это он сам придумал? — Вера закончила, Катя вслух поаплодировала выходке бывшего одноклассника, вопрос задала, совершенно невинный, казалось бы. Но Яшина глянула на подругу так, что понятно стало — не он…
— Да куда там, Кать… Он молодец, конечно, что на это решился, теперь будем детям рассказывать, но идею ему А…, — Яшина запнулась отчего-то, даже глаза расширились, будто от испуга. Катя оглянулась — вдруг за окном что-то, но нет. Чистое голубое небо. — Друг его. Закадычный, — договорила, улыбнулась нервно слегка, и тему тут же перевела… — Ты мне расскажи лучше, что у тебя там в Штатах, как Питер..? — вопрос так двузначно прозвучал, что Катя глаза закатила…
— У меня… Питер зовет на магистерку вслед за ним идти. В тот же, наш, университет. А я сомневаюсь вот…
— Почему сомневаешься?
— По дому соскучилась, Вер, по родным, по тебе… Так и не привыкла до сих пор. Да и я же не планировала изначально. Думала, там бакалавра получу, потом приеду, посмотрю, что реальная жизнь мне предложит, и уже исходя из этого буду думать, что дальше делать.
— А не боишься, что тут останешься, и уже по тем людям скучать будешь, по Питеру?
Катя вздохнула. Боялась конечно. Соврала бы, если сказала, что за прожитые четыре года ни к кому сердцем и душой не прикипела. Конечно, теперь и здесь находясь скучает, и там, но… Поля с Лёней растут, видя ее раз в полгода, папа каждый раз при встрече молодеет даже. Ко всему привыкнуть можно, и к разлуке тоже. Но стоит ли привыкать?
— Я с ним советовалась, он сказал, что поддержит любое мое решение, да и нас с ним ни одно расстояние не разлучит уже. Оба помним ведь, как все начиналось… — Катя улыбнулась тепло, вспоминая своего родного чеха. — Но давай к делу лучше. Свадьба.
Чем предаваться грустным мыслям, Катя решила сменить тему. До мероприятия оставалось полтора месяца, а они с Верой толком и не обсудили еще — в чем помощь нужна, где поддержка.
Вера глаза закатила, налила себе и подруге еще шампанского, свой бокал залпом осушила, буркнула: «надо было две брать», потом только заговорила.
— Саша самоустранился, как ты понимаешь. На все готов, со всем согласен. Аллергия у мужика на «мелочи». Стоит услышать слово «свадьба» — тут же взгляд стекленеет и уши в трубочку. Ну, в общем, мне-то что, мне и так нормально — сделаю, как хочу, с него деньги, когда нужно, и поругаться по телефону, если кто-то что-то делает не так или вообще не делает, но… Я же не могу все совсем сама, боюсь накуролесить, поэтому то маму привлекаю, то подруг своих университетских, и они только путают все! Вкусы разные, взгляды разные. Вместо того, чтобы помогать сузить спектр вариантов — только расширяют… Я закипаю, ну и… Все уже отказались со мной по салонам ходить и цветы выбирать, Коть. На тебя одна надежда…
Эх… Катя понимала, что это будет непросто, что ей легче всего тоже было бы сбежать от ответственности, но… она ведь лучшая подруга, в конце концов, это ее богом посланная миссия. Без нее никак…
— Все сделаем по высшему разряду, Яшина. Не переживай.
Вера запищала, со стула вскочила, к подруге подлетела, обняла, прижимаясь щекой к щеке… Годы шли, а они по-прежнему оставались похожи, как сестры. Две хрупкие блондинки. «Белое братство». С первого класса…
— Коть, я так ждала тебя. Так ждала… Ты лучшая у меня.
— И ты у меня, — Катя улыбнулась, наслаждаясь тем, что начала вспоминать… вспоминать, как они близки были в школе, как обнимались вот так по три раза на дню, как ночевки устраивали, о сокровенном говорили, искренними были друг с другом на все сто процентов…
— Коть, но ты знать должна…
Вера выпрямилась, отошла на пару шагов, продолжать не спешила и на свое место возвращаться тоже. Прохаживала по кухне, глядя то в окно, то под ноги себе, то на часы на стене. Катя спокойно за подругой следила и ждала. Было не страшно, только любопытно чуть-чуть — что же такого она сказать хочет?
— Санька Андрея в свидетели позвал, — Яшина остановилась в какой-то момент, прямо в глаза Кате посмотрела и выпалила на одному дыхании.
— Какого Андрея? — Катя улыбнулась, вопрос на автомате задала… и только потом поняла, что ответ она, кажется, знает…
* * *
— Катюнь, прости, что молчала, но я просто совершенно не знала, как о таком сказать… Они сдружились сильно сразу после выпускного. Ну когда ты… когда он… да когда он поступил как козел последний, чего я деликатничаю-то? Мне Саша пару раз пытался заливать, конечно, что всё не так и все не те, но… Я-то тебя видела. Я видела, что он с тобой сделал, поэтому и слушать не собиралась. И против дружбы этой была, мы даже расставались с Сашей, потому что я ультиматум поставила, а он исполнять отказался. Но я и без него не могу тоже. А Веселов… Он же во Львове тусуется. Они общаются больше в переписке. Ну и изредка на каникулах — то Андрей сюда приедет, то Санька туда. Я его всего пару раз видела. Естественно, все, что думала, сказала… После этого Санек нас пытается «разводить», а тут… Это он ему идею подал со сватаньем. Да и ближе у Бархина сейчас друга нет, наверное. Вот он и сказал, что его позвать свидетелем хочет. Я сразу нафиг послала. Сказала, что мы с тобой об этом в третьем классе договорились еще и решение менять я не стану, а с предателем ты рядом стоять не будешь, но Сашка… Он такой упертый иногда, Коть, ты же знаешь…
— Вер…
— Подожди, Самойлова! Подожди, не перебивай, дай до конца объяснить все! Мы долго с ним спорили. Сошлись на том, что если ты скажешь, что против — Саша другого кого-то найдет. Но я соврать не могу. Он поймет, что не спрашивала, поэтому…
— Я не против, Вер, — Катя все же перебила, накрыла руки подруги, мнущие салфетку, своими, постаралась придать голосу спокойно-одобрительный тон…
— В смысле? — Яшина явно этого не ожидала. Глаза увеличились, практически отвалилась челюсть.
— Я. Не. Против. — Катя повторила раздельно, не до конца веря, что слова с ее уст срываются.
— А как же… Да он же… Да ты же…
— Вер, — Катя же разом себя окончательно в руки взяла, уверено ответила, — у нас просто в школе недоразумение случилось. Четыре года тому. С тех пор столько воды утекло. Я на него зла не держу, и он на меня тоже, думаю. Да и вы с Сашей не должны страдать из-за этого. Тем более, все в далеком прошлом. Очень далеком.
Вера долго смотрела на подругу. Скептически так. С сомнением. Видимо, чувствовала подвох, но внешних признаков не наблюдала. Катя ладно пела, но… верилось неохоче почему-то.
— Он с Филимоновой не женился там, кстати? — Катя постаралась голосу легкомысленности придать, хмыкнула вроде как добродушно.
— Женатых в свидетели не берут, — Вера же продолжала на подругу смотреть подозрительно, ответ тихим получился. Потом только головой мотнула, будто заставляя себя отбросить все сомнения, продолжила. — Я как-то пыталась в разговорах с тобой вообще его не упоминать. Думала, тебе больно еще… — Как ты права, Верка. Как права… — Но раз ты не против…
— Не против. Честно. Обещаю даже, что праздник портить вам не буду, ни дракой, ни скандалом, — Катя засмеялась нервно, Вера же только кислой улыбкой ответила.
— И он не женился, Коть. И с Филимоновой они тогда не сошлись.
— Ну и дураки, значит.
Самойлова встала со стола, бокалы в мойку отправила, бутылку в урну, воду включила, лбом к верхнему ящику прислонилась, губку вспенила, начала мыть. Усердно так, усиленно. Надо было переключиться. Непонятно, с какого перепугу у нее вся кровь к лицу прилила, но надо было справиться. И дрожь в руках успокоить. И вообще…
Вера тоже к мойке подошла, к столешнице пятой точкой прислонилась, взгляд устремила в окно, в сторону от подруги…
— Если бы я не знала, как Андрей с тобой поступил тогда, ни в жизни не поверила бы, что он на такое способен…
— И я… — Катя продолжала драить скрипящие уже бокалы, смотря в одну точку. — И я, Вер. Если бы не знала…
* * *
— Андрюх, я одобряю, красиво жить не запретишь! Но ты точно потянешь? И тачка, и квартира вот…
Саша ходил по квартире друга, в которую тот вчера только заехал, озирался, приглядывался, присвистнул, когда увидел, какой аудиосистемой Андрей обзавелся, даже позавидовал немного…
Они-то одинаково зарабатывали, но все его деньги шли на свадьбу и ремонт в их с Верой квартире. А когда Бархин смотрел на то, как Андрей живет — для себя, от жизни удовольствие получая, становилось слегка завидно. Он Веру сильно любил, очень-очень, но ведь никто не может быть лишен права сомневаться, тот ли выбор в жизни сделал? Тем более, когда вот такой образец холостой жизни перед глазами мельтешит. А теперь еще чаще мельтешить будет — уже и жилплощадью обзавелся. Значит, таки в Киеве останется.
— Будем работать больше. Глеб обещал парочку своих друзей к нам отправить, надо тендера посмотреть, может что-то годное попадется. Короче, будем смотреть по обстоятельствам.
— Ну смотри, — Саша подошел к Андрею, по плечу его похлопал, выказывая еще и так свое одобрение, — но я, в принципе, согласен у тебя перекантовываться, когда Верка выгонит, — улыбнулся, шутя… или не шутя вовсе? Это тоже еще только предстояло проверить.
— Тебе чай-кофе или чего покрепче?
Андрей вышел на кухню, чайник поставил.
— А у тебя и что покрепче уже есть? — Саша за ним проследовал, присел здесь на стул, огляделся… Хорошая квартира, опрятная, не зажита еще до состояния, когда хозяйский дух за версту чувствуется.
— Обижаешь, — Андрей хмыкнул, открыл один из верхних шкафчиков, демонстрируя «запас». Он образовался сегодня — зная, что приедет друг, Веселов метнулся в магазин. Мало ли, как разговор пойдет?
— Ладно, запомню. Но пока не надо, давай с чая начнем.
Андрей кивнул, заварил, на стол две чашки поставил, тоже сел.
— Ты по делу что-то обсудить хотел вообще или просто хоромы оценить?
— Оценить, — Саша замялся, хмыкнул, — ну и по делу тоже…
— Говори тогда. Чего тянуть?
— Это с Веркой моей связано…
— Вы поругались снова и надо придумать, как бы романтично помириться? — Андрей позволил себе подколоть друга, понимая, что тот не обидится. Пусть их дружбе не так-то много лет, но сошлись они конкретно, не на день или на два. И понимали друг друга хорошо.
— Нет, вроде бы. Но шанс был…
— Да говори уж, почему по полтора слова выдаешь?
— Сложно это, Андрюх. Ситуация такая вышла… неоднозначная. Ты же знаешь, что Верка моя в школе очень дружила с Катей… Самойловой…
Андрея будто разрядом прострелило при упоминании этого имени. Благо, за столько лет он научился себя в руках держать, реакцию не выдал, смотрел, как чаинки по коричнево-красной глади перемещаются, сталкиваются, кто на дно идет, кто всплывает…
— Конечно, знаю. Я тебе напомню, твоя Верка тогда с моей еще Катей… Самойловой… и дружила. Не надо со мной, как с травмированным, на эту тему говорить. Столько лет прошло уж. Я пережил как-то.
Почти.
— Это хорошо, Андрюх, хорошо… — жаль только, Саша не бросился тут же просьбу исполнять беспрекословно. Тон тот же остался — осторожный. — Вера ее в свидетельницы позвала, ну а я тебя — в свидетели.
Андрей хмыкнул. Положа руку на сердце, когда он соглашался на предложение Саши, прекрасно понимал, что такой риск есть. Как к этой возможности относился? Сложно сказать. И с опаской, и любопытно было. Действительно ведь столько времени прошло, а они до сих пор ни разу не встретились даже. И пусть вроде бы давно поутихло все — чувства и обиды, не был закрыт гештальт.
— И что? Когда Екатерина узнала — потребовала либо меня ликвидировать, либо свадьбу отменить? — Андрей хмыкнул, испытывая удовольствие от того, что шутка злой получилась. Не была та Катя на подобное способна. Правда она и поступить с ним так подло, как поступила, способна вроде как не была…
— Она не узнала еще. Верка только сегодня с ней поговорить собирается…
— По скайпу что ли?
— Она приехала, Андрюх.
Веселов сглотнул непроизвольно. Осознал, что они сейчас по одному городу ходят… А ведь до сих пор ее адрес в памяти всплывает. До сих пор…
— Так о чем ты со мной поговорить должен, я не понимаю пока… — постарался мысли отбросить, на главном сосредоточиться.
— Мы с Верой договорились, что если Катя откажется с тобой… ну… ты понял…
— А если я откажусь с ней… ну… ты понял? — Андрей снова хмыкнул зло. Почему-то в голове живо рисовалось, как Катя истерику на этот счет устраивает. Хотя, казалось бы, не было такого никогда на его памяти…
— Друг, ну они женщины, ты же понимаешь… Я вообще к этой свадьбе холоден совершенно. И ты тоже, а она мне все мозги выест, что из-за нас ее лучшая подруга…
— Ладно, не заводись ты, я понял. Мне пофиг, — Андрей сказал, осознал, что грубовато звучит, исправиться попытался. — То есть я рад, что ты меня в свидетели позвал, но я не обижусь. Если хотите — могу вообще не являться… и из города свалить до нужной даты… На всякий случай, чтобы Котеночку вашему спокойно жилось…
— Ну ты не перегибай уж, Веселов. Это ж и моя свадьба, в конце концов. А ты что так, что так мой лучший друг. Просто бабы…
— Забей, Сань. Я все понял. Ждем вердикт…
Саша кивнул, на кухне молчание повисло. Напряженное такое… Неприятное…
— Может по пиву хотя бы? — Андрей спросил, Саша кивнул.
Надо было тему сменить, и направление мыслей тоже…
Андрей поставил рядом с чайными чашками по банке светлого, холодного, орешки на тарелку высыпал, снова сел…
Вот только что-то пить не хотелось. Саше тоже, видать…
— Думаешь, она до сих пор на меня злится… непонятно за что?
— А ты на нее?
— А мне есть, за что злиться, Бархин. Я тебе напомню, это она меня бросила на выпускном, да с Разумовским укатила. Ты же сам слышал, что он потом трепал…
— Он и до трепал, Андрюх. И кому как не нам знать, чего его треп стоит…
— Но она же уехала…
— Уехала…
Саше нечем было крыть. В той истории так никто и не разобрался толком. Катя была смертельно на что-то обижена, Андрей тоже. Саша с Верой так полноценно и не обсудили это ни разу, просто каждый свою сторону занял и пытался помочь, как мог, другу, а что там реально произошло, кто прав, кто виноват был — неясно. Да и неактуально уже вроде бы… Было, во всяком случае.
— А свидетелям же не надо общаться, правда?
— Понятия не имею… не интересовался никогда.
— Ладно, сам поинтересують тогда. Ну мы не поубиваем друг друга, конечно. Столько лет прошло, у каждого жизнь своя давно. Но, боюсь, осадочек-то остался, может вылезти.
Саша хмыкнул… «Осадочек»…
Он отлично помнил, как Андрей после выпускного себя вел. Не буянил, выяснять не пытался, просто замкнулся, да так до сих пор и не открылся окончательно. Саша больше не слышал и не видел, чтобы Веселов еще хоть на одну девушку так смотрел, как на Катю Самойлову из одиннадцатого «А».
— Если что, мы с Веркой вас растащим, не боись, друг, — Бархин решил пошутить, подмигнул Веселову, отсалютовал пивной банкой, глоток сделал, Андрей за ним повторил, а потом… разговор в другую степь ушел. И оба были этому очень рады.
* * *
— Тебя точно провожать не надо? — через час с небольшим Вера засуетилась — пусть сидеть с подругой, говорить обо всем на свете по душам было хорошо, график никто не отменял, а дела не ждали.
Катя проводила Яшину до двери, поцеловала на прощание, обняла, поблагодарила за оказанное доверие и пообещала его оправдать, рвалась вниз спуститься, но подруга все отмахивалась.
— Ты дольше одеваться будешь, Коть, а я быстренько спущусь, тут до метро пять минут, картой пользоваться умею, справимся, — Вера улыбнулась, сжала напоследок ее руку в своей. Эх… Котя-Котя… После разговора о Веселове уже с полчаса прошло, а она по-прежнему не отошла. Погрустнела, приуныла… Вере стыдно было, что она стала причиной расстройства подруги, но что тут поделать? Сашка уперся, она тоже…
— Ну ладно, иди тогда… А с понедельника начинаем рейд по салонам.
— Заметано.
Подруги попрощались, Катя дверь закрыла, Вера к лифту подошла, вызвала… Слышала, что этажом ниже тоже дверь открылась, голоса мужские… Немного знакомыми показались, но девушка быстро отмахнулась. Какая разница? Откуда тут знакомым взяться? А даже если и знакомый кто — она выяснять не пойдет, опаздывает уже немного.
Лифт подъехал, Яшина в него зашла, нажала на первый…
С раздражением отметила, что он дернулся и сразу остановился (только и успел спуститься с десятого на девятый), дверь открылась, а там…
— Я не понял… — Санька. Собственной персоной. — Я не понял, Яшина. Ты почему это по чужим лифтам шаришься?
Стоял на лестничной площадке, смотрел на нее с прищуром, вопрос задал раздраженным голосом…
Если бы Вера чисто инстинктивно его за футболку в кабину не потянула бы — так и остался стоять, а она вниз спустилась, офигевая…
— Я у Кати вообще-то была, балда, а вот что ты тут делаешь — это уже интересно! — пока Саша соображал, как реагировать на то, что к нему была применена грубая физическая, в наступление пошла уже Яшина.
— Ану дыхни, родная, дыхни-дыхни… — Естественно, девушка тут же дыхание задержала. — С утра, значит? Пьем, значит? А с кем это мы с утра пьем, значит?
— Ты дурак совсем? — долго с задержанным дыханием Вера не выдержала, возмутилась. — Я тебе сказала — у меня подруга прилетела, в гости позвала, я приехала. Мы шампанское пили. Имеем право? Имеем. Вопрос снят? Снят. А теперь отвечай на мой: ты тут с какого перепугу, зайка? Ты либо говоришь, либо мы вместе поднимаемся на девятый и я начинаю каждую квартиру инспектировать на предмет любовниц…
Бархин глянул на невесту удивленно… в голове медленно как-то складывалось все. И вряд ли дело в недопитой бутылке пива, которая у Андрюхи осталась… Андрюха… Черт…
— Я у Андрея был. Он квартиру тут снял. На девятом.
Вера тоже застыла. Лифт остановился, двери разъехались. Первый. Вот только…
— А Катя на десятом…
Парень с девушкой переглянулись, все понимая, но понятия не имея, что с этим делать…
— Надо сказать ей, — Яшина потянулась к кнопке с цифрой десять, но жених не дал нажать — перехватил. — Ты чего?
— Не надо, Вер. Не надо нам в это лезть. Мы столько лет не лезли, и сейчас не нашего ума дело. Все равно рано или поздно встретятся, но пусть сами.
Вера сомневалась. Это видно было. Саша и сам не уверен был, что его решение правильно, но… Невеста сделала решительный шаг из кабины, и мужа будущего за собой потянула.
— Котя сказала, что не против, чтобы Андрей свидетелем был. Может это и к лучшему даже. Чаще видеться будут — быстрее привыкнут, а то она до сих пор… — Вера глянула на Сашу обижено. Будто он собой Андрея символизировал, а она — Катю.
Вот поэтому они и решили когда-то тему эту не трогать. Потому что те отношения уже разрушились и проецировать на свои ой как не хотелось.
— Андрей тоже… до сих пор.
Пара в унисон вздохнула тяжело, выходя из подъезда за руку. Девушка нервный смешок испустила, Бархин глянул на нее с опаской.
— Чего смеешься?
— Когда Катя узнает, что твой дружок под ней живет — затопит. Я б затопила…
— Мстительные вы… бабы…
— Есть за что, знаешь ли…
Саша не ответил (это был путь в никуда, причем даже не их путь), только сильнее руку своей любимой девушки сжал, понимая, что нечего ему Андрюхе завидовать.
Ему сложно, а будет еще сложнее, кажется. Причем совсем скоро.