Глава 26

— Сегодня опять в отдел поедем? — поинтересовался Вова, когда Кристина уселась на переднее пассажирское сиденье.

— Да, сегодня четверг, Ирина Станиславовна по слухам завтра больничный закрывает, так что пары будут по расписанию, съездить больше не получится.

— Ты бы уже сказала Павлу Олеговичу, а то ходим все по краю пропасти.

— Ты и без меня по ней ходишь, судя по мужу Вики. Думаешь он не догадывается, кто за его спиной имеет его жену?

— Я думаю как решить вопрос с Викой, она очень его боится, — сжал руки на руле Вова.

— Можно же уехать куда-нибудь, или отца попросить, ты же знаешь он не откажет, не такая уж и важная шишка этот Суханов.

— Ну да, один из заместителей мэра, а так совсем ничего, прыщ на заднице.

— У вас с Викой серьезно? — робко поинтересовалась Кристина.

— В том — то и дело, что серьезно.

Кристина положила свою ладонь на его и слегка сжала в знак молчаливой поддержки.

Кристина вышла из машины первая и не глядя по сторонам отправилась прямиком в отдел. Вова отправился следом. У дверей в кабинет Любимова остановились.

— Я тебе сообщение напишу, как домой поедем, до конца рабочего дня ещё два часа, — выдала план действий Кристина.

— Хорошо, без меня в этот раз никуда не уезжай, а то опять умчишься с опергруппой на труп, ищи тебя потом.

— Заметано, — отсалютовала Ящерова и толкнула дверь в кабинет.

Роман был в кабинете один, сидел за рабочим столом, читая какие-то бумаги, весь такой серьезный. Лицо сделал, как будто ему не тридцать, а все сорок лет. Кристина постояла у двери две минуты, ожидая, когда он обратит на нее внимание, но Роман головы от бумаг так и не поднял. Прошла к его столу и села на стул для посетителей, тоже молча, сложив руки на коленях.

Роман не поднимая головы протянул ей бумаги, которые внимательно изучал. Пока Кристина непонимающе притянула к себе бумаги и начала изучать их содержимое, Роман встал и отошёл к окну, глядя на улицу. Говорить стал сухим голосом робота, лишённого эмоций:

— Это Седов Виталий Эдуардович, по кличке Седой. В прошлом — один из известных людей нашего города, — начал делать пояснения к фотографиям. Занимался торговлей наркотиками и оружием, был связан с группировкой так называемых южных. Начинал свою деятельность ещё в девяностых и по слухам имел много тёрок с Ящеровым Олегом, по прозвищу Ящер. Чтобы отвоевать себе власть Ящера крупно подставил, отправив в тюрьму, и тот заимел на него конкретный зуб. Позже они ещё не раз сталкивались, в частности Седов похитил Климову Марию Игоревну, ныне Ящерову. Держал ее в подвале, требуя от Ящера переписать на него имущество. Ящеров делать этого не стал, каким-то образом освободив Климову.

Роман ненадолго замолчал и продолжил, собравшись с мыслями:

— Старший Ящеров уехал жить за кордон и своеобразное противостояние между ними утихло. Седов находился в разботке спецлужб, его обложили со всех сторон. В его ближайшем окружении работал внедренный сотрудник. Все двигалось к тому, что его закроют. Но вмешался случай. Последний конфликт между Ящеровыми и Седовым произошёл, когда младший сын — Алексей Ящеров влюбился в Седову Полину Эдуардовну. Алексей Полину у Седова из — под носа умыкнул, потому как тот обещал ее выдать замуж за одного из своих подельников. Алексей с Полиной уехали, Седов их активно искал, наведывался домой к Павлу Ящерову, матери Алексея. Противостояние обострилось. Вопрос с Седовым нужно было решать, Полину Алексею он бы не простил, даже если бы попал за решетку, поэтому отец и сын Ящеровы наняли киллера, одного из самых дорогих, финансы позволяют. Седов был застрелен из снайперской винтовки, у Ящеровых стопроцентное алиби, они в это время летели в другой город, вытаскивать Алексея из лап подельников Седова.

Роман передохнул и продолжил:

— Ящеровым была выгодна смерть Седова, но так как тот находился в разработке спецслужб, дело по его убийству забрали большие чины и по — тихому прикрыли, связи — то Ящеровых позволяют. Но видно кому-то ещё дорогу перешла чудесная семейка, раз человек не поленился и собрал такую доказательную базу. Это готовое уголовное дело. Если ему дать ход, то Ящеровы отправятся в места не столь отдаленные.

Роман замолчал, по — прежнему глядя в окно. Стоял с прямой напряжённой спиной.

— Ты это хранил два года, чтобы сейчас мне продемонстрировать? Зачем? — тихо спросила Полина.

Бумаги она отложила на стол, не видя смысла в их дальнейшем изучении. Руки сложила на колени. Голову опустила вниз.

— Нет, — усмехнулся Роман, — это мне сегодня любезно доставили с курьером.

— Ясно, — сухим, лишенным эмоций голосом сказала Кристина и встала, намереваясь покинуть кабинет.

Сделать этого она не успела, дверь распахнулась, ударившись о стену. В нее не вошёл, влетел отец. Судя по его состоянию, находился он в гневе, ноздри раздувались и из них разве что пар не валил. В руках сжимал какие-то бумаги.

Быстро двинулся в сторону Любимова, не обращая внимания на застывшую столбом кристину.

— Что, капитан, нагадил мне? — прорычал в лицо Романа, — не мог пережить, что не удалось дело на меня завести, так решил через дочь насолить. Она девчонка же, перед тобой ни в чем не виновата. По — мужски разобраться не смог, как подонок поступил.

Роман оскорблений в свой адрес не стерпел, схватил Павла за грудки:

— Да что ты несешь, я и без нее тебя закопать смогу, на любуйся, дело готовое, — потряс перед Павлом, бумагами со стола.

— Да подотрись ты своим делом, — отмахнулся от него Павел.

— У меня своя такая красота есть — вручил ему фотографии, на которых Роман и Кристина стояли обнявшись в свете фонаря.

Остальные Роман просматривать не стал, приблизительно представляя их содержимое.

— Следите, Павел Олегович? — спросил ехидно.

Павел отвечать не стал, двинул Роману с размаха в челюсть. Роман увернуться или поставить защиту не успел, но быстро пришел в себя и хотел наградить Павла ответным ударом. Но там, где Роман драться учился, Павел — преподавал. Кабинет был небольшим, столы завалены бумагами. Двое мужчин, наносили друг другу удары, задевая лежащие вокруг бумаги, которые валились на стол. В разные стороны разлетались стулья, скрипели, сдвигаемые под весом тел столы.

У Романа припухла скула, сочилась кровь из разбитой губы. Павлу тоже досталось, над глазом образовалось небольшое рассечение. Костяшки у обоих мужчин были сбиты и кровли. Кабинет превратился в место побоища. Неизвестно сколько они его разносили бы дальше, но вломился Володя, за спиной которого маячила темноволосая девушка. Вова оценил диспозицию, примерно представляя из-за чего весь сыр бор, профессионально разнял дерущихся, не причинив им вреда. Несколько минут Павел и Роман злобно сверлили друг друга взглядами, посылая их сквозь немаленькую тушу Володи. Павел, как старший и более опытный пришёл в себя первым. Вдохнул пару раз и выдохнул, слегка морщась от боли, достал капитан пару раз по ребрам, затем обвел глазами кабинет и остановился на Володе:

— Кристина где? — задал самый главный вопрос.

Вова на секунду растерялся, но тоже овладел собой достаточно быстро:

— Здесь в кабинете была, вы не встретились?

— То, что она в кабинете была наедине с этим я в курсе, куда она потом делась?

— Так я не видел, — развел руками Вова.

— Ты обалдел? — взревел Павел, — ты к ней приставлен, чтобы охранять, она шагу без твоего ведома ступать не должна, а ты девок по углам зажимаешь.

Володя очень хотел возразить, что Вика не девка, но счёл за благо промолчать, начальник прав, он недобросовестно выполнил свою работу и теперь кто знает, где его объект. С учётом произошедшего в кабинете, она может быть где угодно.

— Следилку запускай, ищи ее местоположение, — приказал Ящеров, начиная нервничать.