Глава 7

Жаль долго это мгновение продлиться не могло. Мужчина тут же растерял всю свою мягкость, подхватил меня на руки и с суровым лицом потащил в палату, где с хмурым лицом уложил в капсулу и начал обследовать. К концу проверки, когда Таргус облегчённо выдохнул, в палате появились взлохмаченные нервные мужья с помятыми лицами. Словно всю ночь не спали, а только теребили себе волосы и меряли расстояние от углов к углам в покоях.

Хтур смотрел на них со снисходительно поднятой бровью, прям, как на неразумных детей. В его взгляде так и читалось «они точно взрослые мужчины?». Уловив направленность моих мыслей, кандар насмешливо и согласно хмыкнул.

— Сава, как ты? — спросил Эрилдан, награждая шестирукого защитника хмурым взглядом.

— Всё хорошо, — мягко улыбнулась ему я. — Верно? — и посмотрела на эйгарита.

— Да, все системы функционируют в положенном им ритме, — серьёзно кивнул доктор. — Но я бы пока воздержался от лишнего напряжения, любого вида силового воздействия, а так же от, — серьёзный взгляд на Рорика, — дополнительной потери крови. Но желательно больше употреблять в пищу животное мясо, некоторые виды рыб, овощей и фруктов, список которых я уже отправил поварам, а так же чаще бывать на свежем воздухе, — не знаю, как остальные, но я заметила, как его плотно сжатые губы растянулись в мягкую улыбку.

— Рик, Эрил, — обратилась я к старшим мужьям, снова пробегаясь по ним взглядом, — вы хоть спали?

— Прости, Сава, — вздохнул илган, подходя ближе, беря меня за руку и целуя каждый пальчик, — мы слишком сильно за тебя волновались.

— Это вы простите меня, — усмехнулась не очень весело, — из-за меня вы совершенно не успеваете нормально отдохнуть. Со мной вечно что-то происходит, а страдаете в основном вы.

— Милая, — склонился ко мне мой эльф, — для нас нет большего счастья, чем просто быть с тобой. И, в какой-то степени, всё происходящее даже приятно, ведь у нас есть ты и твоя любовь, остальное мы переборем и осилим.

— Верно, — согласился с ним Рорик. — Всё вокруг ничто, пока ты с нами, — но вся мягкость исчезла из его голоса и с лица, когда он обратился к лекарю. — Что было с нашей женой?

И такое отношение мне не понравилось.

— Рорик! Эрилдан! — перебила я только открывшего рот эйгарита и обратила всё внимание мужчин на себя. — Я хочу, чтобы вы поладили с Таргусом. И с Хтуром тоже, — уже не так грозно прозвучал мой голос, угасающий под смущением от удивлённых и непонимающих взглядов Старших мужей. Но они всё равно должны всё узнать, в любом случае, и лучше сейчас и от меня. — Я знаю, что это прозвучит неожиданно для вас, но… Таргус и Хтур теперь тоже мои мужья, и я не хотела бы, чтобы вы ссорились, ругались и вообще имели что-то против друг друга. Каждый из вас мне дорог, каждого из вас я чувствую, как своего мужчину, пусть для меня это и странно, необычно и очень смущает, — совсем залилась я краской. В жизни бы не поверила, что вообще смогу и буду о таком говорить.

— Му…жья? — поражённо выдохнул Эрилдан.

Удивительно, но в шоке не был только эйгарит. А вот услышанное, стало откровением не только для Старших мужей, но и для кандара. Воин быстро вышел из ступора, подошёл почти в плотную к нам, пусть и остановился в паре шагов, и очень ломано произнёс:

— Вы увъэрьен, молод гзпажа? Мы счас и взегда ваш спруг?

Благо говорил он медленно, стараясь проговорить правильно каждое слово, пусть в итоге всё равно исковеркал. Но ему простительно, ведь даже эти предложения были для него сложны в пору почти полного незнания общегалактического языка. Чуть поморщившись от услышанного, Таргус отошёл к столу в углу комнаты, что-то достал из одного ящика и, вернувшись к нам, протянул Хтуру. Это оказалась железная липучка для виска и какая-то таблетка.

— Да, Хтур. Пусть тебе и пришлось сделать ргуш, — медленно говорила я, тоже выделяя каждое слово для полного понимания, — но я, как и сказала ранее, чувствую тебя, как своего мужчину, так что, не буду против видеть тебя своим полноправным мужем. Если тебя это не устроит, я не буду делать тебя мужем против твоей воли. Мне не нужны рабы, я вообще рабства не приемлю.

И в палате повисла тишина. Мужчины ждали ответа кандара, тот усиленно думал с очень серьёзным выражением лица. А я мысленно паниковала, отчего-то только сейчас задавшись вопросом: «а он хоть слово понял из сказанного мной?». И воин удивительным образом снова почувствовал меня и мои мысли. Опустился на одно колено, опустил голову и удивительно число, по сравнению с предыдущим разом, ответил:

— Для меня нет большей радости, чем быть со своей женщиной. Быть твоей опорой, твоей силой, твоим мечом для врагов, твоим щитом от угроз и бед — лучшая награда Богов для меня.

Моя растерянность не укрылась ни от кого, но отвечать взялся мой невероятный лекарь:

— Я установил ему специальное когнитивное устройство, позволяющее говорить на общегалактическом без каких-либо барьеров.

— Удивительно, — выдохнула я, но постаралась прийти в себя, чтобы ответить всё ещё не шевелящемуся мужу. — Я принимаю тебя, Хтур, и тебя, Таргус, — и его добавила, раз не успела в прошлый раз, — как своих мужей, как моих мужчин, как отцов наших детей.

В планшете поражённого эйгарита что-то пикнуло, приводя его в чувства и заставляя заглянуть в девайс. Оказалось, от сказанного мой пульс подскочил слишком быстро и сильно, а так же произошла полная привязка, пополнив ряды уже имеющихся. И мне теперь нужен отдых — пусть физически особо изменений в себе и не почувствовала, — а ещё лучше сначала позавтракать в кругу мужей, и потом уже отдохнуть.

Приём пищи исполнили мы быстро и тут же в кабинете за столом эйгарита, вытащенным на середину. Завтрак не был плотным, но весьма сытным и полезным для меня, если верить словам моего лекаря. К концу правда в палату заглянула неожиданная гостья — Актасия, заставляя меня неосознанно напрячься. Всё-таки она как была, так и остаётся той, кому служит мой Четвёртый муж.

— Сава! — подлетела ко мне женщина и заключила в объятья. — Мне доложили обо всём случившемся только сейчас! — и грозный взгляд в сторону Таргуса, спокойно попивающего свой травяной отвар. Откуда в нём эта особенность выглядеть спокойной льдышкой именно в тот момент, когда нужно безудержно паниковать или буйствовать? — Как ты? — схватила она меня за руку и стала вглядываться в лицо. — Надеюсь, тебе уже лучше? Таргус один из лучших лекарей, ты можешь в этом не сомневаться! Вроде румянец здоровый, глаза блестят, руки тёплые, — бормотала королева, внимательно меня осматривая и ощупывая.

— Не стоит волноваться, Актасия, — мягко улыбнулась я ей, — я уже в полном порядке. Как ты и сказала, Таргус лучший лекарь, и я в нём не сомневаюсь, — вот же, чего я опять краснею. Женщина тут же подозрительно сощурила глаза, потом посмотрела на то, как мы все, в том числе и Хтур, расположились за столом, и как-то неуверенно спросила:

— Сава, я чего-то не знаю?

— Прости, этого ещё никто не знает, кроме нас, — я и сама посмотрела на мужчин, а потом вернула ей смущённый взгляд. — Ты будешь первая. Я приняла ещё двоих мужчин в свои мужья.

— Ещё двоих? — моргнула озадаченно королева. — Кого? — а потом её идеальные брови взлетели на середину лба. — Таргуса и Хтура? Сава, милая, ты серьёзно? — прозвучало так ошарашено, да и Актасия резко покачнулась. Пришлось кандару быстро подтолкнуть под её оседающую попу свой стул, т. к. он был ближайшим.

— Да, я серьёзна в своих словах и намерениях, — кивнула я. — Даже в отношении кандара, — поймала её неуверенный взгляд на воине. — Уж ты-то должна знать, что такое Связь.

— Связь? — вот тут королева уже пришла в себя, словно получила пощёчину. — Тогда это много объясняет, — успокоилась и даже счастливо улыбнулась, но не мне, а Таргусу. Что за? — Я рада за тебя, мой друг. И могу от себя пожелать только искреннего счастья, — и взгляд такой неуверенный, словно она чего-то опасается. Кажется, я чего-то не понимаю.

— Благодарю, Ваше Величество, — чуть склонил голову мой муж в ответ. — Для меня нет большего счастья, чем быть мужем свой лийфии.

— Вот как, — облегчённо выдохнула женщина. Ого, она волновалась, что я против воли его себе забрала? Кажется, Актасия действительно считала его просто другом. — Тогда я могу быть спокойна. Что ж, Сава, думаю, тебе пока лучше отдохнуть под присмотром своего лекаря, а я навещу тебя чуточку позже, — подмигнула мне королева, — и потом мы, надеюсь, поговорим наедине, — и убежала, даже не услышав мой ответ.

— А теперь я хочу знать, что это только что было? — неуверенно спросила я всех и никого одновременно. И Четвёртый муж понял, что имелось в виду.

— Мы с Её Величеством Актасией знакомы с детства, — начал он. — Мой отец был дипломатом и пытался наладить связи между нашими империями, и часто проводил здесь время, поэтому брал с собой меня. Я был очень дружен с герцогом Акрусом — старшим братом королевы, которая почти всё время была либо с нами, либо с матерью. И я рад, что у меня есть такие друзья, ведь после изгнания мне было некуда идти.

— Изгнания? — кружка дрогнула в ослабевшей руке, так что, пришлось её поставить на стол от греха подальше.

— Это произошло после Суарского восстания? — уточнил Рорик.

— Верно, — согласился Таргус. — Всех, кто хоть как-то был связан с предыдущим правительством и его взглядами, в лучшем случае изгнали.

И сказано было таким тихим, тяжёлым голосом, всё моё тело покрылось мурашками от холода, казалось, заполнившего собой всю комнату. Но добраться до сердца колючему морозу не дал нежно-тёплый цветок, распустившийся в груди. И он так явно напомнил мне о моём странном состоянии и об Эйли, что удержаться от вопроса было сложно — может и других отвлеку:

— Таргус, а что было со мной? Почему я перестала понимать всех? — и заслужила его мягкий благодарный взгляд.

— Последствия после позавчерашнего энерговыброса. Внешне и на физическом проявлений не было, пока внутри процесс продолжался, но на тело всё равно подействовало. Ничего непоправимого, — резко добавил мужчина, заметив, как напряглись остальные мужья. — Но некоторые настройки восприятия, установленные Корпусом Наблюдателей, вышли временно из строя.

— Сава с кем-то общалась, пока не понимала нас, — спустя небольшую паузу отозвался Хтур. — Я не слышал с кем, не слышал слов, но мог уловить мыслительные потоки, как при общении.

— О, — по моим губам расползлась почти счастливая улыбка. — Я общалась с малышкой по имени Эйли. Она была одна и напугана, поэтому я как-то пыталась её успокоить.

— И что говорила Эйли? — осторожно поинтересовался Эрилдан.

— Что не хочет быть одна. Но её отец запретил ей с нами говорить, сказав, что пока рано, но малышка не хочет быть одна. И, кстати, это я назвала её Эйли, ведь у девочки не было имени.

— Где сейчас ребёнок? — Рорик сложил руки на столе в замок.

— Не знаю. Я как-то не спросила, да и она не сказала. Я только успела узнать, что у неё есть отец, который любит со мной говорить и очень хочет этого снова, а так же дать ей имя… — Боже, а ведь она, перед тем, как я уснула, назвала меня мамой!

— Сава? — позвал Рор, вырывая меня из мыслей. Но сердце всё равно мягко пело, а на душе было тепло от того, что:

— Она назвала меня мамой.

Мужья, кроме Таргуса, мгновенно напряглись. Но мой доктор тут же сказал:

— Сава не беременна.

— Тогда, — осторожно начал Эрил, пытаясь подобрать слова.

— Сейчас я пока физически не могу, — мои щёки опалило жаром.

— Это из-за процесс, что сейчас проходит в твоём организме? — поинтересовался эйгарит.

— Да, — кивнула, соглашаясь. — Он как бы показывает, что я готова иметь детей, но в данный момент, а точнее в предыдущие дни зачатия не произошло.

— Как я и предполагал, — задумчиво выдал мой лекарь, чуть хмуря брови.

— Откуда тогда та малышка? — не понял Рорик. — Может это дитя кого-то из дворца, способное на телепатический зов?

— Во время проверки ничто на Саву не воздействовало извне, — тут же опроверг его идею Таргус.

В голове тут же мелькнула мысль, что я поспешила озвучить:

— А изнутри? — и получила непонимающий взгляд всех мужчин. — Раз зов не шёл снаружи, то мог он идти изнутри? И не от тела… от… души, — уверенность совсем пропала из голоса.

— Такое вполне возможно, — но Четвёртый муж вполне серьёзно стал рассматривать такую версию. — Энергия, так сильно на тебя повлиявшая, исходила именно изнутри твоего тела. Её источник как-то связан с душой. Но дитя в душе? — и будто стал что-то вспоминать. — Сава, — поднял он на меня свои удивительные глаза, — были ли рядом с тобой ещё мужчины других рас, кроме тех, что встречала до прилёта в это королевство и уже здесь?

— Наблюдатель? — опередил мои мысли Рорик. — Он из расы шеган.

— Шеган? — удивился Таргус, а потом сорвался с места и побежал к одному из шкафов. Там он выудил очередной странный диск, вернулся к столу, а потом приложил железку к моей груди и стал ждать. Все мужчины чего-то ждали. И вот металл нагрелся и еле заметно завибрировал. — Удивительно, — выдохнул лекарь. — Я лишь читал о таком в древних источниках, но никогда не думал, что сам стану этому свидетелем.

— Это опасно? — низкий голос Хтура в напряжённой атмосфере, заставил меня дрогнуть, а аппарат засветиться на мгновение, чтобы тут же быть отброшенным обжёгшимся об него эйгаритом.

Только муж был так сильно увлечён своим открытием, что делал всё на автомате: доставал новые приборы, измерял — даже кровь и слюну несколько раз взял, — сопоставлял, обдумывал. Пришлось мне брать его за руки и приводить в чувства, а то от ожидания остальные начинают слишком уж нервничать: кандар сломал приборы в руках, у Эрилдана в руках лопнул стакан, а Рорик того и гляди вот-вот кинется и покусает «золотого эльфа».

— Удивительно, — выдохнул мой доктор, опускаясь передо мной на колени. Мужчина не отбирал своих рук у меня, а его взгляд смотрел точно в центр груди. — Если я прав, то ничего опасного нет, — наконец опомнился он, успокаивающе перехватывая уже мои руки в свои и поглаживая их. — А я ошибиться не могу.

— Что со мной? — мягко спросила моего впечатлительного мужа. Да, не такой он холодный, каким старался показаться в самом начале нашего «знакомства». И я даже рада этому.

— Когда-то очень давно, когда не были рождены многие расы, а другие едва переступили первую стадию развития, тьму пространства бороздили корабли невероятно сильной расы. Они были нейтральны ко всему, лишь наблюдали, исследовали, помогали, если видели в этом нужду. Несли Свет, во всех смыслах. Их звали Ашти. Они те, кто когда-то создал Первых из расы шеган и передал им все свои знания, прежде чем скрыться в далёких мирах на краю Вселенной. Больше никто и никогда их не встречал. А сейчас… — Таргус замолчал на пару минут, он даже и не поднимался с колен, не менял положение своего тела, пока вёл рассказ. — Внутри тебя, Сава, в самой твоей душе, твой сети, я увидел то, считается мифом, сказкой, домыслами искателей наследия Ашти. Увидел, почему Наблюдатели, а именно шеганы так заботятся о вашей расе, почему вообще никто никогда не знал о вас раньше, — сказал и положил руку мне на грудь у сердца, где тут же отозвалось теплом. — Наследие Ашти здесь. Их семя Света. Именно оно пробудилось от твоей силы, оно говорило с тобой, ему ты дала имя, Сава.

— Эйли, — выдохнула ошарашенная я, опуская глаза на руку мужа. — Если она часть меня, то почему же зовёт Сорваса отцом?

— Шеганы — самая близкая к Ашти раса. Видимо, почувствовав его и привязав к себе энергию его начала, Зерно начало расти, набираться сил, а с пробуждением твоей силы, пробудилось ото сна и оно, — было мне ответом.

В повисшей тишине я могла только глупо хлопать глазами и пытаться почувствовать себе всё то, о чём говорил Четвёртый муж. Но ничего, кроме комочка тепла у сердца, не было.

Мда, вот так живёшь себе, ничего не подозреваешь, и раз — ты беременна! И как? Душой! Ни в одном сне, ни в одной самой невозможной фантазией такого нарочно не придумаешь. Но это так. Всё во мне утверждает так, значит, иного и быть не может. И если малышка растёт во мне, я постараюсь сделать так, чтобы ей ничего не грозило. Только вот…

— Чтобы Эйли и дальше расти, развиваться, нужен ли её отец? Его энергия? — мой вопрос заставил задуматься и остальным.

— Где Сорвас? Почему он не с тобой? — хмуро поинтересовался Хтур. — Жену нельзя оставлять одну, когда она в ожидании. Это опасно и для неё, и для ребёнка.

— У кандар — да, — согласился с ним Таргус, — но у шеган.

— Как мы успели понять, в районе станции «Тарван», где проходил Выбор, возможно военное столкновение, — взял слово Эрилдан, пока Рорик подходил ко мне, чтобы подхватить на руки, усесться на мой стул и усладить меня к себе на колени. Он был так напряжён. Ему объятья были необходимы, да и не собиралась я никого из них лишать своего тепла. — И противник может быть не связан с усложнившейся ситуацией между государствами-участниками. А может быть даже хуже.

— Хуже, — дрогнула я. — Думаю, настоящий противник Наблюдателей куда ужасней. И может быть, именно его я почувствовала у арены, от него меня укрыл Хтур.

— Логично, — согласился со мной лекарь. — И это делает ситуацию куда серьёзнее. Наблюдателям почти и дела бы не было, будь это простые распри государств, они просто направили дело так, чтобы не допустить войн. Как всегда делали до этого. Но в этот раз… Зато, теперь понятно, почему Ашти и их носительниц так скоро попытались спрятать, оставаясь у врага на виду для отвода глаз. Думаю, если Сорвас так поступил, значит уверен, что с малышкой и её мамой всё будет в порядке.

— Но знал ли он, что ребёнок пробудиться раньше времени? — задал резонный вопрос Рорик.

— Этого мы не узнаем, пока снова не встретимся с ним, — ответил Эрил. — А пока мы должны заботиться о нашей жене куда интенсивнее, — и подарил мне нежную улыбку, а у самого в глазах немного посыл куда более жаркий. Эх…

— Простите, — опустила глаза я, — но пока у меня идут… в общем, пока у меня идёт кровь, я не могу с вами… ну, это… — резко накатившее смущение заставило утихнуть и голос с решимостью.

— Поверь, — жарко шепнул мне не ухо Рик, — мы найдём способ подарить тебе себя и не пользуясь… сексом, так, кажется, ты назвала момент Единение.

И из его уст «секс» звучал ещё более порочно, чем я могла бы представить. А в окружении остальных мужей значение фразы Второго мужа приобретала куда более чувственный посыл, сопротивляться которому ни сил, ни желания не было.

— Но пока что, — немного обломал нас Таргус, — Саве нужен отдых, свежий воздух, правильное питание и спокойный сон.

Как всё-таки приятно иметь врача в семье, — подумала я, решая добавить ли сарказма или оставить благоговейные нотки, пока что в своей голове.

Пока убиралось место нашего обеда под внимательным надзором Таргуса — всё-таки хозяин кабинета, вдруг что заденут или разобьют из важных приборов, — я гуляла в обществе других мужей по саду. Ну, как гуляла. Меня, словно знамя передавали с одних рук в другие, почти не позволяя самой ходить. Дольше всех меня мог носить Хтур, как физически более выносливый. Рорик и Эрилдан, как только я попадала к ним в руки, восполняли такую «потерю» поглаживаниями, поцелуями, жаркими шёпотками, которые себе воин не позволял.

Он вообще ничего себе не позволял. Просто брал на руки или усаживал на них поудобнее и грел в своих сильных руках, словно печка. Но грел не тело, а душу и разум, мягко обволакивая собой, даруя спокойствие и чувство безопасности. Особенно это понадобилось, когда Старших мужей срочно вызвали по делам.

Те, подарив успокаивающие улыбки и глубокие сладкие поцелуи, пообещали наверстать упущенное время и умчались исполнять свой долг перед подданными. Я же своё беспокойство и лёгкое расстройство старалась не показывать. Как бы сильно мне не хотелось, чтобы они остались со мной, от этого их обязанностей, как принцев, меньше не станет. А быть эгоисткой нельзя.

Только мой гладиатор всё прекрасно почувствовал. Но ничего не сказал. Лишь сильнее прижал меня к себе и принялся успокаивать душу. А когда понял, что такое не прокатывает в данной ситуации, наконец, заговорил:

— Тебе не зачем переживать. Уже через пару часов они вернуться, — и стал словно прислушиваться к чему-то.

— Что там происходит? — мне стало любопытно, стоило мужу нахмуриться.

— Прибыл жених Её Величества, — было мне ответом.

А ведь точно! Актасия, когда мы только встретились, говорила, что скоро должен будет к ней прилететь жених. Он илган, а значит, подчинённый Рорика — ясно теперь, почему его позвали. Но Эрил… Его позвали как представителя правящей династии его расы, что в хороших отношениях с туарами?

— Как только официальная часть закончиться, они вернутся, — добавил Хтур и как-то неуверенно склонился ближе лицом к моему. Хочет поцеловать, но не уверен, что захочу я? Что ж, я не против этого, поэтому сама положила ладошки ему на щёки, чуть огладила, а потом прижалась поцелуем.

Было ли это похоже на то, как проходило с другими мужьями? Нет. Там меня медленно поедали, разжигали, игрались. Здесь же всё вышло иначе. Мужчина сначала позволял всё делать самой, пока в какой-то момент, почувствовав мою обеспокоенность — он ведь никак не реагировал на поцелуй, вот я и заволновалась, что делаю что-то не то и не так, вдруг он не поцеловать хотел, — резко перешёл в наступление.

Одна из рук легла мне на затылок, её пара на шею и чуть на нижние скулы. Я даже подумала, что это чтобы приласкать. Но нет, это было для того, чтобы удержать меня. Ведь секунда и мягкое качание губ перешло в глубокое, слегка грубое и ужасно ненасытное завоевание. Такое дерзкое и решительное, что всё моё тело, ошарашенное многоуровневому напору — меня ласкали, сжигали и поедали ещё и ментально, — просто начало полыхать изнутри.

Я буквально плавилась под таким воздействием. И нисколечко бы не удивилась, окажись сейчас на кровати, придавленная этим мощным телом воина, показывающего, что значит словно «завоеватель». Мой бастион рухнул бы, особо и не сопротивляясь, наплевав на своё природное состояние.

Поэтому не сразу заметила, что «игривый» настрой Хтура изменился. Мои губы горели, дыхание было сбито в концы, а тело вяло повисло в его невероятно напряжённых руках, прижимающих к дрожащей груди. Эта дрожь вызывалась не желанием, а яростным рычанием.

С трудом открыв глаза и повернув голову к предполагаемой опасности, я столкнулась с нечеловеческими, но невероятно красивыми глазами, смотрящими на нас не моргая. Красивые, терракотового цвета, с вертикальным зрачком, они как яркое пятно выделялись на алебастрово-белом лице.

Ой, кажется, наш момент уединения приобрёл нежданного свидетеля, — так я подумала, тут же приходя в себя и дико краснея от смущения. Правда, в глубине сознания мелькнуло ехидное: «Тебя смутило именно то, что это произошло на его глазах».

— Прошу простить меня за непроизвольное вмешательство, — мужчина положил руку с чёрными длинными когтями на грудь у сердца и чуть поклонился.

Длинные белоснежные волосы были заплетены в сложную косу, лежащую на невероятно широких плечах. Одежда была как у Рорика — вся чёрная: военный камзол, рубашка под ним и… юбка? Что-то прохожее на кожаную птеруги с тканевой часть под ней, только большая часть «кожаных языков» были с металлическими вставками или полностью из серебряного металла — те, что прикрывали бёрда спереди.

Ниже «юбки» ожидаемых длинных и сильных ног я не увидела. Их заменял мощных антрацитово-чёрный чешуйчатый хвост. Да в нём метром пятнадцать, если не все двадцать! И венчает эту удивительную часть тела острый белый трезубец шипа. Хотя это ничто, если посмотреть на габариты мужчины — с ним мощностью посоревновался бы и Хтур.

Нагшиар! Передо мной предстал представитель удивительной расы! Честно, очень хотелось на них посмотреть. Я совершенно не представляла, как это — вместо второй половины тела иметь что-то другое? Все встреченные мной ранее расы были весьма человекоподобными, хоть и имели дополнительные конечности, часть из которых они приобретали, переходя в боевой режим. А тут…

Моё внимание к необычной части тела не оказалось незамеченным. Наг даже пошевелил им и мимо нас протащил. Вот только кандар отреагировал на подобное развлечение негативно: зарычал ещё более угрожающе и отошёл на пару шагов, пригнувшись и приготовившись либо бежать, либо бросаться в бой. Скорее первое. Как бы не хотелось ему второго, я буквально чувствовала, как инстинкт защиты своей женщины побеждает порывы к сражению. Да и ментальные волны от него исходят в двух направлениях: в первом — успокоительные для меня, во втором — остерегающие для нагшиара.

Удивительно, но полузмей никак на это не реагировал. От слова «совсем». Всё его внимание было на мне и моём «развлечении». Мои удивление и восторг, вызывали на его с первого взгляда холодном, а на самом деле напряжённом лице едва заметную улыбку уголками губ.

— Я рад видеть вас в здравии и в безопасности, принцесса Сава, — наконец заговорил нежданный гость, заметив, что я отвлекаюсь от забавы и уже не ведусь на неё.

— Мы знакомы? — нахмурилась я, а кандар ещё чуть отшагнул назад.

— Нет, — усмехнулся нагшиар и представился: — Меня зовут Эраншир Варши Ракхма Аршидэ. Я третий сын главы клана Ракхма и рода Аршидэ, княгини Варши Кастия Ракхма Аршидэ, старшей из трёх сестёр Ракхма Аршидэ, старший двоюродный брат Шаэрдэша Ири Лада, Второго мужа герцогини Шены Ири Лада.

Вот это представление! Я даже растерялась и запуталась во всех этих именах и положениях, пока не услышала знакомое имя.

— Шены? — точно, ведь так звали ту самую девушку, которую хотел похитить Рорик, нападая на наш с Сорвасом корабль. Странная история, связанная с его братом. Я так и не узнала причин и подробностей, но, видимо, придётся. — С ней всё хорошо?

— Да, — медленно кивнул мужчина. — Леди сейчас на пути к своему месту сокрытия, — и слегка прищурил свои удивительные глаза.

— Хорошо, — облегчённо выдохнула я, заодно радуясь, что и Хтур перестал так напрягаться и рычать. Только настороженность осталась, да и меня не спешили ставить на ноги. — Позвольте узнать, что привело вас в Королевство Ларгир?

— Через свои источники мне довелось узнать, что вас послали именно сюда, — надо же, отвечал мужчина честно и не увиливая. — Как брат мужа леди Шены, часть вины в случившемся с вами ложиться и на мои плечи.

— В случившемся? — что-то я не поняла. А мужчина тут же пустился в объяснения:

— Спланированное принцем Рориком нападение на ваш корабль и вашего Наблюдателя, с дальнейшим похищением с уготованного вам Выбора и принуждением к браку. Такое не проходит бесследно для всех, кто хоть как-то связан с данным инцидентом. Моя мать направила меня сюда, дабы убедиться в вашем состоянии, положении, проследить за соблюдением всех необходимых норм для вашей безопасности и вашего здоровья, как физического, так и морального. А так же убедиться, что вызванный вторым принцем илганов конфликт исчерпан в первоначальной… инстанции.

И пристальный такой взгляд на меня. Он что, думает, что я ещё не простила своего мужа, тем самым затягивая разрешение и отягощая проблему? Да, скорее всего, так и есть. Возможно, простых новостей таким исполнительным вершителям мало. Они хотят узреть всё сами и добраться до истины, даже если придётся рыть до первоисточника. Что ж, может так и лучше. 152e1bc

— Я простила Рорика и приняла его как своего Второго мужа. И не имею претензий ни к его мотивам для всего им содеянного, ни к тому, к чему они привели, — я постаралась отвечать так же официально, как наг обращался до этого.

Он — лицо подотчётное, как обычно говориться у нас на Земле, и лучше сразу говорить по факту, чтобы потом не возникало ещё больше проблем и вопросов. Да и, судя по его лицу, форма ответа ему понравилась, а вот содержание…

— Абсолютный отказ от всех претензий? — уточнил чуть напряжённый нагшиар, будто не до конца верил.

— Абсолютный, — кивнула я. — Мы с Рориком и Эрилданом пришли к миру и согласию, — и почувствовала, как щёки потеплели. — И думаю, если бы не случившееся, я бы не встретила и других своих мужей. Так что, мне не за что злиться или обижаться на Второго мужа.

— Других мужей? — переспросил мужчина, чуть подавшись вперёд, и на мгновение мне показалось, что его нижняя челюсть чуть увеличилась, словно бы стала куда мощнее, а глаза яростно сверкнули. Но лишь на мгновение.

— Да, Третьего — Хтура, — посмотрела мельком на кандара, не сводившего с нага глаз и словно прощупывавшего его, — и Четвёртого…

— Таргус Яра Ина, — представился тот, выплывая из-за поворота на нашу полянку. — Первый лиэр рода Штавиэ. Советник Её Величества Актасии Аливры Силлир Ларглирис, главный лекарь Её королевства и Четвёртый муж Её Высочества Савы Яра Ина, — и угостил змеехвостого таким суровым взглядом, которым сам был награждён в ответ.

Боже, только не говорите мне, что исчерпав один конфликт, мы вот-вот нарвёмся на другой!