7

Всеми фибрами души я чувствовала, что это ОН. Тот самый ОН.

Музыка понемногу затихла, музыканты поклонились, публика зааплодировала. Я подняла взор на мужчину.

— Анумар, — он улыбнулся, а я убедилась в истинности своих мыслей.

Да, это он.

— Лана, — представилась ему, но показалось, что слишком тихо.

Казалось, танец слишком быстро закончился. Хотелось ощущать его тепло.

Хотелось верить, что это проявление истинности и предназначения, но так как я сама бездарность, а не полноценная драконица, то не хотелось ошибиться.

Вот только способы проверки мне были неизвестны.

Отец когда-то рассказывал, что при виде мамы в нем просыпалось только одно желание — свернуть ей шею. Это уже потом со временем оно стало чередоваться с другими потребностями... Хотя у них сложная и цикличная история, скорее руководство по игре в пятнашки.

Анумар не вызывал никакого желания навредить ему, скорее узнать поближе, коснуться...

Кончики пальцев все еще покалывало, как и запястье. Сердце отбивало дробь, словно после полета на спине у папы. Бешеный коктейль эмоций бурлил во мне.

— Может... — начал он, но нас прервал зазывала.

Ведущий ловко перехватил нас за локти.

— Праздник Любви продолжается, парочки приглашаются к испытанию, — проговорил он нам, а затем уже громче для всех прокричал, — Соберись честной народ, поцелуй сейчас грядет!

Нас отвели к другой части поляны, на которой устраивался праздник. Здесь возле высокого сухого дерева уже начали собираться влюбленные и просто охваченные атмосферой празднования люди.

— Я никогда не... - начала я, меня взяла оторопь. Я никогда не целовалась, тем более на людях.

Не думала, что гуляние зайдет так далеко.

— Итак, выигрывает та пара, чей поцелуй станет самым долгим.

Час от часу не легче. Если и был шанс отделаться простым "чмоком", то сейчас надежда таяла на глазах.

— Раз! - проорал зазывала.

— Эй, малышка, давай, целуй уже и пойдем каждый в свою сторону, — прошептал Анумар мне на ухо.

— Ты хам! — он не понимал волнительность первого поцелуя.

Молодой человек рассматривал лениво толпу, что стояла вокруг в ожидании “чуда”.

— Два! — донеслось до меня, сквозь стук в ушах.

— Я просто закален этой жизнью.

— По тебе и не скажешь, что такая древняя рухлядь, — вырвалось у меня.

Теперь то я понимаю папочку, вот она, истинность...

— Три!

Меня сгребли в охапку и прижались губами к моим губам, прижимая крепко за талию к своему телу. Волна возмущения смешалась с удовольствием. Если первый поцелуй мне представлялся как что-то волшебное и нежное, то в действительности все было иначе. Сильные руки сжимали, а властные губы сминали. Мои глаза расширились от удивления, но мерное поглаживание по спине постепенно расслабило и вознесло к облакам. Все тело начало покалывать, я буквально чувствовала, как зашевелился и заурчал внутренний дракон.

Вот оно! Моя вторая ипостась просыпается!

С этой мыслью энтузиазм придал смелости, и я ответила на поцелуй со всем пламенем, что смогла.

Все мысли вылетели из головы, остались только ощущения и мурашки по телу.

Все звуки ушли на второй план, а потом и вовсе стихли на какое-то время, а потом раздались несмелые хлопки в ладоши, но почти сразу сменились бурными аплодисментами.

— Поздравляем победителей! — прокричал ведущий.

Что? Каких еще победителей?

Хватка Анумара ослабла и поцелуй закончился, но он продолжал смотреть мне в глаза, словно рассматривая самую душу, если такое вообще возможно.

Подбежали девушки и надели нам на шеи венки с лонориями. Толпа все еще хлопала и выкрикивала что-то.

— Древо Любви расцвело!

— Это дар Богов!

— Боги с нами!

Пытаясь понять, о чем они все кричат и чему радуются, я повернулась к дереву, у которого мы стояли. Точно помню, что оно было сухим и безжизненным, но сейчас буйная зелень листьев и маленькие светящиеся цветочки украшали ее.

Чудо воистину.

— Это сделали мы, а теперь представь, что еще мы можем сделать вместе, — прошептал мужчина мне на ухо, словно соблазняя.

Боги, дайте мне сил.