Глава шестнадцатая — Жертва

Победа над хозяином неба обошлась нам недёшево. Два десятка убитых коров обернутся мясным пиром на ужине, но про молоко теперь можно точно забыть. Даже козье с овечьем уже стало редкостью. Радуясь смерти орла, Тумен едва ли не плакал, одновременно подсчитывая поголовье оставшегося у клана скота, и я был готов рыдать вместе с ним, ибо лето в разгаре, а проклятые хорты и не думают никуда уходить. Прав был Ло — бес-гахар, что их гонит, оказался сильнее звериной природы. Пора это признать.

Но, что тогда делать? И стоит ли пугать такой правдой Тумена? Возвращаясь от вождя, свернул в лес. Поздравления от своих подождут. Сначала нужно с Ло поболтать. Избегал с ним общения в последнее время — и зря. Вон, как быстро с хозяином неба бес справился. Я бы ни жизнь не догадался, что вверху, над долиной, дар снова вернётся.

Хотя, в озеро, убив орла, сигануть — моя выдумка. Тут я Ло уел, так уел. Чай, тоже не дурачок, что способен только незримыми клинками махать по приказу. Кабы не я, могли бы костей не собрать с такой высоты на склон шлёпнувшись. Жаль, конечно, добычу потерянную, что ушла на дно вместе с сердцем орлиным, но жизнь всяко дороже. Когда выбор такой встаёт, не до жадности уже. Жив буду — добуду ещё семян, а трупу все богатства мира без надобности.

— Давай-ка пошепчемся, — обратился я к Ло, убедившись, что поблизости никого нет. — Орлище поганый отвлёк. Последние дни все мысли только о нём были, а хорты-то не хотят уходить. Похоже, ты прав был. Что делать теперь? Я тут помыслил… Имперцы-то форты свои отобьют, очистят от зверья тракт, да нам, что с того? В горы солдаты, поди, не полезут. Здесь уж, скорее, дружину фатоев ждать надо, и то я не верю, что в этом сезоне решатся пойти. Что, если хорты тут до самой зимы торчать будут?

— Обязательно будут, — пробурчал бес. — Неужто, решил моего совета спросить? Я тебе сразу говорил, что с обычным нашествием нынешнее путать не стоит.

И такой тон обиженный. Не похоже на Ло.

— Ну прости, — решил повиниться я. С меня не убудет. — Так, что делать-то? Зимовать у оргаров не хочется. Тумен про надвигающийся голод не шутит.

— Не шутит, — согласился Ло. — Далеко не все здесь доживут до весны. Но вопрос не «что делать?», а «готов ли ты сделать, что нужно?». Ты ведь у нас в конечном итоге делаешь всё по-своему. Неужели, ты думал, что орёл не утонет?

— Так ты на это дуешься? — неожиданно осознал я причины его недовольства. — Ничего я не думал. Разбиться не хотел, вот и всё. Не стоят того семена, чтобы так рисковать. Их сейчас и продать толком некому. Бобов, и тех у снежников уже мало осталось. Подъедают нет-нет. Думаешь, Тумен сейчас честную цену жратвой за них даст? Куда там.

— Китар, — с укоризной произнёс бес, когда я снова дал ему слово. — Не о том думаешь. Не менять, продавать семена тебе надо. Нет в Предземье той силы, что ведомых моим врагом хортов остановить сможет. На Земле её искать нужно.

И, видя, что я ошарашенно молчу, не изгоняя его, Ло тут же продолжил.

— Зимой море льдом встанет, и на острова двинутся орды, каких там не видывали. Всё плохо, Китар. Хортов на материке гораздо больше, чем я думал. Людям с ними не справиться.

Бес говорил, говорил и говорил, объясняя мне свои выводы. Я же, никак не желая поверить услышанному, судорожно пытался найти хоть какой-нибудь выход. Если всё это правда, то пришёл конец всем моим мечтам, надеждам и планам. Да что я… Всему миру конец. Год, два, три — и в Предземье никого не останется, кроме проклятых хортов, да нескольких одержимых, чьи тела захватили гахары, если тот бес сможет своих отыскать.

— Тайная служба Порога, — внезапно произнёс Ло совсем другим тоном, уверенно и твёрдо. — Не император, не ярлы, не знать. Только эта организация сможет помочь. Но им нужно сначала узнать.

— Про вторжение? — невесело хмыкнул я. — Вот то они не знают, что хорты до сих пор не ушли. В Предземье полно соглядатаев.

— Не про вторжение. Про его причины. Сильный отряд одарённых сможет прорваться к гахару. Отруби змее голову, и она умрёт. Лишь Порог сможет организовать такой поход. Тут нужны лучшие.

Выход есть! Сердце радостно заколотилось в груди.

— Ты доверишься Краму? Расскажешь ему про гахаров?

— Крам — никто, — поставил меня в тупик Ло. — Его слово не имеет там веса. Их главные должны увидеть мой возраст, мои способности, мои знания. Только я смогу убедить их вмешаться. Нам нужно на Землю.

Ну вот и всё… Недолго я радовался. Где Земля, а где мы? И я даже не про расстояние, про отмер. Впрочем, решился бы я повести своих через горы, кишащие хортами, окажись в сердце хозяина неба достаточно семян? Ох, едва ли бы. Козьи тропы по верхам отпадают, а Рабанин туман и его ватагу не спас. Да и после ещё через полмира идти. Может и к лучшему оно, что всё так вышло с орлом. Не придётся мне разрываться на части.

— Надо было мне про всё это раньше рассказывать, — пробурчал я.

Пусть Ло себя тоже виноватым считает, а то будет бухтеть до конца времён. Благо тут уже недолго осталось.

— Ты бы тогда переживал больше нужного. Но выход всё равно есть, — улыбнулся бес моими губами. — Главное: добраться до империи. Там много богатых людей. Любой княжеский род без проблем сможет выделить сотню семян. Но нужно поторопиться. После этой зимы семена сильно подорожают в цене. Очень сильно.

Так вот он что задумал. Князь… Но это уже настоящее безумство. Не, на такое я точно не соглашусь.

— Ничего не получится, — покачал я головой. — Нам никак не успеть в империю до конца сезона. Не сейчас, когда хорты на тракте. Малым не по силам такой переход.

— А причём здесь дети? Мы пойдём вдвоём с Крамом.

— Что⁈ — округлил глаза я. — Своих бросить? Здесь? На голодную смерть? Никогда!

— Я договорюсь с Туменом. Наших не обделят. И Айк — лекарь. Его дар слишком ценен для снежников. Уже следующим летом…

— Нет! Даже слушать не буду! Снежники их перебьют, когда настоящий голод придёт. А то и сожрут ещё. Слышал я про такое. Будем ждать помощи. Твой гахар не всесилен. Имперцы ещё побьют хортов!

В порыве злости сам не заметил, как перешёл на крик. Ишь, удумал чего? Малых бросить. И знает ведь гад, что на смерть их оставим. Знает, но башку мне дурит. Сейчас, поди, снова начнёт мне про спасение всего рода людского петь песни. И здесь, и во всех мирах. Ага, слышали уже.

— Мне очень жаль, Кит. Но у нас просто нет выбора. Придётся рискнуть. Тумен не дурак — он поймёт, что не приведи мы подмогу, им тоже конец. Ресурсов долины не хватит даже на то, чтобы кормить его клан. Оргарам не выжить, сидя взаперти. Теперь точно нет. С людей князя он и в твоё отсутствие будет пылинки сдувать. Ведь иначе спасение обернётся потом кровной местью.

И, подтверждая мои ожидания, бес тут же сменил тему на свою любимую.

— От тебя сейчас зависит судьба всего Предземья, — торжественно произнёс Ло — Про судьбу вселенной молчу. Ты по-прежнему не хочешь мне верить. Мир жесток, и порой жизнь требует от нас очень сложных решений. Только смерть вождя хортов принесёт спасение твоей семье. Пора уже повзрослеть, Китар. Гахар должен умереть, чего бы нам это не стоило. Здесь любая цена справедлива.

И тут мои мысли как будто встряхнуло. Любая цена… Смерть гахара… Сложные решения… Жертва!

Вспомнил! Была же мысль. Жизнь хорта-гахара в обмен на свою. Это можно устроить. Цена… Ха! Смешная. Чужие миры пусть спасает кто-то другой. Мне свой спасать надо. Жизнь мелких, Веи, Лины, Айка, всех прочих, кто дорог мне. Да и всех тех, кого я знать не знаю. Пусть уж живут.

Только Тишка… Но я не всесилен. Такое к Единому. Поди, не оставит сестрёнку, воздаст её счастье наградой мне. Совсем малость ведь. Направит, к примеру, к ней Вепря с друзьями. Тут только на веру всё.

— Есть другой выход.

И, не давая Ло слова, я принялся объяснять бесу, чего я хочу. Ему не понравится, но я уже принял решение. Мы отрубим голову этой змее! В прямом смысле отрубим.

Но, когда, сказав всё, что хотел, я опять призвал беса, Ло, к моему удивлению, не стал меня отговаривать и придумывать сотню причин, почему план не выгорит.

Ему хватило одной.

— Мысль дельная, но уже слишком поздно, — с грустью в голосе произнёс бес. — Шансы выжить имелись бы, хоть и ничтожные, но момент упущен. Вспомни, даже, когда на холме мы с оружием встречали преследователей, приглашение не прозвучало. Город, крупный посёлок, форт… Возможно, впервые бросаясь на крепь, у предводителя здешних хортов и была мысль — произнести слова, но до засевших на скалах такой высоты докричаться не выйдет. Может он и кричал, да его не услышали. Повторять он уж точно не будет. Как не примет он и ответ, пришедший спустя месяцы.

И ведь прав Ло. Не учёл я этот момент. Плакал план мой. Но мелких бросать… Никогда!

— Нет, так нет, — буркнул зло. — Думай дальше.

— Думать нечего. Решение есть. Тебе только принять его.

— Не приму. Ещё думай.

И, заканчивая этот не пришедший ни к чему разговор, я поднялся с земли, на которой сидел. Дела наши — дрянь. Выход беса — не выход. Я не знаю, что делать, но то, что предлагает Ло — это бегство, и это предательство. На такое я не пойду.

* * *

В доме Тумена, помимо вызвавшего меня к себе вождя оргаров, уже находилcя Маскар. Глаза здоровяка-ургула блестят — чем-то снежник взволнован. Да и лицо второго охотника отражает нешуточные переживания. Явно, что-то задумали.

— Здравия, воины! — поприветствовал я снежников. — Зачем звал, вождь?

На миг промелькнула мысль: призвать Ло, но я её быстро отмёл. Хватит бесу решать за меня. За те две недели, что прошли со дня нашего того разговора, я трижды его спрашивал — не придумал ли он чего нового, но Ло продолжает стоять на своём. Сложный выбор, прими неизбежное, судьба Предземья в твоих руках… Тьфу! Достал уже.

— Будь здрав, князь! — откликнулся Тумен.

Маскар же ограничился кивком и кривой улыбкой.

— Совсем плохи дела, — вздохнул вождь оргаров. — Помнишь, я говорил, что орлов будем жрать? Так не шутки уже. Твой вчерашний в момент по котлам разошёлся. Сегодня нет дичи?

— Увы, — покачал я головой. — Сам ведь знаешь, что нынче и орлы стали редкостью. Тот вчерашний за восемь дней первым был. Не знаю уже, стоит ли завтра на гору идти. Нападений на скот тоже нет ведь.

— Да там уже того скота… — скривился Тумен. — Плохо всё. Сидим, мозгуем, вот, с Маскаром… Решать надо что-то.

— И как? Намозговали чего?

По лицам вижу, что да. И бегающие глаза снежников мне подсказывают, что придумка их мне совсем не понравится.

— От лишних ртов избавляться пора, — пробурчал Маскар.

— Не прокормим всех, — кивнул Тумен.

Ну вот и началось.

— И, кто лишние?

— Не твои, князь, — ухмыльнулся Тумен. — У Багона под шесть сотен ртов. Я прикинул уже — если от харадов избавиться, лютый голод на месяц-другой отодвинем. К тому времени уж точно хорты уйдут. Разноцвет — ладно, но со страдником уже настоящая жара начнётся — не под звериные шубы погодка. Нам бы дотянуть только.

Понятно. Маскар подговорил. Уж как не разделяет Тумен ургулов с харадами — лагеря этих кланов по разные стороны долины стоят — а кровники всё равно умудряются цапаться. До смертей пока не дошло, но с переломанными костями уже к Айку являлись, что те, что другие.

— А, коли не уйдут хорты? Кто следующий на изгнание?

— Какое изгнание, знатный? — нахмурился Маскар. — Ворота засыпаны. А хорты завал и тот стерегут.

— Коли хорты не уйдут, — не дал закончить вождю ургулов Тумен, — Мы все станем лишними. Я теперь, князь, и свой клан зимой прокормить не смогу, если охотники будут сидеть взаперти. Мы тут все нынче крепко повязаны.

— А харадов под нож, — поднялся с лавки Маскар. — Повод будет. Я устрою так, что Багон первым кровь прольёт. У оргаров закон строго блюдётся. Поднявшему в нашествие на настоящего человека оружие — смерть! А за деяние вождя весь клан в ответе. Курланы на защиту харадов не встанут, а без них у Багона нет шансов. Мы уже продумали всё.

— А раз продумали, я вам зачем?

От подлости снежников в момент тошно стало. Детей, баб, всех под нож? Уж лучше бы и правда изгнали. Но да… На верёвках по-тихому такую ораву не спустишь. С малыми особенно.

— Багона прикончить по-быстрому надо, — не стал ходить вокруг да около Тумен. — Ты, князь, с этим лучше всех справишься. С мечами у него против тебя шансов нет. Убьёшь на глазах у его воинов — те кинутся в бой. А тут и мои люди подхватятся. Так по-правильному будет смотреться. Мне только и надо, чтобы курлуны в стороне остались. Против сразу двух кланов оргары не потянуть могут.

— Ты хотел сказать: оргары с ургулами, — поправил я Тумена, с издёвкой во взгляде косясь на Маскара.

Подстрекатель паршивый! Самому-то рисковать уже нечем — от клана три калеки осталось. И десятка воинов не выставит.

— Нет больше ургулов, — медленно опустился обратно на лавку Маскар. — Я теперь оргар, знатный, — потупил глаза здоровяк.

— Я их всех принял в клан, — подтвердил Тумен. — Только тсс о том пока, — поднёс он палец к губам. — Нельзя, чтобы слухи пошли раньше времени. Пусть сначала Багон кровь оргаров прольёт.

Эх, надо было Ло вызывать. Бесу такая грязь по нутру. Мне же, что теперь с этим делать? Не хочется в этом подлом деле участвовать. И умом понимаю хоть, что от безысходности это всё, а сердцем принять не могу. Небось, за харадами следом курлуны пойдут. И бес еще убеждал меня оставить своих с этими волками?

— У Багона под две сотни воинов, но из них половина — подростки вчерашние, — взялся разъяснять расклады Маскар, видно принявший моё затянувшееся молчание за согласие. — Если лучники дружно ударят, четверть сразу положим. Коли даже, Таган вздумает вмешаться — их кланы друг к другу лагерями стоят — и курлунов задавим. У Тагана и того меньше воинов. Я бы даже не мудрил, а на тех и других разом ночью напал. До законов ли нынче? Вон, что в мире творится.

Я слушал снежника и покрывался мурашками. Ёженьки… До чего дошли. На своих названых братьев, с коими поперву Тумен пировал, брагу пил, теперь он же оружие поднять собирается. Вероломство достойное… Даже сравнить не найду с чем. Вокруг долины врагов — бей не хочу, а люди вместо хортов своих собратьев собираются резать. Почти четыре сотни воинов на два приговорённых клана. Это же целая армия…

Стой! Вот же он шанс!

— У меня есть получше предложение, вождь, — повернулся я к Тумену. — Хочешь лишние рты извести, не рискуя своими людьми? Бой же многих заберёт. Помогу тебе с этим. Слушайте, как поступить можно.

* * *

И опять дом Тумена, и опять мы с Маскаром на лавках. Но сегодня за длинным столом сидит несколько новых гостей. Вождь харадов — Багон, мощный кряжистый дядька с заплетённой в несколько кос бородой, разместился подальше от кровника. Рядом с ним даже сидя возвышается высоченный бритоголовый Таган — вождь курлунов. Напротив него волосатик-Рабаня. Мы с Туменом занимаем торцы стола.

Совет вождей созван по моей просьбе, но не все это знают. Немалых усилий вчера мне стоило уговорить Тумена попробовать претворить мой план в жизнь. Маскар изначально был против и так при своём и остался, но теперь он — никто, и его слово больше вес не имеет. Только мы о том покамест молчим.

— Ну что, братья, догадываетесь, почему собрал вас? — начал Тумен.

Хмурые взгляды, кривые ухмылки, сжатые кулаки на столах.

— Чего тут гадать? — пробасил Багон. — Давно пора решать что-то. Больно загостились хорты у нас.

— Как и мы у оргаров, — не замедлил я зацепиться за неосторожное слово.

— Не тяни, — хрипло прокаркал Таган. — Что с ценой? Доплачу.

Тумен аж закашлялся.

— Чем доплатишь? Своих баб кормить нечем.

— Сами через день бобы жрём, — тут же поддакнул Маскар.

— Бобов мало, — ещё сильнее нахмурился вождь курлунов. — Бобы не отдам. Всегда бабами брали.

— Сейчас — не всегда! — рявкнул Тумен. — Какие доплаты к Низверженному? Мы здесь не за тем.

— Кормить ему нечем нас, — подсказал соседу Багон. — Хочет в шею погнать.

— Не дури, Багон. Куда я кого погоню? Но про жрачку ты прав — нет её.

— Для своих, небось, есть. Мы давно уже не пойми что жрём. Одни и те же кости по пять раз на суп варим, чтобы пузо хоть чем-то набить.

— Думаешь, я парное мясо молоком запиваю? Все сидим на похлёбках. Твои шишки жрут? Мои жрут. А ведь это мой скот, моя рыба сушёная, мои ягоды и грибы. Кормлю сколько их, так ещё и нападки выслушивать.

— Завязывайте с руганью, судари-вожди, — решил я, что настало время вмешаться. — Мы все в одной заднице.

— И с каждым днём увязаем в ней глубже и глубже, — пробормотал Рабаня.

— Затянем пояса… — начал было лысый Таган, но Маскар тут же его перебил.

— Куда уже затягивать? — стукнул по столу кулаком недавний ургул. — Не уйдут хорты! Пока силы есть, надо бить их!

Это уже мои слова из его рта идут. Научил их с Туменом, что и как говорить.

— На орду? Грудь на грудь? — тут же скривился Багон. — Ты в своём уме, брат?

Последнее слово вождь харадов словно выплюнул из себя.

— А у нас выбор есть? — прорычал Тумен. — Лучше смерть в бою, чем от голода. Чай, не трусы здесь собрались. Воины все.

— Не потянем, — опустил взгляд Таган.

— Не на стенах, в строю, хорту человек не противник, — покачал головой Рабаня. — Мы сильны одарёнными в первую очередь, а их нет у вас.

— Есть, — вмешался я. — Мы с тобой что, не в счёт?

— Двое? — захохотал волосатый. — Сколько хортов внизу? Тыщи три?

— Уже меньше, — хитро улыбнулся я. — Потому и созвали вас, что орды часть ушла.

— Как? Серьёзно? Уходят? Так вот же оно! — оживились Таган с Багоном.

— Не в ту сторону ушли, — омрачил радость вождей Тумен. — К морю двинулись. Думаем, за добычей отправились. Горбачь на нерест идти перестал — хортам тоже внизу теперь нечего жрать. У нас есть неделя. Потом краснорыб по реке подниматься начнёт. Если мы его не возьмём, ещё до зимы передохнем от голода.

— Пять дней ждём, — перехватил слово я. — Не уйдут хорты, шестым днём спускаемся.

— Дело князь говорит, — поддержал Маскар. — По два хорта на брата всего. Неужели не сдюжим?

— Так завалено же, — попробовал возмутиться Таган.

— Расчистить завал — дел на десять минут, — перебил его Тумен. — Мы уже всё продумали. Ваши воины с Китаром ночью спустятся по верёвкам…

— Ночью с хортами биться? — вскочил Багон. — Которые во тьме, как днём видят? Сдурели?

— Спустятся ночью, — твёрдо повторил Тумен. — Под утро. В тот час, когда колдовской туман легко можно с обычным облаком спутать. Рабаня прикроет. Прикроешь же? — повернулся вождь оргаров к фатою.

— Допустим, прикрою. А дальше? Каюсь, я пока не пойму прелесть плана. Больно хитрый какой-то. Кто его придумывал? Князь?

Взгляд Рабани и голос, которым был задан последний вопрос, заставили меня вздрогнуть. Вот Маскар! Ляпнул, гадина. Теперь с этим ещё потом объясняться. Не для фатоев же сказка.

— Вместе думали, — решил я отложить разговор про моё благородство на лучшие времена. — Спустимся чуть в стороне и пойдём под туманом к воротам. Там под крепью довольно крутой склон — оборону в разы проще держать, чем на ровной земле. Уберёшь с рассветом завесу, и начнём разбирать. Одни камни тягают, другие с копьями хортов удерживают. Раскидаем завал — и отступим по лестнице. Свежие воины Тумена прикроют.

Рабаня, Таган и Багон непонимающе уставились на меня.

— И в чём смысл? — нахмурился вождь харадов. — Я думал, мы завал разбирать будем, чтобы через ворота подмога выйти смогла. И с чего, кстати, мы с Таганом своих воинов вниз ведём, а оргары с ургулами не при делах? Справедливость тут где?

— Давай, я про смысл сначала, — опередил я открывшего было рот Тумена, — а потом ты про справедливость расскажешь. Смысл в том, чтобы хортов в проход заманить. Пусть, преследуя нас, поднимаются. Наверху их оргары будут встречать. Выпускаем помалу и тут же бьём. Так ведь проще, чем со всей ордой разом сражаться. И пока лестницей бежать будут, уже часть своих потеряют. Там их сверху отстреливать очень удобно. Сами знаете, как устроен проход. Перебьём постепенно всех начисто.

Объясняя наш план, начинаю и сам в него верить. Вон, как складно звучит всё. Может, и правда, получится поубивать всех стерегущих долину хортов? Может, не на смерть людей поведу? Тумен мне обещал, что в любом случае сохранит жизнь детям и женщинам кланов, чьих мужчин я заберу вниз. Мы договорились на месяц. Если и за этот срок ничего не изменится, оргары избавятся от всех лишних ртов. Моих это само собой не касается.

Но это всё равно лучше, чем план Маскара. Да, мой не менее вероломный — всё же обман, как он есть — но в худшем случае погибнут только мужчины, а при большом везении и вовсе снимем осаду с долины, и люди выйдут на промысел. Идущая на нерест рыба поможет победить голод.

Подвох только в том, что разобрать завал за десяток минут, как сказал вождь оргаров, у них не получится. Камни там крупные. В полчаса бы управиться. Боюсь, нет у снежников этого времени. Полягут там, под крепью, на что и расчёт. Маскар с Туменом вовсе не верят в обратную сторону плана. Для них это — способ избавиться от лишних ртов, не пролив крови оргаров. Для меня — шанс спасти не только свою семью, и не долину даже, а аж всё Предземье.

Да, жестоко, но я принял решение. Приношу в жертву сотни, чтобы жили тысячи тысяч. Тумен в курсе, куда и зачем я уйду, если выгорит всё. Наплёл ему чуши про тайное знание, что в моём роду передавалось веками от предков к потомкам. Вроде, поверил, но считает, что ничего у меня не получится. Не хотел пускать на верную смерть, но остановить меня у него власти нет.

— А ведь может получиться, — воодушевлённо присвистнул Рабаня, дослушав мои разъяснения. — Неплохой план. Я в деле.

Не трус волосатик. И это он ещё не знает, что ему самому не грозит пасть под крепью. Крам поднимет фатоя наверх и тогда лишь тот снимет туман. Это я ему потом расскажу отдельно. Заодно объясню, почему Брант не пойдёт с нами вниз. Эти двое нужны мне живыми. С фатоями у нас договор. Если что, может, Айку с малыми помогут пристроиться.

— И про справедливость, — поднялся Тумен. — Клан оргаров приютил вас, дал защиту и пищу, спас от неминуемой гибели. Вас не гнали и продолжали кормить, даже когда сроки обычного нашествия вышли. Не будь вас здесь, мои люди могли бы спокойно пережить и грядущую зиму. Справедливо ли будет, если нынче оргары и пойдут хортов бить вместо вас?

— Почему вместо? Вместе, — поднялся из-за стола и Багон. — Давай спустимся все.

— Слишком долго получится, — поспешил я вмешаться. — У нас не хватит верёвок, чтобы быстро спустить столько воинов. У Рабани тумана на час. Всё просчитано.

— Хорошо, — протянул Багон. — А ургулы?

И косой взгляд на кровника.

— Чем они лучше нас?

— А ургулов нет больше, — положил руку на плечо Маскара Тумен. — Они стали оргарами.

Багон хмыкнул. Что-что, а проситься в оргары, ни он, ни Таган, точно не станут.

— Ну и ладно, — махнул рукой вождь харадов. — Всё равно нам лишний десяток погоды не сделает. Надерём хортам задницы и с Таганом на пару.

И дождавшись сделанного с явной неохотой кивка от вождя курлунов, Багон повернулся ко мне.

— План рискованный, конечно, но раз нас поведёт сам победитель хозяина неба, значит есть шансы. Кабы не это, решил бы, что Тумен так хитро от нас избавиться хочет…

— Хочешь меня оскорбить, Багон? — сжал кулаки вождь оргаров.

— Шучу я, Тумен. Шучу так, — отмахнулся тот. — Никто не чтит так закон, как оргары. Пока хорты здесь, настоящие люди друг другу братья. Мои воины кровью погасят наш долг перед твоим щедрым кланом. Пять дней, говоришь… Начинай считать. Мы готовы.

* * *

Ночь глухая. Предрассветный час самый тёмный. Мы же в густом колдовском тумане и вовсе не видим ни зги. Даже снежника, что спускается в сажени от меня по точно такой же верёвке, я лишь слышу. Шуршат трущиеся о канат штаны, скрипят ременные лямки, удерживающие подвешенное на спину копьё и, возможно, топор. Последние есть не у всех.

В паре десятков локтей подо мной еле слышно кряхтит Багон. Вождь харадов пожелал лезть вниз первым. Его лучшие воины спускаются впереди всех и на остальных трёх верёвках. Ползти, потихоньку съезжая от узла к узлу, просто. Почти две сотни саженей одолеем минут за пятнадцать. Спуск же всех займёт под три четверти часа. К зорьке точно успеем.

Ну всё. Ноги коснулись земли. Вернее, каменистого крошева, что покрывает здесь склон. Идти по такому беззвучно непросто, но и мы загодя услышим любого хорта, что в этот тёмный час вдруг надумает погулять под стеной. Таких пока, вроде, поблизости нет. Рука снежника, встречающего у конца верёвки спускающихся, легла на плечо. Без слов несильно потянул меня в сторону. Крадучись отхожу на три шага и упираюсь в ещё одного воина. Пока все не слезут, стоим тут и ждём.

Слабый шёпот, сверчки, свист какой-то пичуги, раньше других начинающей день. Потихоньку светает, но до настоящего утра ещё время есть. Крам стоит со мной рядом. За ним, чуть левее Рабаня. Его ещё вижу, кто дальше — всех прячет белёсая тьма. На верёвках ещё продолжают шуршать, но то уже сползают самые крайние.

Спуск закончен. Крадёмся, держась друг за друга, вдоль кручи. Первым зрячий Рабаня. Рассвет потихоньку вползает в долину. Появись впереди враг, фатой его сразу увидит. Здесь у нас преимущество. Наблюдая за хортами сверху последние дни, убедился, что звери обычно не бродят под скалами. Стражи-оргары давно приучили их держаться подальше, швыряясь камнями. Они мастера в этом деле.

Добрались! Мы у крепи. Завал найден. Отсюда сброшенные в своё время сверху булыжники уже не кажутся мелкими камушками. Уже рассвело, но туман пока не даёт оценить всех объёмов работы. Занимать удобные для обороны подходов к воротам позиции сейчас смысла нет — и попросту не видно. И, что радует, хортов поблизости тоже не видно. Рабаня, которому своя пелена не помеха, уже осмотрелся и прошептал мне о том.

Вожди снежников рядом. Слова фатоя они тоже слышали. У нас всё готово, но разбирать завал не спешим — с этим делом без шума никак. Тяну к себе Крама, чтобы тот наклонился.

— Пора, — шепчу ему на ухо.

Порожник кивает. Он знает, что делать. Как и Рабаня. Крам берёт волосатика за руку, и они вместе отходят чуть в сторону, исчезая в тумане. Не стоит раньше времени пугать вождей снежников — они ведать не ведают, какой дар есть у моего спутника. Крепь не столь высока, и Рабаня спокойно погасит туман уже сверху. Как раз в тот момент, когда Крам прыгнет в пропасть обратно. И случится это достаточно скоро.

— Будьте готовы, — шепчу я вождям. — Туман вот-вот пропадёт.

Ожидание тянется в муках. Так Рабанин час выйдет раньше, чем они поднимутся. Чего тут лететь?

Свет! Широченная долина Ерхата предстала пред нашими взглядами. В один миг мир явился желтеющими лугами на склонах под нами, зелёной полосой леса внизу, блестящей в рассветных лучах змейкой реки и горной стеной на другой стороне.

— Взялись!

— Расчищай!

— Все на завал!

Таиться теперь смысла нет. Обнаружившиеся под лесом с уходом тумана многочисленные серые пятнышки уже вовсю двигались. Хорты заметили нас. Скоро явятся.

— Ну всё! Бросили! По местам!

Это, как главный, ору уже я, и вожди тут же подхватывают мой приказ. Большая часть снежников тут же бросает возиться с камнями, и воины спешат к командирам. Мы загодя поделили людей. Каждый знает, что ему делать. Где-то четверть — больше будут друг другу мешать — продолжает расчищать завал у ворот, остальные выстраиваются на склоне дугой, ограждая работающих от ползущей к нам снизу серой волны.

Мы с вождями на пике, в нижней точке изогнутого строя. Крам вернулся и стоит со мной рядом. Видно, прыгнул вниз чуть в стороне и, когда с исчезновением тумана все принялись рассматривать долину, приземлился, никем не замеченный. Порожник уверен, что ему уносить меня вслед за Рабаней, когда станет жарко. Скоро решение «высшего» его удивит. По крайней мере я очень сильно надеюсь, что у меня появится шанс его удивить.

— Гляди. Останавливаются.

Вождям удивление, мне радость. Неужели, оно⁈

— Не стрелять! Далеко! Залп по команде!

Толпа хортов — а навскидку под нами, на склоне, их уже больше тысячи — остановилась в паре сотен шагов от нас. Было видно, как их более возрастные вожаки рёвом и затрещинами тормозят молодняк, не сразу понимающий мысленные приказы. Сейчас начнётся…

Есть! Я был прав! Отряд в три с лишним сотни воинов принят хортами за крупное скопление людей, достойное приветственной речи. Здоровенный и почти седой вожак здешней стаи выходит вперёд. Ну что, Ло? Теперь не отвертишься.

— Рашма гах, фаха! — вырывается из пасти зверя. — Божо го сахаг! — грохочет над склоном. — Хадрас! То сады дар га! — разносится по долине послание на языке гахаров.

И эти мерзкие звуки ласкают мой слух.

У меня получилось! Ло знает, что теперь я не стану сбегать с Крамом наверх. Если бес сейчас струсит, мы умрём, сражаясь с хортами в строю снежников. Я предупредил его, что решение принято и, если всё выгорит, обратно в долину оргаров я возвращаться не буду. Моя жертва станет частью той жертвы, что приносят сейчас, сами о том не ведая, эти храбрые воины. Я не оставил Ло выбора.

Давай, бес! Действуй!

— Язык хортов. Я выиграю нам время.

Это уже слова призванного мной Ло, обращённые к Багону с Таганом. Бес ободряюще хлопает вождей по спинам и шагает вперёд.

— Ты со мной.

Что⁈ А его-то он зачем схватил за руку? А что, если двоих не возьмут… Или могут взять? Как я сам не додумался⁈ Это же шанс! У меня есть шанс выжить!

Первый шаг, второй…

КОНЕЦ ТРЕТЬЕГО ТОМА

 Дорогие друзья, надеюсь моя книга продолжает вам нравиться.

Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/270431

 Начало следующего тома ждёт вас здесь. Не забудьте добавить его в библиотеку https://author.today/reader/289229/2626672