Глава 49. Не сбежишь!

Фэйра

Ночь была подобна кошмару, слишком много всего я узнала и, несмотря на все попытки Рована подготовить меня к правде, испытала самый настоящий шок. Мне было сложно принять реальный ход событий. Я не знала отца таким, каким он предстал перед моими глазами теперь, и все же письмо мамы подтвердило рассказ моего Ирбиса.

Засыпая, я обещала себе, что стану сильнее. Мысль, что история повторится вновь, что я приведу Рована к смерти, до безумия пугала. Поэтому мне предстояло запереть боль глубоко в своем сердце и научиться быть сильной. Ради него, ради нас, ради людей, которые день за днем умирали от нападений стригоев.

Пора оставить юную наивную принцессу позади и стать союзницей, способной стоять рука об руку с Северным Ирбисом, тем, кто годами защищал людей от скверны.

Солнечный луч играл на лице, пробуждая меня после темной ночи, полной страшных открытий. Несмотря на зимнюю пору, он приятно согревал кожу. Моргнув один раз, поморщилась от яркого света и перевернулась на бок, ощущая на талии тяжесть, а сбоку тепло сильного мужского тела.

Не собираясь отказывать себе в удовольствии, поднялась на локте, всматриваясь в мужественные черты лица. Грубая, немного дикая красота Рована поражала. Он был поистине невероятным. Я могла бы часами напролет рассматривать его и не устать. Широкие изогнутые брови, прямой нос, легкая щетина, напоминающая, что этот принц не станет строить из себя жеманного щегла, расхаживая в дорогих одеяниях по дворцу, сверкая вычурными украшениями. Он был другим. И я любила его таким.

Лишь пару раз я видела Рована спящим и мне нравилось наблюдать за ним, когда тяжесть неподъемного бремени на время спадала с широких плеч, позволяя этому сильному мужчине хоть немного отдохнуть. Заостренные черты лица неведомым образом смягчились, Рован казался значительно моложе.

Скользнув взглядом по манящим губам, не смогла остановиться и, склонившись, невесомо коснулась их своими.

– Всю жизнь бы так просыпался, – раздался хриплый ото сна голос, и на мою талию легла сильная мужская рука.

– Серьезно? – улыбнулась в ответ, когда Рован лениво моргнул, напоминая кота. – Тогда идешь к успеху. Я не из тех, кто предпочитает раздельные покои с мужем.

– Я бы тебе и не позволил жить отдельно… – улыбнулся он. – Даже не надейся! Ночи слишком длинные, чтобы отпускать тебя в другую комнату.

– Мы мыслим одинаково, – хмыкнула я, осторожно скользнув пальчиком по широкой брови.

Мне хотелось к нему прикасаться. Хотелось целовать… Я дышала им. Рован стал всем для меня… Лишь сейчас, позволив себе признаться в чувствах, я осознала, насколько сильно его полюбила.

– Еще, – произнес он, лукаво улыбнувшись.

– Что еще?

– Поцелуй меня еще раз, – попросил мужчина, встречаясь со мной взглядом.

Я видела его настороженность. Он пытался рассмотреть признаки вчерашней истерики, ожидал, что я вновь сломаюсь, не выдерживая правды.

И да, мне было тяжело, но я старалась не думать о прошлом, ведь важнее всего наше будущее.

Склонившись к нему, прижалась к желанным губам в легком касании. Я уже намеревалась отстраниться, когда рука Рована опустилась на затылок, путаясь в волосах, а поцелуй стал более грубым, требовательным.

Один молниеносный рывок, и я уже оказалась лежащей на шелковых простынях. Мужчина навис надо мной, опираясь на колени и одну руку, в то время как вторая собственнически скользнула по бедру.

В его поцелуях не было и намека на нежность, лишь безумный голод и страсть, опьяняющая, дурманящая сознание.

Я цеплялась за его широкие плечи, наслаждаясь тяжестью сильного тела, так соблазнительно прижимающегося к моему.

Весь мир перестал существовать. Были только мы, наша любовь и пламя, разгорающееся между нами все ярче.

Все изменилось. Мы изменились. Теперь я принадлежала ему, как и он мне. Больше не было недосказанности, сомнений и неуверенности.

Язык Рована танцевал у меня во рту, задевая нёбо, скользил по зубам, сплетался с моим.

Желая быть еще ближе, я обвила ногами талию своего дикого Ирбиса, слыша в ответ поощрительное урчание.

Шелковый халат, в котором я вчера заснула, распахнулся, оголяя мое тело, и Рован мгновенно воспользовался этим. Мозолистая шершавая ладонь сжала мое бедро, подбираясь все ближе к чувствительным местам. Опьяняющие ощущения заставляли меня трепетать. Я больше не хотела медлить. Нуждалась в нем целиком и полностью. Мы и так слишком долго ждали.

– Рован… – прошептала я, когда требовательные губы спустились к моей шее.

Я была готова умолять его о продолжении. Внизу живота разгоралось жидкое пламя. Томящая сладкая боль становилась все невыносимее, заставляя меня извиваться под сильным мужским телом.

– М-м-м-м… Ро… – начала я прежде, чем по комнате разнесся громкий стук в дверь.

– Проклятие! – зарычал Рован. – Я тебя скоро увезу в глухой лес! Может, хоть там нас оставят в покое! – скрипнул он зубами.

Стук вновь повторился.

– Какого черта?! – рявкнул мой принц. – Я сплю! Проваливайте!

– Ваше высочество, ее величество…

– Пошел вон! – не дослушал он голос слуги.

И пусть мне до безумия хотелось продолжить, мои отношения с королевой Элидой и так оставляли желать лучшего и портить их еще сильнее было бы совсем неразумно.

“У нас еще будет все время мира”, – успокаивала я себя.

Пока Рован ворчал на слугу, я ловко вывернулась, выскальзывая из-под его сильного тела.

– Куда? – рыкнул мужчина, пытаясь меня схватить, но я вовремя отскочила от кровати.

– Тебя мама зовет, – раздосадованно пожала я плечами. – Так нельзя. Вы три года не виделись.

– Мы вчера виделись! – буркнул Рован, садясь и недовольно поджимая губы.

– Все равно. Я никуда не денусь, – настаивала на своем, хотя совру, если скажу, что не желала, чтобы он остался.

Быстро поправив халат, я поспешила к двери, намереваясь предупредить, что принц скоро явится.

Рука коснулась замка, собираясь открыть его. И в этот момент твердое мужское тело прижалось к спине, придавливая меня к деревянному полотну.

Над ухом послышался рычащий голос моего дикого зверя.

– Черта с два я тебя и в этот раз отпущу! – горячее дыхание обожгло кожу, губы Рована бесстыдно припали к шее. – Пусть весь мир катится в бездну. Сейчас ты моя!

Мгновение, дыхание сбилось, когда халат затрещал под нетерпеливыми руками мужчины, распахиваясь под его напором. Острые зубы царапали ставшую слишком чувствительной кожу, заставляя трепетать, в то время как в поясницу уперся горячий член, явно выражая намерения его хозяина.

– Не сбежишь, – пророкотал он, напоминая хищника, поймавшего свою добычу. – Больше нет…