Глава 21

Василиса не видела, как это случилось, но слышала, как снаружи рыцари обсуждают казнь императорского рыцаря.

— Ну вот, и стоило ли оно того? — пробормотала Василиса себе под нос и свернулась на постели в комок.

До сих пор ее трясло от холода. На руках у Элемиана было куда теплее. Вот бы развести печку, но и вставать не хотелось. А еще она все думала, как так выходит, что несмотря на очевидную пользу, которую она принесла, ее едва не убили? Все-таки стоит вернуться в свой мир.

Но как убедить Наишу поменяться? Наверное, надо придумать какую-то хитрость. Добровольно она не согласится. Ну а что до ее условия... Слишком много было вокруг него «если». Если это возможно, если сама Василиса сможет и если выживет после, если Наиша сдержит слово. Нет, определенно надо найти другой способ.

Вскоре сидеть без дела стало совсем невыносимо, противоречивые мысли нещадно глодали ее. Она оделась в новые вещи и вышла. Тут же за ней последовали двое рыцарей.

— Госпожа, велено не отходить от вас ни на шаг. Просим серьезно отнестись к приказу.

— Да, теперь уж я точно от вас сама не отойду, — улыбнулась Василиса, подумав, что, пожалуй, если что-то ей не понравится вновь, лучше идти в палатку. По крайней мере, это самое безопасное место.

Она переживала, что снова придется выслушивать бред селянок, но к счастью, теперь никто не кидался на нее с вопросами и не вел себя фривольно. Все держали дистанцию. Небось Элемиан запугал. Впрочем, так будет проще.

Василиса нашла Фаира в палатке с тяжелобольными детьми. После того, как они перевязали их и напоили лекарствами, лекарь спросил не нужна ли ей помощь. Василиса пожаловалась на шею и поцарапанное ухо, которое она поранила, пока исполняла роль мешка с поклажей, катаясь на коне поперек седла.

Фаир предложил помочь, но для этого попросил рыцарей выйти, ведь надо ее осмотреть.

— Уж лучше нам попадет от генерала, что мы смотрели на его женщину без одежды, чем оставим тебя хоть на минуту, — заявил один один из них, и Фаир предложил отойти подальше от входа, где освещение магического камня рассеивалось.

Василиса села лицом к входу, где дежурили ее телохранители. Кто бы мог подумать, что у нее будут настоящие охранники. Ну прямо подружка олигарха. Василиса усмехнулась собственным мыслям и тяжело вздохнула, потихоньку спуская с плеч одежду. Угораздило так угораздило конечно…

— Милая, это дело рук генерала? — спросил Фаир непривычно мягким голосом, когда начал наносить мазь на ее шею. — Скажи, не стесняйся, если нужно залечить где-то еще. Это лучшее восстанавливающее средство.

— Спасибо, но не нужно. А вот Ройону бы не помешало. Совсем его заездили. — Василиса постаралась рассмеяться.

— И все же. — Вдруг прикосновение лекаря сделалось плотнее, он схватил ее за плечо и не дал развернуться, а потом прошептал в затылок: — Прошу, не подавай виду и ответь на мои вопросы. Кто ты такая? В лагере шепчутся, что ты святая, спустившаяся с небес.

Василиса дернулась, натянув рубашку, опять постаралась развернуться, но хватка лекаря сделалась сильной, уверенной. Василиса притворно расслабилась, а потом резко обернулась и столкнулась лицом к лицу с совершенно незнакомым человеком в одежде Фаира. Неужели превратился? Такое возможно?

— Т-ш, — улыбнулся он, глянув на стоявших у входа рыцарей, тактично не смотрящих в их сторону. — Прости, что не предупредил. Я не причиню тебе вреда. Меня послали из главного храма.

Василиса сама покосилась в сторону рыцарей. Стоит ей только крикнуть или сделать резкое движение, они точно заметят.

— Не бойся, я сейчас подойду и к генералу, — продолжил он мягким добродушным голосом, выставив вперед руки. — Но прежде хотел побеседовать с тобой. Мне важно, не удерживает ли он тебя насильно, противясь воле богини. И не нужна ли тебе помощь?

— Помощь? — пробормотала Василиса.

В голове вспыхнула надежда, но тут же погасла. Ничто не помешает этому человеку наобещать ей с три короба, а потом выкинуть где-нибудь на обочине или в лесу ее хладное тельце.

— Ходят слухи, ты из другого мира, — продолжил мужчина. — Если это так, то храм постарается вернуть тебя обратно. Мало ли что может случиться, если существо из другого мира, да еще с такими способностями останется здесь.

— Вот как? Только в храме об этом знают? — скептически хмыкнула Василиса.

Мужчина улыбнулся. Освещение в палатке не позволяло хорошо рассмотреть собеседника, только было понятно — он довольно молод, ни бороды, ни морщин не виднелось на его лице.

— Амрот тоже знает, но его никогда не волновали жизни окружающих, — с горечью в голосе ответил он. — Сочувствие ему не ведомо. Ведь уже в возрасте пятнадцати лет он убил собственную мать.

Василиса отшатнулась и едва не упала. Рыцари сразу повернулись. Мужчина же перед ней вновь стал лекарем Фаиром.

— Я представлюсь генералу и запрошу проверку твоих способностей, — произнес он, — а до тех пор подумай, о чем я тебе сказал.

Он вышел, а Василиса бестолково смотрела ему вслед.

— Сестричка, ты уйдешь от нас? — спросил мальчуган лет пяти, выглянув из-под одеяла. — На небеса к Всевышнему Гелиону?

Василиса только нервно пожала плечами и погладила ребенка по голове. Она ничего не понимала. Неужели у нее есть шанс вернуться без Наиши? А как тогда эти люди? Скольких Элемиан убьет в очередном приступе? Свою мать он убил так же? Да, наверняка это была случайность. Вот такая ужасная случайность, когда он не контролировал себя. Василиса подумала, как должно быть тяжело ему жить, зная, что он виноват в смерти собственной мамы.

Но лучше бы уточнить. А то может быть, это вообще слухи. Василиса отправилась с рыцарями искать Ройнона. Он ведь не просто подчиненный, судя по всему, а помощник и товарищ генералу-монстру. Может быть, он знает, что тогда произошло. И если сказанное жрецом правда, то не лучше ли остаться? Если она приносит пользу, спасает Элемиана от этих ужасных приступов, а людей от него, то она и правда нужнее здесь, чем в своем мире. Да и ничего не случится с мирозданием, ведь они с Наишей равноценно поменялись.

Ройнона она нашла не сразу в общей палатке-казарме на несколько солдат. Он лежал там один и читал книжку под светом магического камня.

— Василиса? — удивился он.

— Можно поговорить с тобой наедине? — спросила она, и Ройнон кивнул рыцарям, чтобы те вышли.

— Что случилось? — Он сел и отложил книгу, когда рыцари скрылись за пологом. Вот хоть помощнику генерала доверяют.

— Мне сказали, Элемиан убил собственную мать, — начала Василиса, хоть и было довольно неловко говорить об этом. — Это из-за приступа случилось, да? Он, как и в тот раз, потерял контроль?

Ройнон помрачнел и поднялся на ноги.

— Кто тебе сказал это?

— В лагерь пришел жрец из храма, — не стала лукавить Василиса. — Он сказал, что хотел поговорить со мной прежде, чем отправится к Элемиану.

Ройнон вздохну и опустил плечи.

— Так это правда, да? — Василиса попыталась представить, что он чувствовал тогда, и невольно сжалось сердце. Как ему не повезло родиться с такой ужасающей способностью.

— Не совсем так, — туманно ответил Ройнон, не глядя на нее. — Но причина была.

— Причина? — Василиса растерялась особенно от прячущего взгляда Ройнона. Неужели он что-то не договаривает? — Подожди, то есть это произошло не во время приступа?

Ройнон кивнул, а потом растерянно почесал затылок.

— Вот проклятье… — выругался он, неуверенно посмотрел на Василису и шагнул ближе. — Я поклялся не рассказывать никому, но ведь тут дело непростое, так что давай это останется между нами…

— Конечно, между нами! — согласилась Василиса и тоже наклонилась вреред, чтобы не пропустить ни одного слова.

— Что между вами? — раздался позади голос Элемиана, и Василиса вздрогнула. — Ройнон, чем это ты решил поделиться с моей пленницей?

Пленницей? В груди кольнуло от обиды. Ну да, конечно, кто она для него еще…

— Ты убил свою мать, будучи в здравом уме? — выпалила Василиса, развернувшись к нему и скрестив руки на груди. Раз он не щадит ее чувства, она не станет щадить его. — Не из-за приступа?

Он нахмурился, потом усмехнулся, как обычно нагловато и снисходительно.

— В очень здравом уме, — холодно ответил он. — Она стала первой, кого я убил силой богини по собственной воле.

— Но… — Василиса повернулась к мрачному и смотрящему в пол Ройнону, надеясь увидеть на его лице опровержение слов Элемиана. — Это слишком…

— В такой мир ты попала, Василиса. — Элемиан подошел, схватил ее за плечо, навис над ней точно коршун, его глаза опять полыхали синим огнем. — Помнишь, я говорил о цене. Так вот за все приходится платить. Та женщина мешала, и я устранил ее.

— Та женщина… — Василиса в ужасе дернулась. Какими бы ни были разногласия, как можно убить собственную мать, как можно называть ее «той женщиной». Даже свою мать-алкашку, Василиса никогда не называла так.

— Жрец разболтал, да? — прошипел Элемиан, притянув Василису к себе. — Я прикажу вырвать его болтливый язык.

— Нет! Не делай этого. — Василиса едва не плакала от досады и разочарования. — Он просто беспокоился за меня.

Элемиан схватил ее за второе плечо и тряхнул.

— Все беспокоятся за маленькую несчастную ведьмочку, попавшую в лапы ужасного монстра, да? — усмехнулся он. — Все спрашивают, как она себя чувствует, по утрам подходят поближе к палатке, чтобы узнать, не разорвал ли монстр ее в приступе. Святая, сошедшая с небес... И как там на небесах? Зачем Всевышний отправил тебя в наш грешный мир? Что натворила маленькая богиня в божественном мире, за что подверглась такому жестокому наказанию?

— Я-я не богиня, — бормотала Василиса, пульс бешено стучал в висках. Она опять боялась его. Обернулась на Ройнона, но тот и не думал останавливать или смягчать разгневанного начальника, просто стоял с опущенной головой.

— Конечно, не богиня, — бросил Элемиан и отпустил ее, но продолжил сурово смотреть полыхающими глазами. — Ты обычная девчонка, которая даже не знает о своем даре и принадлежит по праву добычи этому самому монстру. Живо за мной.

Он развернулся и быстро вышел из палатки. Василиса растерянно замерла, пытаясь осознать происходящее.

— Не заставляй его ждать, пожалуйста, — прошептал Ройнон. Он выглядел удрученным. — Это может плохо кончиться. Для всех.

— Василиса! — рявкнул Элемиан снаружи, и она поспешила на выход, не представляя, что теперь делать.

Снаружи рыцари стояли, склонив головы, а Элемиан нетерпеливо ходил рядом взад-вперед. Как только Василиса подошла, он схватил ее и закинул на плечо. Она охнула от неожиданности и вцепилась в его бордовый плащ на спине, хотя он крепко прижимал к плечу ее бедра и вряд ли бы она свалилась.

Он так и потащил ее через пол-лагеря, невзирая на многочисленных свидетелей. Испуганный шепот то и дело раздавался со всех сторон, а Василиса едва не плакала от безысходности. Вчерашняя ночь в пещере казалась сладким сном. Но, впрочем, так даже лучше, он показал свое истинное лицо, и она теперь не будет колебаться.

В палатке Элемиан бросил ее на лежанку, скинул на пол доспехи и набросился на нее без единого слова. Оттянул ворот рубашки, как обычно, расшнуровал, но сделал это резкими дергаными движениями, отчего рану на шее защипало. А потом уткнулся носом в ее ключицу и долго просто дышал, придавив своим телом. А вот Василисе с трудом давался каждый вздох, но и вымолвить она не могла ни слова. Просто не знала, что говорить. Казалось, все рухнуло. Он такой, какой есть, как она могла обмануться?