Глава 9

Деньги я взяла из его рук. Он буквально всучил мне их и грозно зыркнул, чтобы не смела его ослушаться. Мне было неудобно и стыдно брать их. Но взяла.

– Это очень много…

– Ну купи себе что-нибудь, что вы там любите. Помаду, лифчик.

– На помаду и лифчик тоже очень много.

– Потрать эти деньги на себя. Всё, мне пора.

Он собрался уходить, схватил свою футболку, быстро надел её.

– А может останешься? – спросила робко я, и он застыл на мне непонимающим взглядом.

– Зачем?

Я застолбенела. Что ему сказать? Зачем остаются на ночь?

– Ну… просто так.

– Просто так?

– Да. Не ради секса, а просто… Можно пообщаться, поговорить.

– Поговорить? Я тебе не психолог разговоры разговаривать. Это не ко мне.

– Тогда зачем я тебе? – решилась на волнующий вопрос.

– Чтобы трахать, – ответил он. – Зачем же еще?

– Ясно, – я опустила ноги вниз, сползла с кровати и принялась быстро одеваться.

– Ты можешь переночевать здесь, если домой далеко, номер оплачен до завтрашнего обеда.

– Нет, я просто подумала…

Он вдруг резко хватает меня за подбородок, притягивает за лицо к себе.

– А не нужно тут думать. Не влюбляйся в меня, малая. Тебе оно не надо.

– Тогда скажи, почему я?

– Понравилась. Захотел тебя. Я не привык себе отказывать. Но ты нос не задирай мне. Ты всего лишь временная игрушка. Понравится другая – возьму её. Ясно?

– Предельно, – прошипела я от боли, и он отпустил меня.

– Ложись спать. Я пошёл. Да, кстати, можешь ужин себе заказать, всё оплачено.

Ужин я заказывать не стала. Только спустилась в бар и попросила у бармена чего-нибудь выпить. Тот налил мне виски, красиво подвинул бокал. Я выпила всё залпом и зажала рот ладонями. Бармен усмехнулся.

– Для вас крепковато?

– В самый раз. Повторите.

Домой я шла пьяненькая. И плакала всю дорогу. Ну почему я такая? Что со мной не так? Почему у всех девушек моего возраста первая любовь, цветы, романтические свидания, а у меня только зверь из клетки, которому в принципе плевать, что трахать. Лишь бы оно шевелилось.

Не влюбляйся сказал. Тоже мне. Во что там влюбляться? В гору татуированных мышц? Я бы никогда не полюбила зверя из клетки. Он же дикий. И трахается, как ненормальный. У меня опыта не имеется, но я уверена, что этим можно заниматься и понежнее. И вообще он страшное, волосатое чудовище, увитое, словно венами, татуировками.

Но как же бьётся сердце, когда он рядом… Как пылает кожа, когда он прикасается… Со мной точно что-то не то. Это Стокгольмский синдром. Я влюбилась в своего насильника. Дура ненормальная.

Пока дошла домой возненавидела себя больше, чем его. И обиделась на него же. Мог бы и остаться на ночь, неужели в клетке лучше? Он ведь туда поехал.

Неужели ему не хочется свободы? Вкусно есть, красиво жить… У него есть деньги и немало. Он зарабатывает с каждого боя. Неужели номер в гостинице хуже клетки?

Я не понимала его. Как не понимала и себя. Какое мне вообще до него дело? Радоваться должна, что отпускает, а не запечатал в своей конуре. Денег опять же даёт. У меня сроду таких сумм не было. Хорошо же?

Но слёзы всё равно текли по щекам, оставляя солёные дорожки. Я слизывала их языком, шмыгала носом.

– Эй, красавица! Тебя куда донести? – послышалось из притормозившей машины и я ускорила шаг. – На руках отнесу, слышишь?

Я сделала вид, что оглохла и поспешила свернуть в скверик. Мужик, оравший мне из своей машины, остановился и я услышала как хлопнула дверь.

– Ну куда ты спряталась? Я всё равно найду тебя, – нараспев проговорил он. А у меня по коже побежали мурашки ужаса.

Зайдя за дерево, я застыла и затаила дыхание. Ночных приключений мне не хватало. Зря я психанула, нужно было остаться на ночь в гостинице. И плевать кто там что обо мне подумает.

Шаги мужика из машины послышались совсем рядом и он, кажется, меня заметил.

– Опа! А вот и ты! – хлопнул в ладоши подвыпивший мужик и тут же согнулся пополам от удара. Кто-то высокий в капюшоне вырубил его с одного удара под дых. И я, кажется, узнала своего защитника. Но что он здесь делает? Разве он не уехал в свою родимую клетку?

– Тархан? – я вышла из-за дерева, но он отвернулся и поспешил к дороге. Я бросилась за ним, только не успела. Он сел в такси. Машина промчалась мимо меня и я увидела его в освещённом салоне. Это был Безумный.

Получается, он за мной следил? Или провожал до дома?

Я отвернулась и пошла подальше от дороги, чтобы не попасть в ещё какую-нибудь переделку. Зря такси не взяла. Денег пожалела, дура.

***

Его ломало, как наркомана. Трясло всего от этой девчонки. Дурёха там себе любовь придумала, спать с ним захотела. А он бы и рад, только не его это всё. Романтичные прогулки под луной и красивый рассвет в обнимку с любимой – это не про Безумного. Мужики из клуба узнают, порвутся от ржача.

В гостинице она не осталась. Вышла почти сразу за ним. Где-то через полчаса. Спрятался за угол, покурил. Проследил за ней взглядом и неспеша пошёл следом. Кажется, она плакала. Из-за него, что ли? Действительно влюбилась? Или дурь просто в голове у неё засела. Или он обидел чем? Так вроде нет. Денег дал, ужин заказать разрешил, что не так?

Какой-то ублюдок притормозил рядом с ней, начал приставать. Она тут же свернула в сквер, исчезла из виду. А мужик, оставив свою тачку на обочине, поспешил за Элей.

У неё хватило ума спрятаться, но сделала она это херово. Он сразу же её обнаружил, как, собственно, и мужик. Последнему придётся побыть терпилой сегодня. Врезал ему в солнечное сплетение, того согнуло и сознание оставило его. Хлипкий мужик оказался.

– Тархан? – она выглянула из-за дерева, ринулась к нему, а он, вышел к дороге и тут же поймал такси. Запрыгнул в тачку, посмотрел на Элю, выбежавшую за ним. Спрятался, бл… . Теперь девчонка размечтается и снова что-то себе придумает. А потом не получит отдачи и будет реветь, как ревела, идя по тротуару. Что-то его занесло. Не его дело её безопасность. Хотя он решил иначе. Ещё бы. Игрушку попытались отнять. Этого он не потерпит.