Глава 27. Дары природы

Если в Жертвах Жадности в один день ты держишь героическую оборону, то во второй тебя роняют мордой в грязь. Это, похоже, закон игры. И ещё я отлично помнил, как наши женщины делали пряжу, как стояли посменно у ткацкого станка… Они получили отличную сероватую ткань. Да, не грёбаный шёлк, но вполне себе удобную! Я даже верил, что скоро надену первую свою рубашку… И вот сейчас отрыв этой ткани болтался у меня на лице, смоченный водой, чтобы можно было дышать.

Шёл семьдесят шестой день игры, всё шло насмарку, а Филя шёл показывать места захоронения тухлых яиц в лагере бандитов. Указывал он их группе серьёзно настроенных поселенцев, рассчитывающих убрать результат нашей диверсии за один день. Наивные маленькие жители Мыса!.. Мы гадили на века! И как-то даже не подумали, что надо всего на несколько дней.

А ещё мы были так глупы, что не взяли в плен ни одного бандита! Всех, кто не сбежал — убили, а все, кого не убили — сбежали. Теперь некого было отправить на неприятные работы. За день моим путём уже прошли близнецы, те участники диверсии, кто напрямую занимался яйцами, и часть из тех, кто рассыпал колючки… К вечеру дошла очередь и до меня — показывать оставшиеся цели для чистки.

Вчера после победы мы с Кириллом бессовестно напились, перевалив все дела на Котова, Борборыча, Сашу и Поляка. Те устроили массовое переселение новых жителей, и вскоре стало ясно, что в нижнем Мысе пришедшие к нам тысячи поселенцев никак не помещаются. В итоге часть важных и нужных людей пришлось спешно переселять в «крепость». Теперь вообще никто не знал, что, кто, где и как… Народ ходил ошалевший, и пока только одна цель занимала их умы — избавиться от вони. Вонь, конечно, нехило экономила съестные припасы, которые стремительно расходовались, но ведь это же не повод ей и дальше дышать?

Утром посёлок покинули поселенцы отдельных деревень и хозяйств. Только Финик ещё был на месте, помогая безутешному Клопу вырастить новые винные пальмы. Но завтра и он тоже собирался увести своих людей. В посёлке спешно организовывалась группа, которая собиралась занять плацдарм на месте Лосевки. Точнее, на мысу с той стороны пляжа. Кто-то заметил, что там в последнее время много рыбы, и Саша радостно принялся организовывать целый посёлок рыбаков.

— Вот сюда сваливали те яйца, которые нашли, — сообщил я, показывая на прикрытую дёрном ямку.

Скрёбший землю самодельными деревянными граблями парень с интересом уставился на нас большими глазами. Только они и были видны. Мы все ходили тут с повязками на носах — иначе от вони глаза режет — поэтому поголовно напоминали бандитов из вестернов.

— Ясно… Так, Мах и Санёк, давайте! — приказал старший группы своим подчинённым.

Двое мужиков ловко поддели дёрн деревянными лопатами… И лучше бы они этого не делали! Смрад из ямки дохнул такой, что пару человек сразу вывернуло.

— Не блевать! Не блевать! — заорал кто-то очень сообразительный. — И так вонь стоит до небес!

— Оу… Фу… — выдал женским голосом парень с граблями.

Ага! Ошибся я — не парень. Просто очень худая и глазастая девушка. Мешковатая безрукавка из кожи, варежки для защиты рук и бесформенные штаны отлично скрывали половые признаки. Вот такая тропическая эротика — не, ну а что?

— Может, завтра продолжим? — поинтересовался я у своих спутников. — Темно уже…

— Давай ещё пару мест? — взмолился старший группы. — Вам-то там, в крепости, ещё нормально, а у нас внизу ни сна, ни аппетита!

— Ну… Вон тут ещё место, у кустов! — указал я. — Туда тоже таскали, я со стены видел.

— Там колючки! — заметил кто-то из рабочих.

— Я сейчас програблю вам дорожку! — пообещала девушка с граблями, улыбнувшись, и начала расчищать проход.

На остров уже опустились сумерки, обещавшие всем нам прохладную ночь. Жара последних дней сменилась пасмурной и ветреной погодой. Сегодня в обед налетели тучи, и сразу стало ощутимо зябко. Ещё не хватало очередного шторма для полного комплекта!

Тоскливый крик неуловимой птицы разнёсся над Мысом. Скотина летала тут уже второй день, и никто её пока не видел. Хорошо, хоть слышали все, и никто не обвинял меня в персональных глюках…

— Ай! Скотство! — девушка с граблями запрыгала на одной ноге. Заметив удивлённые взгляды, она пояснила. — Сама на колючку наступила… Странно, какой-то запах тут…

— Это, наверно, опять яйца, — заметил старший группы.

— Да нет, другой… — ответила девушка, опуская ногу. — Ладно, сейчас подойдёте и сами учуете.

— Эй! — вдруг крикнул ей один из уборщиков. — Слышь!.. Э!.. Кусты это!..

Он так и не успел оформить в слова своё предупреждение о странном движении растительности за спиной девушки с граблями. Та, продолжая улыбаться, повернулась к кустам, и в этот момент её ногу оплёл зелёный побег.

— Ой, что такое? — её большие глаза округлились ещё больше.

Побег конвульсивно дёрнулся, сбивая девушку с ног, и начал втягиваться назад в кусты. Вместе с ней.

— И-и-и-и-и-и! — девушка, наконец, поняла, что всё идет не по сценарию, и завизжала.

На этот своеобразный призыв о помощи кинулись все мужчины в округе. Я тоже кинулся, радуясь, что хоть трофейный золотой топорик прихватил. Оружие было так себе — хуже копья и булавы, но ведь это был топорик!

Девушка на секунду скрылась в кустах с головой, а потом, судорожно цепляясь за траву, вытянула себя назад. Визг сменился совершенно неженским рёвом ужаса, а перепуганные глаза, кажется, заняли уже пол-лица.

— ПО-МО-ГИ-ТЕ-Э-Э-Э!.. — ревела девушка, отчаянно цепляясь за землю.

Я влетел в кусты и, каюсь, на секундочку застыл. За кустами, на небольшой полянке росло очаровательнейшее растение. Толстый нежно-зелёный побег высотой в человеческий рост и под полметра в диаметре, полукружие корней у земли, огромные, как у одуванчиков, листья и семь нежно-розовых лепестков на бутоне… Система была неумолима:

Са’уыкнис’зсо Д’л’г’нисский

Ночная форма

И только присмотревшись, я понял, что тащившие девушку побеги лезут прямо из центра прекрасного цветка со сладким будоражащим ароматом. Нежно-розовые лепестки свернулись в центр, втягиваясь куда-то внутрь, и обнажили совсем другие лепестки — красные, с чёрными зубами по окантовке.

— Я не хочу в цветок! — заорала девушка, проезжая по земле мимо меня, и перевела на меня выпученные глаза. — Помогите!!!

Я, наконец, сумел сдвинуться, выхватил топор и двумя быстрыми движениями обрубил побеги. Цветок начал недовольно раскачиваться, а девушка, подвывая от пережитого ужаса, скинула с себя обрубки побегов и принялась подниматься на ноги. Через кусты продрался отряд уборщиков, и старший спросил, вытаращенными глазами глядя на растение:

— Что это, ять!?

— А! Подарок бандитам от Финика, — отмахнулся я. — Только получили его мы!

Цветок не стал слушать нашу светскую беседу и выстрелил во всех участников новой порцией побегов. Мужики заорали, пытаясь разорвать крепкие волокна — кого-то зацепило за ноги, кого-то ухватило за тело, а бедная девушка вообще захрипела, потому что побег накрутился ей на шею. Я снова рубанул топором, освобождаясь от крепкой хватки.

Но пока я спешно возвращал себе свободу, в ненасытное соцветие отправилась всё-таки девушка с большими глазами… Глаз её мы, правда, теперь не видели. Были заметны только стройные ноги, не поместившиеся в бутон. Ноги судорожно дёргались.

«Симпатичные ножки!» — подумал я и только потом понял, что вот вообще не о том думаю и не в той ситуации… Какого лешего? На помощь к девушке я не стал кидаться, там, судя по количеству крови, которая брызгала через щели — уже некому было помогать…

Ноги, кстати, всё-таки втянулись внутрь, пока я обрубал побеги, охватившие мужиков-уборщиков. А ещё через несколько секунд бутон снова раскрылся — уже пустой, стреляя новой порцией зелёных ростков.

— Бегите! — закричал я рабочим и через мгновение оказался на земле, плавно смещаясь к цветку. Обе мои ноги оказались в захвате гадской дологнисской росянки. Три взмаха — один побег не сдался с первого удара — и я снова оказался на свободе.

Кто-то последовал моему совету, но вот тот самый парень, который пытался предупредить девушку — к сожалению, не успел. Побег обвился вокруг его ног и мгновенно втянул почти всё тело в снова закрывающийся бутон. Осталась только голова, и она ещё некоторое время орала, пока цветок всасывал добычу. Орала от боли, между прочим, и всё ещё была жива, когда лепестки закрылись над ней… Этого зрелища уже не выдержали все, поголовно спасаясь бегством.

Я сумел вырваться, хотя и уходил последним, прикрывая поражение человека перед лицом природы. Напоследок пришлось обрубить ещё с десяток цепких зелёных стеблей. После чего я рванул, как заправский спринтер, и остановился только метрах в двадцати от проклятых кустов.

— Охренеть! — выдал из себя старший отряда очистки. — И как теперь убирать?

— Днём убирать… — ответил я. — Днём дологнисские создания не опасны…

— Всем в голову похабщина лезла? — дрожащим голосом уточнил какой-то парень.

Нестройные «да!» показали, что не только я подумал о стройных женских ножках по примеру солнца русской поэзии…

— Пошли отсюда! — приказал я. — Надо предупредить наших, пока ещё кого-нибудь не сожрали. Тут этих цветочков дофига должно было вырасти…

— Ну вы и изверги! — с чувством и восхищением похвалил меня старший группы очистки. — Почему вот только росли так долго?

Я пожал плечами. Ответа на этот вопрос я не знал, но хотел поскорее сказать «большое спасибо» Финику за подгон. Несмотря на наше предупреждение, цветочки сожрали ещё человек пять. Девушку с большими глазами и косноязычного парня я потом в посёлке видел… Всё у них было хорошо. Совместное переваривание под корнями цветка сблизило их до образования влюблённой пары. Так что нет худа без добра… Наверно…

— В горах прохладней, — оправдывался Финик, когда к нему в предельном возмущении пришли все три головы руководства. — Наверно, цветы не смогли вырасти в жару, а вот теперь — пробились. Да вы не переживайте! Семена уже можно собрать, они в таком специальном мешочке в стебле!

— Финик, мы не переживаем, что семена собрать нельзя! — заметил я. — Мы переживаем, что он их может раскидать по округе.

— Нет, сразу не раскидает! — отмахнулся растениевод. — У них процесс только завтра к вечеру начнётся… А когда они выросли? Сегодня?

— А мы откуда знаем? — удивился Кирилл.

— Ну… Просто их надо быстро вырубить! — закончил Финик, делая вид, что за день очень сильно устал.

И это были ещё не все сюрпризы. Поздним вечером на посёлок приземлилась стая каких-то насекомых, напоминавших кузнечиков — только очень больших и с двумя парами прыгательных конечностей. Женщины подняли визг, а мужики азартно гонялись за букашками. В результате замаялись все. Но выгнать пришельцев было нелегко. Людям… Откуда-то налетела целая стая ворон (обычных земных ворон!) и принялась насекомых жрать, попутно обильно засирая посёлок.

Махнув на все дела рукой, я отправился спать. Честно говоря, меня всё ещё мутило после вчерашней пьянки с Кириллом, и никакой физический труд не мог вылечить моё похмелье. А нам продолжали подкидывать всё новые и новые напасти, не давая и минуты отдохнуть…

От нечего делать я полез в свои параметры. Вчера ведь так и не добрался до разбора призов от системы. Десять свободных очков прямо требовали своего скорейшего распределения. Два я закинул в ловкость, а остальное — в силу. Моё тело резко увеличилось в объёмах, хотя до того состояния, которое у меня было к двадцатому уровню, я пока явно не дотягивал.

Игрок: Федотов Ф.Л.

Уровень: 31

Жизнь: 12785 (12785)

Энергия: 9160 (9160)

Сытость: 42,00 %

Жажда: 56,00 %

Усталость: 34,00 %

Тепло: 95,00 %

Сила: 63,00

Ловкость: 40,00

Телосложение: 18,00

Интеллект: 9,00

Мудрость: 7,00

Вера: 9,00

Свободные очки: 0

Передаваемые свободные очки: 25

Свободный опыт: 111005/178571

Навыки (оружие):

Махание дубиной — уровень 3

Стрельба из лука — уровень 0

Тыкание копьём — уровень 3

Достижения:

«Тёртый калач»

«Упрямый баран»

«Безжалостная тварь»

«Могучие потроха»

«Основатель»

Схема развития:

«Я — червяк!» + 170 энергии

«Племенной бычок» +230 жизни

Особые умения:

Срыгнуть кислоту — уровень 0

Пассивные умения:

«Обоерукий»

Раскрыв умение «обоерукий», я получил описание — настолько же банальное, насколько и бесполезное:

«Обоерукий» — это тот, кто может в равной степени сражаться оружием в обеих руках. Просто на вас не будет накладываться штраф за подобное. Обоерукий — это не амбидекстр, а амбидекстр — не обоерукий. Не надо путать!

Улучшить полученное умение я никак не мог, оно просто было совершенно бесполезной строчкой. Вот «срыгнуть кислоту» хотя бы само собой прокачивалось! Кстати, совсем я забыл о своём срыгивании кислоты. А ведь мог бы уже потренироваться, попробовать применять в бою, в конце концов… Например, в битве с Медоедом оно себя отлично показало. Причём, само применилось, и я тут даже рядом не стоял. Надо учиться, надо помнить о своих преимуществах…

И вообще надо было накопить опыта и всё-таки получить новый уровень махания дубиной. А ещё хотелось бросить все дела в посёлке и срочно отправиться за медью и оловом. Во вчерашнем бою даже золотые пластины брони себя неплохо показывали. Да и топорик золотой отлично справлялся с теми же побегами!..

И ещё надо было идти — и всё-таки добивать бандитов. Потому что какой бы громкой ни стала наша победа, но эту галимую бандитскую вольницу на востоке пора было заканчивать. У нас теперь десять тысяч жителей в поселении, и всех их надо кормить, одевать и расселять по домам. Зато они теперь сами могут отбиться (ну почти от кого угодно!), а значит, больше не требуется постоянное присутствие ударников в посёлке.

С этими мыслями я быстро поужинал и отправился спать. День выдался тяжёлым, и завтрашний обещал быть ничем не лучше.

День семьдесят седьмой!

Вы продержались 76 дней!

А встал я до крика первого Плутона… В смысле, до первого крика Плутона. Парень ещё только готовился всех будить. Я приветливо ему кивнул и потянулся, расправляя затёкшие во сне мышцы. Небо всё ещё было заволочено хмурыми тучами, было весьма прохладно, да и ветер с моря нагонял волну. И оттого крик неуловимой птахи, летающей над Мысом, звучал лишь заунывнее и громче. Я даже не стал искать её взглядом — ещё ни разу не обнаружил, так что напрасная трата времени…

Подбросив дров в костёр между жилищами, я уселся и терпеливо начал ожидать открытия кафе Повара. Готовить завтрак самому мне решительно не хотелось. Плутон у меня за спиной что-то негромко бормотал себе под нос. Видимо, подбирал новую песню для побудки посельчан. С каждым днём бедняге приходилось готовиться всё дольше, потому что всё сложнее и сложнее было вспоминать песни про полёт и самоубийц. Хотя темы популярные, особенно про самоубийц, да…

Сегодня нам предстояло вырубать цветы и вычищать округу. Плотоядные растения под боком — это вовсе не то, о чём мечтали жители Мыса. Вышел из домика Саша и пристроился рядом на брёвнышке. Некоторое время мы сидели молча.

— Еда заканчивается, — заметил мой партнёр, наконец. — Надо снова охоту возобновлять. И Финика отправлять на его плантацию…

— Возобновим, — согласился я. — На сколько дней ещё хватит?

— Не больше недели, — ответил партнёр. — Кажется, снова будет шторм?

— Может быть, — согласился я, поддерживая общение. — А может, и пронесёт мимо. Как думаешь, осилим мы с такой кучей народа серьёзную стройку?

— Это какую, например? — поинтересовался Саша. — БАМ строить будем?

— Зачем БАМ? — удивился я, пытаясь сообразить, о чём речь, а потом вспомнил. Байкало-Амурская магистраль, ну конечно же… — Срубики бы нам или хотя бы землянки! Хотя срубики — объективно лучше. Можно сделать двухэтажные дома…

— Нам бы эти обновить! — Саша усмехнулся и кивнул на наши жилища.

— А-а-а-а! Эй! А-а-а-а! — согласился с ним Плутон весьма странным способом. Голос парня сегодня был особенно неприятным.

— Странный репертуар… — пробормотал Саша, поворачиваясь, да так и застыл с открытым ртом.

Я тоже не удержался: повернулся в ту сторону и уставился на Плутона, которому сегодня не надо было петь о полётах. Он тупо — летел…

Раскинув широкие перепончатые крылья землистого серого цвета, отрастив на спине горб, Плутон уходил ввысь. Всё выше и выше…

— А-а-а-а-а-а! — испуганно прокричал парень, а потом замахал руками и выдал что-то осмысленное. — Да что ты творишь, тварь?! Не кусай ухо!..

И только тут я понял, что странный горб у него на спине — это относительно маленькое тельце с маленькой же головой, похожей на голову птеродактиля. И крылья принадлежат как раз этому летающему существу. Причём, с другой стороны, которая была обращена к земле во время полёта, крылья переливались, отражая все цвета окружающего мира.

Кулак Плутона влепился твари в морду, отчего та печально запищала, как делала это всё то время, пока присматривала себе добычу.

— Так вот почему её не было видно! — радостно вскрикнул выбравшийся из дома Толстый.

— Она хамелеонит! — поддержал её Вислый.

— А-а-а-а-а! Ты куда меня тащишь?! — кричал Плутон, чьи ноги поднялись уже метров на десять над землёй и медленно проплывали на восток над нашими головами. — Я лечу-у-у!

— Давай, Плутон! — обрадовался Толстый.

— Ждём спутниковые карты местности! — добавил Вислый.

Два великовозрастных придурка, как полоумные, скакали под парящим в воздухе парнем.

— Да какого хрена!? — закричал Борборыч, вылезший посмотреть, что происходит, да так и застывший в немом изумлении.

Посёлок просыпался и смотрел в небо. Мы туда так редко смотрим, а здесь — такой повод! И да, дотянуться до злобного похитителя Плутона мы уже никак не могли, а даже если бы попали — парень упал бы на землю с немаленькой высоты… Не то, чтобы он был против перерождения, но вдруг не разобьётся насмерть — и будет пару дней калекой ходить?

— Ну да, логично… Если есть вышронская тварь, похожая на тиранозавра, то почему не быть другой — похожей на птеродактиля, — заметил я, прочитав системное сообщение.

[эу’аланавар] вшронский

Уровень 39

Опасность для Игрока: средняя

— Эулановар, — пробормотал Саша. — Интересно…

Эулановар медленно и тяжело махал перепончатыми крыльями, смещаясь на восток и унося туда Плутона. Парень, наконец, перестал дёргаться и даже нашёл способ управлять полётом — надо было просто поворачивать морду эулановара в выбранном направлении. Издалека они снова казались единым целым, бредом больной фантазии, невероятной фантасмагорией… И на фоне рассвета тёмная фигура с перепончатыми крыльями выглядела как нельзя более зловеще, предвещая нам новые беды и невзгоды. Потому что мы в игре… И должны страдать… Так решила система… но система со мной не согласилась:

Поклёп и провокация — это не я!

Немножко от автора читателям

Дорогие читатели! Вторая книга завершена, и автор, как водится, возьмёт недельку «побить баклуши», «поиздеваться над читателями», «поничегонеделать»… Уверен, так многие посчитают. А на самом деле, на подготовку новой книги про Филю. Можно было бы и не брать — отдохнул на Новый год, и хорош!

Вот только тут дело такое: автор все дни после Нового года проболел — и всё ещё болеет. И вроде бы нет температуры, но состояние отвратительное. Можно не делать анализы — это ковид, потому что автор контактировал с больными буквально за полторы недели до заболевания. Симптоматика очень схожая, а там всё подтверждено.

В общем, не болейте, дорогие читатели! И я тоже постараюсь побыстрее выздороветь и сразу начать писать следующую часть цикла!