Я не буду оправдываться

На фотографии нет Итана а есть огромный темно-серый волк. Красивый, с острой мордой, янтарными глазами и недовольным взглядом в кадр.

- Боже! Это... Это?! – не понимаю как выразить.

- Его душа, его сущность, настоящее «я». Скажи, он очень красив! - выдыхает Дезире.

- Да, - киваю я, ощущая колкий взгляд Дениса.

- Дарю, - улыбается она и протягивает фото. - Я щедрая. А ты будешь любоваться.

- Значит, у него тоже фотография моей души? - понимаю я, и бросаю взгляд на Итана, который по-прежнему держит снимок. Становится так интересно что там видно.

- Всего что у тебя есть, если есть магия, проклятье, родовое, к примеру. Все видно. Это мой второй дар. Я сначала рисовала, как чувствовала. Знаешь, ты этого не видишь, но если отпускаешь руку, то она передает то, что нужно. Ну а потом появились фотоаппараты, и я была счастлива что теперь не надо возиться с кисточкой и вонючими красками.

- Это здорово! А это что? – я показываю пальцем на фотографии на красное, будто кровавое пятно на лапах волка. – Он ранен?!

- Не-ет! – тянет Дезире. – Это, как раз то, что я говорила, наш бескровный девственник наконец-то отступился от своих занудных принципов и пролил кровушку. Кровь на руках или лапах – это убийство. Думаю, здесь совсем немного. Один или два. Итан?

Итан молчит, я вижу, насколько он бледный, насколько злой и понимаю, что он не хотел, чтобы я знала.

Знала сейчас.

- Один или два, Итан? - повторяет Дезире.

- Один, - быстро отвечает он. – Это было один раз.

- Боже, я фоткала эту вампиршу на ней столько было крови. Я фотографировала её обнаженной и все её тело было в крови, аж по шею. Это было красиво, но жутковато… - начинает лепетать Дезире, и я понимаю, что если сейчас не сяду, то упаду точно. Ищу глазами стул, опираюсь на него, медленно сажусь.

Дезире, поняв, что потеряла собеседницу в моем лице быстро фотографирует Дениса. Тот морщится от света вспышки, а женщина берет его фотографию в руки и всматривается в неё.

- Обычный человек, - говорит она свой вердикт. – Влюбленный, злой. Зачем вы якшаетесь с людьми, Итан?! Это ниже твоего уровня.

Итан молчит, он прекратил рассматривать моё фото и хмуро молчит о чем-то думая.

- Ева, на минуту. Сейчас, - говорит он внезапно, идет ко мне, хватает за руку и буквально стаскивает со стула. Я едва успеваю бежать за ним, когда он открывает дверь, мы выходим на улицу и он закрывает её снова и тут же прижимает меня к ней.

- Так. Говори правду, не смей сейчас врать или юлить, от этого зависят наши жизни! Ты спала с Денисом?

- Что? - его это интересует прямо сейчас, да? Очень вовремя решил мне тут рассказывать про верность. Самое время. - Да… я же не знала о тебе.

- Помолчи. Ты была девственницей?

- Да.

- Защита была? - сначала я не понимаю, как защита а потом чувствую, как щеки покрываются красными пятнами. Он про презервативы, кажется.

- Нет, - выговариваю я. Что мне было делать? Всё было так быстро, и неожиданно. Никто не был готов. И вдруг, до меня доходит. – Я что, беременна?

- Нет, ты не можешь быть беременна. Ты бесплодна, Ева. Мне жаль.

Он говорит это разбивая каждое слово на отдельное предложение. Будто ему не жаль, будто ему больно говорить.

Он вкладывает мне в руку фотографию и отстраняется от меня, погруженный в темные мысли.

Моя фотография другая, я вижу себя, но очень слабо, зато впереди меня освещается что-то странное, синее. Как-будто рунический символ. Правда, я в них не разбираюсь видела в какой-то из книг, подаренных мне медсестрой.

- Бесплодность видна по тому, что серое. Если присмотришься у тебя черно-белое пятно там, где твое лоно, - бросает Итан.

Приглядываюсь. Вижу. Действительно, будто часть тела стала серого цвета, будто наложила фильтр. Выдыхаю.

- Тогда… зачем этот допрос? Он был мне неприятен. Я не должна была хранить верность, тому, про кого не знала!

- Я понимаю. Я не об этом. Мне неприятно, что ты была с ним, но это мы переживем. Я просто должен быть знать, как ты это сделала.

- Сделала что?

- Денис не поддается магии, он практически антимаг, на самом деле, и при этом, он её не видит. При этом, Дезире увидела что он четко человек а мы, благодаря тебе видим что антимага очень легко отличить от человека по её фото. Вывод только один - в нем твоя кровь. Если вы не игрались в Беллу и Эдварда то только одно объяснение - ты отдала ему свою девственность. Твоя кровь впиталась в его тело. Теперь он не сможет даже притворится, как некоторые антимаги, будто на него что-то действует, потому что он не видит магии, а магии становится все больше и он будет легкой мишенью. Все решат что он антимаг, как только он случайно на что-то наткнется. Да хоть на такую вот Дезире, на любого Вечного с магией, что влияет на окружающих. И всё! Нам надо думать теперь не только о твоей безопасности, но и о его. Понимаешь?

- Понимаю, - киваю я. - А еще ты, действительно сердишься на то, что я спала с ним.

- Да, сержусь, Ева.

- Я сказала, я не должна была быть тебе...

Итан нависает надо мной и я затыкаюсь. Он начинает говорить очень тихо.

- Зачем ты это сделала, Ева? Ты любила его? Ты хотела его?

- Я… я не буду оправдываться за это, - качаю я головой.

- Если он тебя заставил, если он сделал тебе больно, был груб, я его убью, - говорит Итан так проникновенно, уверенно и спокойно что я верю. Он действительно убьет с такой же легкостью как и купит мне чая. Я абсолютно ему верю и вжимаюсь сильнее в металлическую дверь.

- Не надо. Прошу, не надо. Все нормально, - шепчу я.

Он смотрит мне в глаза и я хочу спрятаться. Зверь, хищник, монстр. Он слишком силен и не только физически но и внутренне. И самое ужасное - он знает меня насквозь.

- Пока посмотрим, - он приближается губами к моей шее. От ощущения его дыхания на своей коже я замираю. – Я выведу его запах из тебя. Выебу его из тебя. Ты будешь только моя. Всегда.

- Не надо… здесь так близко, - шепчу я чувствуя, как его руки снова находят знакомые места на моем теле, поднимаются от талии к груди, только теперь делают это под моей блузкой, а губы осторожно ласкают шею. – Могут увидеть же, Итан, не надо.

- Пусть завидуют, - отвечает он и я чувствую, что он улыбается. Ладонь так и останавливается под грудью, и какая-то часть меня невероятно хочет, чтобы она прошла немного выше, совсем чуть-чуть. Но разум настойчиво сопротивляется.

- Что ты понял? Про меня, что ты понял? – говорю я надеясь его отвлечь. - Ты сказал, что я антимаг, но не сказал какой. Ты же это хотел узнать.

Да, сработало. Он чуть отстраняется.

- Ты седьмой антимаг. Твой отец был шестым поколением антимагов в своем роду, зараза, и мне не сказал, - хмыкакет Итан, задумавшись о чем-то. - Не знаю, понимал ли он это, но это все объясняет. Он был слишком силен уже в своё время. А ты обладаешь высшей магией, которую только может иметь антимаг. Тебя нельзя будет выкупить ни под каким предлогом. Ты то, почему они уничтожают любого, кто может хоть немного быть антимагом. Ты то, чего они боятся. Чего рождения они боялись и оно случилось.

- Почему они так боятся седьмого антимага? – шепчу я.

- Потому что твоя сила не сопротивляется, или видит любую магию. Ты можешь уничтожить любую магию. Ты можешь стереть любую их работу, но главное – ты можешь убить любого из них. Если они узнают о твоем существований они используют все, чтобы найти тебя и убить. И, если они узнают, что ты родилась из-за меня, из-за того, что я спас твоего отца. Мне тоже придет конец. Денису. Дезире. Любому кто с нами связан. Ты их мишень.