ГЛАВА 28

Я сразу понимаю, что произошло что-то страшное. Я выглядываю в окно и вижу, что охранники суетятся, громко кричат. Несколько человек прыгают в машину и резко уезжают с территории дома. Другая машина, наоборот, приезжает.

Не в силах больше оставаться в неведении, я выбегаю из дома под шум колотящегося сердца, и даже не замечаю, что босиком.

Тело мгновенно покрывается ледяными мурашками, но это все ерунда. Главное, чтобы с Климом было все нормально. Даже думать о плохом не могу.

— Что случилось? — бросаюсь к высокому парню. Он давно работает с Аресом и недавно сопровождал меня, когда я ехала с Борисом. Предполагаю, что теперь он меня охраняет.

— Анна, вернитесь, пожалуйста, в дом, — набрасывает мне на плечи свою куртку.

— Я не уйду, пока не узнаю всю правду, — уступать я не намерена.

— Прошу вас не усложнять ситуацию. В доме вам будет безопаснее всего. Это приказ Ареса.

— Я не сдвинусь с места, пока вы мне не скажете, что случилось. Вы прекрасно знаете, что я не отстану, — решительности у меня хватает и твердости характера.

— Одну из машин Клима взорвали, — говорит жестким голосом.

Смысл его слов доходит не сразу. Я смотрю на парня, не моргая, и торможу фантазию, которая подбрасывает мне жуткие картинки.

— Что с ним? — едва шевелю пересохшими губами.

— Я пока не в курсе.

С Аресом все хорошо. Я чувствую. Иначе быть не может.

— Мы едем к нему. И это не обсуждается, — разворачиваюсь и бегу в дом.

Быстро натягиваю на себя одежду, приглаживаю волосы и спускаюсь.

— Арес приказал не выпускать вас, я не могу ослушаться приказа, — суровое лицо мужчины становится еще жестче.

— А мы ему ничего не скажем. Ты главное под горячую руку не попадай. Арес сначала поругается, а потом будет рад меня видеть и сменит гнев на милость. Не волнуйся. Отвечать за все буду я.

— Что-то я сильно в этом сомневаюсь.

Юркнув в салон автомобиля, нагло сажусь на заднее сиденье и смотрю на парня.

— Быстрее. Нам нельзя опаздывать, — подгоняю его.

Когда хлопает дверь и за руль садится охранник, я тихо радуюсь, что смогла его уговорить.

— Если Арес сейчас все хорошо, он убьет нас.

— Главное, чтобы он живой был, — обнимаю себя руками, чувствуя, как по плечам бежит озноб.

Мужчина, больше ничего не говоря, медленно выезжает из двора.

Я от нестерпимого желания скорее увидеть Клима и убедиться, что с ним все в порядке, постоянно ерзаю, поправляю волосы и не могу найти себе места.

Я пытаюсь внешне сохранить спокойствие, но внутри мое сердце рвется на части. Всплывают в памяти все прошлые покушения, и становится безумно страшно.

Только бы с Климом все было нормально. Чтобы между нами не было, но я не желаю ему смерти. Я хочу, чтобы он был счастлив.

С нами едут еще две машины. Мы долго пробираемся по пробкам в центр города.

В это время я достаю телефон и захожу в новости. Просматриваю много сайтов. Один раз только мелькает информация, что загорелась машина известного предпринимателя. Никакой конкретики и имен. Ясно, что люди Ареса все чистят. Легче мне не становится.

Когда я уже нахожусь на грани, чтобы разреветься, машина паркуется возле бизнес-центра. Это немножко успокаивает. Главное, что мы не в больницу приехали. Я быстро вылетаю, но мой охранник успевает меня схватить.

— Подождите. Без меня вас не пропустят.

— Тогда идем быстрее.

Но мужчина как будто специально заходит в здание очень медленно. Договаривается с охранниками, и только после этого нас пропускают.

Дальше мы поднимаемся на лифте. Мне кажется, что цифры на табло меняются с черепашьей скоростью. И как только двери разъезжаются, я пулей вылетаю, бегу по коридору под громкий стук сердца.

— Анют, ты чего здесь делаешь? — тормозит меня Зевс, рядом с ним стоит Ставр и еще какие-то люди.

— Где он? С Климом все нормально? — жадно глотаю воздух, пытаюсь отдышаться.

— Не волнуйся. Он в кабинете. Сейчас его полечат, и все будет нормально, — странно усмехается Ставр. И его реакция лишь добавляет волнения.

Не обращая на него внимания, я захожу в пустую приемную. Дверь в кабинет открыта, и я вижу, как Арес сидит на диване и разговаривает по телефону. А возле него крутится девушка. Молодая, красивая. В черном обтягивающем платье, с копной белых волос.

— Надо обработать рану, снимайте рубашку, — просит она томным голоском и достает аптечку.

Наверное, это секретарша, которая по совместительству решила и обязанности медсестры выполнить. Вот же наглость. Я, конечно, очень рада, что с Климом ничего серьезного не случилось, но если он сейчас снимет перед девчонкой рубашку, то в полной мере ощутит силу моей злости.

— Кровь течет. Надо остановить, — девчонка тянется к пуговицам рубашки.

Я замираю, наблюдая за неприятной картиной. Сердце стучит с перебоями, обливаясь кровью. Я не ревную, мне все равно.

Повторяю постоянно, но слова не действуют.

— Отстань, жена дома обработает, — Клим отмахивается от нее и продолжает говорить по телефону.

— Не знала, что у вас появилась жена, — девчонка обиженно встает с дивана и направляется к двери.

— Ой, — пугается, заметив меня. — А вы записывались на прием?

— Мне не нужно, — отвечаю строгим тоном и захожу уверенной походкой в кабинет. Сразу показывая, что я здесь неслучайный человек.

— Что ты здесь делаешь? — Клим прожигает меня недовольным взглядом. — Я же приказал ждать меня дома.

Сбрасывает вызов и убирает телефон в карман.

— Не подчиняюсь я твоим приказам, — сажусь на диван рядом с ним, сразу же обращаю внимание на рану.

— Неужели волновалась за меня? — наклоняется, нежно целует в щеку.

— Вот еще, — отворачиваюсь от него.

Я волновалась за него, а он тут с девицей…

— Значит, мне показалось. И ревности в твоих глазах тоже нет?

— Если я буду ревновать к каждой женщине, с которой ты спишь…, — договорить он мне не дает. Сгребает в охапку и крепко сжимает до боли в теле.

— Не спал я с ней. Не ругайся. Но мне очень приятно, что ты приехала.

Не ожидала от него услышать такое признание.

— Что случилось? Расскажи мне.

— Машину взорвали. Борис сильно пострадал. Он в больнице сейчас. И я уверен, что покушались не на меня, а на него.

— Хотели убрать исполнителя, чтобы мы на заказчика не вышли?

— Да. Следы заметают. Кто-то начал сильно психовать, значит, я уже близко.

— А ты как себя чувствуешь? — смотрю, что рукав его рубашки все сильнее пропитывается кровью.

— Меня слегка цепануло. Руку повредил.

— Которую жена должна обработать? — игриво приподнимаю бровь, желая уколоть его. — Не знала, что она у тебя есть. Или ты хотел сказать: бывшая?

— Язва, — вдыхая мой аромат, проводит носом по шее. — Но ты ведь не дашь мне истечь кровью?

— Покажи рану.

Когда Арес расстегивает рубашку, я вижу у него на боку под сердцем новую татуировку.

«Вместе навсегда»

Когда-то мы собирались набить одинаковые тату. Я сделала, а Клим не успел. Но зачем он сейчас ее сделал?