ГЛАВА 33

Андрей – Ну, что, готов всё размять и замять? – хохотнул Семён, когда мы въехали на территорию спа-отеля. – Клоун, – покосившись на друга, фыркнул я и, с трудом скрывая улыбку, поинтересовался: – А ты? Не за компанию же со мной на эти курсы ходил? – Нет, конечно, – расплылся он в довольной улыбке и, нахмурившись, уточнил: – Надеюсь, ты Свете не проболтался, что я тоже приеду? – Я же не враг самому себе, – хохотнул и, кивнув на здание отеля, напомнил: – Так они бы обе не приехали. – Хорошо, что девчонки сняли отдельный домик, – проурчал Семён, припарковывая машину. – Но-но, – предупреждающе прорычал я и, хлопнув его по плечу, предупредил: – В домик не суйтесь, нам с Ирой многое замять, то есть выяснить надо. – Да я уже понял, – расхохотался друг и, поиграв бровями, проурчал: – Не перестарайся, а то поведёшь свою зазнобу под венец с начинкой. – Почему бы и нет, – улыбнулся и, закусив губу, мурлыкнул: – Спасибо за идею, кстати. – Мы не рано? – осматривая территорию отеля, спросил Семён. – Тебе ещё номер снять надо, – напомнил и, усмехнувшись, добавил: – И отменить её процедуры, если… – Зачем отменять? – выходя из машины, отозвался он и, достав из багажника сумку, мечтательно протянул: – Я ей сам процедуру устрою. – Удачи, – пожав руку, пожелал я и, кивнув на один из домиков, пророкотал: – А я пошёл загонять мою лань в ловушку. – Помягче с ней, – нахмурился Семён и, поцокав, намекнул: – Не думаю, что Света согласится мирить вас повторно. – Помягче уже было, – хмыкнул и, похрустев костяшками пальцев, проурчал: – Теперь надо радикально. Отсюда она уедет только моей невестой. – Свету задержи, – улыбнувшись, кивнул друг и, закинув сумку на плечо, направился к зданию отеля. Пока шёл к домику с заветным номером, скинул Светлане сообщение и когда подошёл ближе, она уже выглядывала в приоткрытую дверь. – Привет, Андрей, – поздоровалась вполголоса Света и, оглянувшись, зашептала, приложив палец к губам: – Тихо, Ира спит, кажется. – Не проболталась? – уточнил, проходя в гостиную. – Я пока жить хочу, – фыркнула девушка и, глянув на часы, заторопилась. – Идём, я всё покажу. – Не торопись, она же спит, – присев на диван, напомнил я. – У меня сеанс иглоукалывания, – покачала она головой. – Любишь острые ощущения? – хохотнул и, зажав рот ладонью, хрюкнул. – Тихо ты, – зашипела Света и, поцокав языком, проворчала: – За время работы с Семёном острых ощущений мне и так хватило. А сейчас это просто была единственная доступная процедура. У них очередь даже на эту жесть, оказывается. – Ну тогда веди, – протяжно вздохнул и, встав с дивана, последовал за рыжим и недовольно сопящим Сусаниным в юбке. – Вот, – заведя меня в одну из комнат, гордо сообщила Света, а я присвистнул от удивления. Просторная комната напоминала одновременно ванную и процедурный кабинет. В углу располагалось огромное джакузи, а вдоль стены небольшой кожаный диванчик и два кресла. Посреди комнаты стояла массажная кушетка, застеленная белоснежной простынею, а небольшой шкафчик и несколько полок были забиты кучей ароматических свечей и десятком баночек, тюбиков и флаконов. Заглянув в приоткрытую дверь смежной комнатки, заметил небольшой санузел с душем, унитазом и раковиной. На рогатой кованой вешалке висело два халата, а на тумбочке красовалась стопка пушистых полотенец. – Успеешь рассмотреть всё потом, – заворчала Света и, сунув мне в руки халат, скомандовала: – Иди готовься, а я Иру приведу. – Готовиться? – переспросил, вздёрнув брови. – Ну не в этом же ты будешь её… хм?.. – указав рукой на мои джинсы и футболку, фыркнула она и, покраснев, буркнула: – Мириться, короче. – Разберусь, – расплылся в улыбке и, прежде чем направиться в ванную, зажёг несколько свечей, погасил верхний свет и включил расслабляющую музыку. Пока закрывшись в ванной, переодевался в пушистый халат, из-за полуприкрытой двери начали доноситься звуки. Сначала шаги, демонстративные вздохи, а потом последовало ворчание, переросшее в небольшую перепалку. – Ирка, не вредничай, – возмущённо шипела Светка. – Я за этот сеанс кучу денег отвалила. – Ну хочешь, я верну тебе твою кучу? – уставшим голосом хныкала моя лань. – Я правда спать хочу. Все эти процедуры меня вымотали. – Так, хватит ныть! – рявкнула Света, а следом скомандовала: – Быстро раздевайся и мордой в дырку! – Чего? – озадаченно промямлила Ира, а я едва сдержал смех. – В какую дырку? – Вот, смотри, – послышались шаги и последующий инструктаж уже голосом, полным раздражения: – Вот кушетка, вот дырка. Ложись туда лицом и расслабься. – А где же массажистка? – вздохнула Ирина. – Руки моет, – отмахнулась Света и, протяжно вздохнув, упрекнула: – Ну что ты как маленькая? Смотри – свечи, музыка, а главное, ничего делать не надо. Расслабься и получи удовольствие, а я пошла, а то уже опаздываю. – А если?.. – Не выпендривайся, – рыкнула Света и, процокав до двери, спохватилась: – И не забудь. Твой, то есть твоя массажистка русский язык не понимает. – Совсем? – Абсолютно, – констатировала рыжуля и, приоткрыв дверь, добавила громче, чем требовалось: – Если бы понимал…а, то не косячила бы. – Ты о чём? – напряглась Ира. – Так, просто вспомнила кое-что… – фыркнула Света и, тактично кашлянув, усмехнулась: – Приятного массажа. Всё, я убежала. – Хорошо, что разговаривать не придётся, – раздалось ворчание Ирины, едва за Светой закрылась дверь. Раздалось шуршание одежды и, заглянув в щёлку чуть приоткрытой двери, я чуть не заурчал от предвкушения. Моя лань скинула халатик и, оставшись в одних крошечных трусиках, устроилась на массажной кушетке. Легла на живот и, прикрыв попу полотенцем, опустила лицо в специальную прорезь в изголовьи кушетки. Судорожно вздохнув, я вышел из укрытия и, демонстративно хлопнув дверью, дал понять, что готов приступить к «замятию» наших проблем. Стараясь не капать слюной и контролировать перешедшее почти на хрип дыхание, подошёл ближе. Достал прихваченное с собой массажное масло и, щедро налив на руки, растёр между ладонями. От первого прикосновения Ирина вздрогнула, но через пару минут расслабилась. Вспоминая, чему научился на курсах, прошёлся по плечам и шее лёгкими расслабляющими поглаживаниями. Чувствуя себя настоящим гуру массажа, чуть не заурчал, когда моя лань начала сдержанно постанывать и мурлыкать от удовольствия. – Какая я была дура, что отказывалась, – едва слышно промямлила Ирина. – Какие нежные и сильные руки. Я бы вас даже поблагодарила, но жаль, что вы не понимаете по-русски. Хмыкнув, расплылся в довольной улыбке, но Ирина даже не заметила моей реакции на свои слова. Размяв плечи, шею и хрупкую спину, постепенно спустился руками к узкой талии, ненавязчиво сдвигая полотенце всё ниже. К урчанию добавились протяжные стоны и, вконец обнаглев, я абсолютно нечаянно скинул полотенце с манящей упругой цели. Иришка ойкнула и, пытаясь поймать ускользающее полотенце, начала подниматься. Это в мои планы не входило… Сдёрнув со своего халата пояс, поймал её руки и, опустив с двух сторон под кушетку, связал, быстро фиксируя за металлическую конструкцию. – Эй вы!.. – всполошилась моя лань, пытаясь слезть с кушетки. – Как вас там? Что это значит? – Всего лишь особенность массажа, – фиксируя руками узкую талию, прорычал и, склонившись к покрасневшему ушку, пояснил: – Будем радикально устранять проблемы и недопонимания. – Андрей! – взвизгнула Ирина и, пытаясь повернуть голову, завозилась. – Не понимаю по-русски, – хмыкнул, фиксируя поясом от второго халата её ноги. – Прекрати! Ты с ума сошёл? – возмущённо засопела она. – Не представляешь насколько, – мурлыкнул, возвращаясь к прерванному поглаживанию значительно ниже талии, хрипло добавив: – С катушек слетел окончательно. – Если ты меня сейчас же не отпустишь… – зашипела она. – То что? – проурчал вкрадчиво и, разорвав на ней трусики, отшвырнул в сторону. – Андрей, – задышав чаще, тихо позвала она. – Прекрати немедленно… Не прощу же. – Значит, мне терять нечего, – констатировал и, продолжая оглаживать её попу, нырнул второй рукой между ног, добавив с протяжным вздохом: – А раз терять нечего, оторвусь по полной. – Гад! – рявкнула она, но громко ахнув, машинально выгнулась, выпячивая попку. – Твой гад, – хрипло подтвердил и, раздвинув пальцами складочки, ввёл палец в лоно, с усмешкой заметив: – Течёшь ведь для своего гада. – Сво-о-олочь! – провыла она протяжно и подалась бёдрами навстречу моим пальцам. – Твоя сволочь, – поддакнул и, найдя клитор, начал медленно, но настойчиво массировать. – Манипулятор, – проскулила Иринка и, переходя на протяжный стон, потребовала: – Развяжи, мне неудобно. – А не сбежишь? – склонившись ниже, проурчал ей на ухо. – Не-е-ет, – простонала моя лань и, всхлипнув, повторила: – Развяжи… Скинув халат, постелил его на диванчик и, развязав сначала ноги, а потом руки, подхватил Иру на руки и перенёс с кушетки. Усадил на диван и, встав на колени, подтянул за бёдра к самому краю. Получить по морде, конечно, боялся, но то, что Ира сама потянется за поцелуем и обовьёт мои бёдра ногами, не ожидал. Сгрёб её волосы в кулак и, склонившись, впился поцелуем в полуоткрытый от сбившегося дыхания ротик. Простонали мы в унисон, а дальше начался взаимный взрыв. Терзая податливые губы, я как одержимый, оглаживал и мял её тело, а Ира постанывала, выгибалась и царапала мою спину и плечи ноготками. Спустившись поцелуями по шее и ниже, поймал губами напрягшийся сосок. Торопливо стянул боксёры, взяв член в руку, приставил к горячему входу в лоно и начал водить вверх и вниз, задевая клитор и дразня. Ира выгнулась и бессвязно залепетала, а я, не в силах больше сдерживаться, толкнулся, проникая в истекающее влагой лоно. Отстранился и качнулся вперёд, проникая чуть глубже. Моя лань нетерпеливо закряхтела и, подавшись бёдрами навстречу, упёрлась пятками в мои ягодицы. – Не торопись, – прохрипел, покачиваясь почти лениво и, продолжая ласкать её грудь, проурчал: – Простишь меня? – Не-е-ет, – капризно прохныкала Ира и, выпятив грудь, закусила губу. – А если так? – отстранился, выйдя почти полностью, и мучительно медленно ввёл член чуть глубже. – Ещё, – простонала она, упираясь затылком в спинку дивана. – Так? – выскользнул и снова мучительно медленно ввёл готовый взорваться член, проникая ещё чуть глубже. – Андрей, – захныкала Ирина и, опустив ноги на пол, придвинула бёдра ещё ближе к краю. – Что любимая? – отстранился, не давая ей насадиться и, фиксируя разведённые бёдра руками, резко толкнулся, проникая на всю длину. – Ещё… ещё… – застонала она, зажмурившись, а я сорвался на резкие, глубокие толчки. – Да любимая, – прорычал и, оплетая её руками, продолжил двигаться, как одержимый, наслаждаясь её всхлипами и протяжными стонами. Через несколько минут мелко задрожав, Ирина всхлипнула и, запрокинув голову, закричала. Замедлился, продлевая её удовольствие, а потом, утробно зарычав, толкнулся до упора, изливаясь в неё. Разгорячённые и влажные от пота несколько минут мы просто не могли разомкнуть объятия. Судорожно дыша, Ирина замерла, уткнувшись носом мне в шею, а я медленно водил носом и губами по её виску и всё ещё красному ушку. – Люблю тебя, моя лань. Прости меня, дурака, – прошептал, отстранившись и, поймав её смущённый взгляд, улыбнулся. – Стоп-слово, – едва слышно отозвалась она и, покраснев, спрятала лицо, уткнувшись мне в грудь. – Что? – переспросил, едва дыша. – Люблю…