ГЛАВА 31
С уходом Чистякова, атмосфера в гостиной домика резко переменилась. Из воздуха исчез легкомысленный флёр, лица публики посуровели. И Варя даже ощутила, как сильно напряглась лежащая у неё на талии ладонь.
Маргарита, под пронизывающим прожектором ярко-синих глаз, даже неуютно поёжилась, словно физически ощутив на себе бешеную холодную ярость, исходившую от напряжённой мрачной фигуры напротив.
Михаил Анатольевич тоже, отбросив шутливость, укоризненно рассматривал замершую на ковре пару элитных гостей.
Не выдержав напряжения, женщина вдруг неожиданно взвизгнула:
— Вы не имеете права! Я подам на вас заявление! Частный обыск — это незаконно! Я этого так не оставлю!!! Вы крупно пожалеете, что связались со мной!!!! Больше ни один приличный человек не приедет в «Аврору»! Я…
— Приличный?! — Козырь насмешливо приподнял бровь и смерил истеричку таким сокрушительным взглядом, что так неожиданно резко заткнула свой грязный фонтан.
Тут вдруг, всем на удивление, «проснулся» Вадим. Он неохотно поднялся на ноги и, срываясь на фальцет, возмущённо заорал:
— Что Вы себе позволяете?! — Маргарита, благодарная за эту неожиданную поддержку, просунув ладонь под локоть разбушевавшегося грозного мужа, демонстративно прильнула к нему. Но, не заметив этого манёвра, Откровенный Тормоз диссонансом с её манипуляцией продолжил, — Сейчас же уберите свои грязные лапы!
Козырь на это, притянул к себе девушку поближе и поцеловал Варю в висок. Вадим, выведенный такой фамильярностью из себя, оттолкнул обескураженную супругу и сделал попытку наброситься на сидящего нахала.
Кирилл сделал незаметное глазу движение ногой, и нападающий рухнул, как подкошенный к его ногам, уткнувшись крупным носом в колени обидчика.
— Брюки придётся выбросить, — равнодушно прокомментировал произошедшее Козырь и повернул лицо к Мамочке, ища в том дружеского участия в такой приключившейся с ним сопливой неприятности.
Михаил Анатольевич сочувственно кивнул…
Оставленная на произвол судьбы одинокая брошенка-Маргарита, рассудила, что сейчас неплохо бы снова немного поверещать. Она, сорвавшись с места, опять направилась к лестнице на второй этаж, попутно гнусавым голосом восклицая:
— Сволочи!!! Идиоты!!! Вы что, не поняли, что я вам говорю?! Да я…
Поток её испражнений снова прервал раскатистый баритон:
— На место!
Сказано это было вполголоса, но прозвучало так парализующе-страшно, что женщина не посмела ослушаться и вернулась назад.
В этот момент в верхнем пролёте лестницы появился Чистяков и небрежно бросил:
— Телефон валялся в сортире, а цацки были спрятаны в чемодане в белье.
Очень медленно Козырь убрал свою руку с талии Вари, очень медленно встал. Под его холодным бесстрастным взглядом Маргарита вся как-то съёжилась и мелко затряслась:
— Это была оплошность… Я просто забыла… Эта горничная и раньше себя зарекомендовала… Вот я и подумала… Ничего же страшного не случилось, правда?! Спасибо большое, что нашли, — потом вдруг злоба исказила её испуганные черты, — Вы не имели права рыться в наших вещах!!! Я этого так не оставлю!!! Вадим!!! Вы ещё пожалеете, что с нами связались!!! ВАДИМ!!!
Она в ужасе замерла, пожирая взглядом надвигающуюся на неё мощную фигуру. Её супруг лишь обвинительно хрюкнул:
— Маргарита, ты что??? Совсем того???
Козырь, остановившись в полутора метрах от интриганки, брезгливо скривил губы. Мамочка охотно вслух интерпретировал его взгляд:
— Уважаемые граждане, у вас — десять минут, чтобы покинуть наш гостеприимный комплекс, — затем, бросив на босса короткий взгляд, перевёл на доступный русский и остальное, — Что же до «так не оставлю», считаю своим долгом предупредить…
Женщина хищно оскалилась и, как крыса, загнанная в угол, начала нападать:
— Вы меня ещё не знаете! Я ТАК вас ославлю!!! Я вас по судам затаскаю…
Терпеливо переждав очередной всплеск нечистот, Михаил Анатольевич, тем не менее, продолжил, словно его и не перебивали.
— Так вот… У вас, кажется, рекламная фирма, мадам? Боюсь, с этого момента, рекламировать вам удастся разве что мандарины какого-нибудь Ашота на отдалённом рынке. И то, если сильно повезёт… Я доступно объясняю? Вы изволили упомянуть приличных людей… Что ж… Такой грязный финт вряд ли кому-то из приличных придётся по вкусу…
Вскочивший на ноги Вадим, видимо окончательно и без остатка переварив тормозную жидкость в своём обширном замедленном организме, неожиданно быстро всё сообразил. Он кинулся сначала к Мамочке, потом, опомнившись, кто тут главный, залебезил перед Кириллом:
— Вы же это не серьёзно, правда? Ведь несерьёзно, да? Вы же понимаете, дуры-бабы… эти их девчачьи пустяшные разборки…
Козырь с Маргариты перевёл на её супруга сокрушительный по своей ненависти взгляд:
— Дура здесь одна! У вас осталось восемь минут, — и, повернувшись к Чистякову, уже довольно спокойно бросил, — Вызови ребят. У нас здесь неповоротливый мусор.
Кивнув Михаилу Анатольевичу и Алёне на входную дверь, он подхватил за талию застывшую Варю и просто вышел…