Глава 20

Исаев

Тяжёлые капли прохладной воды барабанят по голове, стекают по телу, но, увы, не приносят облегчения.

Зажмуриваюсь. Уперевшись руками в стенку просторной душевой, вновь и вновь муссирую в голове то, что только что произошло.

Начав играть с сестрёнкой, проверяя на прочность её, не смог остановиться сам. Да, я бесстыдно воспользовался её подвыпившим состоянием, но не жалею об этом.

Такое нежное, податливое тело... Бархатистая кожа, которую всё ещё ощущают мои ладони. Её стоны...

Чёрт...

Мне нужна разрядка. Прямо сейчас! Иначе я взорвусь.

Обхватив рукой твёрдый как камень член, сжимаю пальцами у основания. Провожу вверх до головки и обратно. Из груди невольно вырывается сдавленный хрип.

Чёртова девчонка!.. Заставляет меня позорно себя ублажать! Кажется, в последний раз я делал так, когда мне было лет шестнадцать.

Ускоряю темп. Быстро вожу рукой вверх-вниз по члену, чувствуя, как кровь пульсирует в венах.

Руки Богданы в моих волосах... Ноготки впиваются в кожу... Её сладкие стоны, ласкающие мои уши... А её вкус... Ммм... Это что-то невероятное!

Сладкая невинная девочка, которую я не должен обижать. Но мне очень хочется.

Разрядка уже на подходе, и я продолжаю думать о «сестрёнке».

Что, если бы я пошёл дальше? Уверен, она не стала бы сопротивляться. Я мог бы сделать всё медленно, осторожно. Быть внутри неё...

Чёрт! Твою мать!

Содрогнувшись, изливаюсь на кафель. Медленно вожу ладонью до тех пор, пока последние капли семени не падают под ноги. Сделав глубокий вдох, на выдохе позволяю себе хрипло простонать. Поднимаю голову, и поток воды ударяет в лицо.

Да-а.. Так намного лучше. Но надолго ли?..

Выключив воду, выбираюсь из душевой и вытираюсь. Надеваю джинсы и, прихватив рубашку, выхожу из ванной и попадаю в гостевую спальню. Наверное, гостевую, судя по тому, что в шкафах нет никакой одежды. Вешаю рубашку в пустой шкаф и ложусь на широкую кровать, подложив руки под голову. Уставившись бессонным взглядом в потолок, никак не могу перестать думать о Богдане.

Я накрыл её одеялом и пару минут подождал, пока она не уснула. Потом сразу ушёл. И возвращаться не намерен. Потому что она там абсолютно голая, а я не уверен, что вожделение вновь не накроет меня с головой, если увижу её сейчас.

В кармане джинсов вибрирует телефон, и я достаю его. На экране горит уведомление из Вотсапа. Сообщение от Грома.

«Всё нормально, блондинка дома».

До меня не сразу доходит, о какой блондинке идёт речь, но потом я вспоминаю о девице в красном платье – подруге Богданы. Значит, Гром не дал её в обиду. Что ж...

Ситуацию с Глебом нужно прояснить. Да, он имеет прямое отношение к моему отцу, но при чём здесь Богдана? Что их связывает? Почему именно она? Совпадение?

Не думаю!

Откинув телефон, закрываю глаза. Мне нужно поспать...

***

Эта ночь в отцовском доме превращается для меня чуть ли не в пытку. Часы показывают девять, когда я понимаю, что больше не усну. Кажется, за всю ночь реально подремал лишь пару часов, но чувствую себя на удивление бодро.

Покинув спальню, подхожу к комнате Богданы, заглядываю внутрь. Сразу вижу её голую попку. Она лежит на боку, собрав всё одеяло в кучу, прижав к своей груди и закинув на него ногу. Короче, полностью раскрытая. А её светлые длинные волосы растрепались по подушке и закрывают половину прекрасного лица.

Потрясающее зрелище, если честно. Залипаю... Ноги буквально прирастают к полу.

Богдана вдруг начинает шевелиться, словно почувствовав мой взгляд. Резко отпрянув от двери, спускаюсь вниз и иду на кухню. Пока делаю себе кофе, слышу тихие шаги у себя над головой. Похоже, сестрёнка окончательно проснулась.

С чашкой в руке прохожу к раздвижным дверям гостиной, ведущим на задний двор. Устраиваюсь в шезлонге возле бассейна. Улыбка не сходит с моего лица от предвкушения скорой встречи с Богданой.

Достаю телефон, проверяю почту и отвечаю на письма, неторопливо смакуя кофе. Проходит около двадцати минут, когда за моей спиной раздаётся тихий и неуверенный голос:

– Эм... Ты здесь... Я думала...

Повернув голову, смотрю на Богдану. Шёлковая пижамка – шорты и майка с бретельками, босые ноги. Собранные в высокий хвост волосы. На лице ни капли макияжа.

– Доброе утро, – салютую ей чашкой. – Надеюсь, тебе хорошо спалось.

Ухмыльнувшись, пробегаю взглядом по её фигурке, особенно, по стройным ногам. «Сестрёнка» вмиг краснеет и начинает нервно заламывать руки.

– Ты не уехал, – тихо произносит она. – А я думала...

Богдана всё никак не может облечь в слова свою мысль, но я, кажется, понимаю, о чём она думает. Рассчитывала на то, что утром меня здесь не окажется, и ей не придётся краснеть. А я своим присутствием вынуждаю её вспомнить то, что вчера было.

– Не уехал, – качаю головой.

Встав с шезлонга, прохожу мимо неё, направляясь обратно в дом.

– Пойдём, сделаю тебе кофе.

Даже не поворачиваясь, знаю, что Богдана остаётся на месте, не решаясь пойти за мной.

Возвращаюсь на кухню, кладу телефон на кухонный островок и подхожу к кофемашине. Слышу, как ножки барного стула скользят по полу, потом – тихий вздох Богданы.

– С сахаром? – уточняю я ровным тоном.

– Да, две ложки, – отвечает девушка.

Ставлю две чашки на барную стойку и сажусь напротив «сестрёнки». Она смотрит куда угодно, но только не на меня. Не сводя с неё взгляда, помешиваю горячий напиток. Делаю глоток.

– Вчера ты повела себя очень глупо, – серьёзным тоном произношу я, привлекая наконец её внимание. – Думаю, зря тебя оставили здесь одну.

Похоже, Богдана не ожидала, что разговор будет протекать в таком русле. Её взгляд вспыхивает недовольством.

– Я просто была в клубе! – возмущённо поднимает голос. – И не просила тебя спасать меня!

– Как твоя рука? – резко меняю тему.

Богдана дотрагивается до повязки, её взгляд становится недоумевающим.

– Нормально, – тихо произносит она. – Почти не болит.

– Ну а ты сама? Как ты себя чувствуешь?

– Я... Тоже нормально, – она вновь смущается, не понимая, что именно я имею в виду.

Хотя нет, понимает. Её взгляд быстро опускается к моей шее, а после и к груди. Щёки окрашиваются лёгким румянцем.

– Эй, сестрёнка, – бросаю я, заставляя её снова поднять глаза к моему лицу. – Если что, я занял комнату напротив твоей спальни. Поживу здесь до приезда моего отца и твоей матери. Идёт?