Глава 15. Тоня

В аэропорту Антон дает мне последние наставления. Брат напряжен и ни на секунду не перестает стрелять глазами по сторонам.

Он знает, что я едва не столкнулась с Валентином. Мой бывший был на месте аварии и возможно, видел меня.

Уверена, сам Антон не позволил тому себя заметить. Мой брат слишком хорош, чтобы допустить подобную оплошность.

— Антош, у меня ведь по сути другая фамилия теперь, — напоминаю стоящему напротив мужчине.

Стараюсь говорить уверенно и спокойно, но выходит не очень. Голос дрожит.

На самом же деле своими словами пытаюсь успокоить скорее себя, чем его.

Впереди полнейшая неизвестность, и мне страшно. Я еще никогда прежде не рассчитывала только на себя.

— Ксюша, конечно, отлично придумала, но это не стопроцентная гарантия безопасности, — озвучивает вслух мои печальные мысли. — Валек не дурак, он может пробить вас и так.

— А что тогда делать? — шепчу. Крепче сжимаю ладошки своих деток. Я ни за что не позволю их снова забрать у меня!

— Не высовывайся. Не лезть на рожон. Как можно меньше свети своими личными данными, — повторяет инструктаж. — И их тоже, — кивает на своих племянников. — Как можно быстрее найти нормального мужика и выскочи за него замуж, — добавляет смеясь. — А еще лучше за реального отца своих малышей, — подмигивает Насте и Ване.

— Не говори ерунды, — беззлобно отмахиваюсь от брата. — И не вселяй лишней надежды, — произношу чуть тише. — Ты сам прекрасно знаешь, что мне его не найти.

Он исчез из моей жизни так же стремительно, как и оказался. Проведенное вместе с ним время было прекрасным, но оно быстро прошло.

Мы так и не успели узнать друг друга чуть ближе. Саша ушел и больше не вернулся. Я его потеряла.

Зато обрела своих самых родных и дорогих малышей.

— Максик, — спохватывается Настенька. — Где Максик? — спешно оглядывается по сторонам. На лице девочки застыла паника. Она напугана, глаза на мокром месте.

— Максик! — зовет Ванечка.

Своими криками дети привлекают совершенно ненужное нам сейчас внимание. Внутри все холодеет. Если хоть кто-то заснимет на камеру и выложит в сеть, то последствия будут необратимыми.

Брат напрягается. Я бросаю на него умоляющий взгляд.

Вот только его лекций мне сейчас и не хватает.

— Это дети, — произношу с нажимом. Пытаюсь мысленно достучаться до брата. У него своих четверо! Должен понимать.

— Я знаю, — тихо рычит сквозь сжатые зубы. Вижу, как после очередного выкрика напрягается вновь. — Не надо! — говорит с трудом скрывая свое раздражение. — Кричать, — все же берет себя в руки.

Ваня и Настя разворачиваются и смотрят прямиком на Антона. Он глубоко дышит, продолжает осматривать находящихся рядом с нами людей.

Все ищет кого-то… Или что-то, мне уже не понять.

— Ваш щенок у меня в машине, — обращается к детям. Те поджимают губешки, вот-вот расплачутся.

— Он с нами не полетит? — Ванечка спрашивает с разочарованием.

— Максик останется здесь? — Настенька не может скрыть свою грусть.

— Ну вы чего, — присаживаюсь напротив детей, поочередно смотрю каждому из них в глаза. — Он совсем скоро приедет к вам в гости, — обещаю с улыбкой. — Его дядя Антон привезет, — торжественно объявляю им.

Нужно было видеть выражение лица брата в этот момент!

— Я не хочу потом, — плачет Настя. — Хочу сейчас! — топает ножкой.

— Тонь, нужно поторопиться. — Антон обеспокоенно показывает на табло.

— Маленькая моя, — пытаюсь успокоить малышку до того, как она расплачется. — Мы сейчас не можем забрать Максика с собой. — Нам бы самим суметь убраться. Но вслух я этого не произношу. — Собак в самолетах не пускают к хозяевам. Их сажают в клетку и они летят вместе с чемоданами.

— Правда? — Сын удивленно округляет глаза.

— Правда, — киваю с умным выражением лица.

— Тоня! — Антон настойчиво повторяет.

— Я поняла тебя, — поднимаю глаза на брата. Он крайне недоволен. — Поняла! — говорю с нажимом.

— Вы правда Максика привезете? — Ванечка спрашивает у Антона.

— Привезу, — кивает. — Или ты сам за ним приедешь, — подмигивает.

— По рукам! — выдает фразочку Ваня. У меня челюсть падает на пол. Едва успеваю ее поймать.

Объявляют об окончании посадки на наш рейс. У нас осталось буквально несколько минут, чтобы добраться до автобуса.

— Блин! — спохватываюсь. Хватаю детей за руки, поправляю рюкзак.

— Я предупреждал, — с ухмылкой подмечает брат.

— Ну тебя! — бросаю в спешке. — Побежали! — обращаюсь к своим малышам.

Мы не успеваем сказать спасибо, даже не успеваем попрощаться. А просто со всех ног бежим.

Хорошо, что Антон взял билет и зарегистрировался на рейс. Так он смог пройти с нами до самой крайней точки.

А после отправиться к своей семье.

Я после посадки обязательно напишу брату сообщение со словами благодарности. Но не сейчас.

— Мы полетим на этой махине? — Восторженный голос сына вырывает меня из раздумий.

— Да, — киваю, улыбаясь. Смотрю на него, пытаюсь запомнить каждую эмоцию, написанную на миловидном детском лице. Сердце щемит.

Прижимаю чуть крепче к себе дочку. Чувство нежности кроет. Никак не могу поверить в присутствие детей рядом с собой.

— Все будет хорошо, — обещаю малышам. И себе. — Все будет хорошо.

Напряжение окончательно покидает меня, когда мы приземляемся в одном из крупнейших городов за несколько тысяч километров от своего дома. Выходим на улицу, садимся в такси и уезжаем.

Ванечка и Настенька уже очень устали. У детей за сегодня было слишком много эмоций, им обязательно нужно как можно скорее отдохнуть.

Прошу остановить водителя напротив одной из панельных многоэтажек. Расплачиваюсь наличными, свое имя, как и просил брат, стараюсь лишний раз не светить.

Поднимаемся в арендованную на трое суток квартиру, открываю дверь и отправляю Настю с Ванечкой спать.

Сама же выключаю на ноутбуке доступ к местоположению, используя стационарный вай-фай, что расположен в квартире, выхожу в интернет и принимаюсь рассылать резюме по всевозможным компаниям.

Деньги есть, но их не так много. В отличие от предстоящих трат.

Валентин нас будет искать. И найдет, это вопрос времени.

Он мстительный и принципиальный гад.

У меня есть время в запасе, и я должна максимально грамотно им распорядиться. Сделать так, чтобы до вынесения решения суда в мою пользу Валентин не сумел выйти на след.