Глава 37. Тоня

— Какому брату? — делаю вид, что не понимаю его. А у самой сердце вот-вот выскочит из груди от страха.

— Тому, который прячет тебя и похищенных тобой детей, — продолжает выбивать почву у меня из-под ног. Поджилки трясутся от страха.

— Что за бред вы несете?! — фыркаю. Выходит немного истерично, но мне на это плевать. Паника поглощает все сильнее с каждой секундой. — Я не собираюсь сидеть и выслушивать от вас всякую чушь!

Прости, пирожок, но с тобой мне придется распрощаться. В следующий раз зайду и новый куплю.

Кладу сотовый в сумочку, беру висящую на кресле стула куртку.

— Села и выслушала меня, — приказывает, рыча сквозь стиснутые зубы. В груди бушует протест. — Иначе сообщу твоему бывшему мужу о местонахождении его детей, — ни на секунду не отрывает от меня свирепого взгляда.

Я не понимаю, откуда ему все известно про меня. Как он узнал? Я ведь видела этого мужчину лишь один раз в жизни!

Уйти. Бежать! Спрятаться и больше никогда не появляться в этом проклятом городе!

Вернуться домой, к брату. Пусть спрячет меня на даче у своего друга Богданова. Там никогда не посмеют искать ни меня, ни детей. Вадим Вадимович уж слишком большая шишка, а Ксюша, его жена, отличный адвокат.

Эх, жаль, что не она ведет мое дело, а Марк. Он классный, но не настолько. У него с многими судьями «личное». Вся проблема в том, что он «дружка» своего не умеет в ширинке держать.

— Я не собираюсь вестись на дешевый шантаж! — произношу чуть громче приличного, чем привлекаю совсем ненужное внимание со стороны.

— Мне нужны данные по новому проекту Стрелецкого, — продолжает как ни в чем ни бывало. — И ты мне их принесешь, — произносит совершенно уверенно. — Даю время до четверга.

— Знаешь что, — шиплю на него, но послать не успеваю.

— Антонина, я смотрю, вы уже доели. — Рядом со мной словно из ниоткуда появляется Забава. Та самая забавная брюнетка, что стояла все это время за прилавком.

После того как она оттуда вышла, я прекрасно вижу, что она ни разу не забавная. Она шикарная! И от нее исходит такая сила, такое тепло… Аж с ног сбивает своей бешеной энергетикой.

Рядом с ней чувствуешь себя укутанной объятиями утреннего ласкового летнего солнца. Так и хочется рядом стоять и стоять.

— Она еще не доела, — грозно произносит мужчина.

— Я вижу совершенно обратное. — Забава с улыбкой отвечает ему.

— Ты всего лишь жалкая официантишка! — пренебрежительно обращается к стоящей рядом со мной брюнетке. — Чем строить из себя ту, кем не являешься, делай свою работу! — говорит таким тоном, словно ставит зазнавшийся персонал на место. — Принеси мне еще чайку, — отмахивается.

— Без проблем, — опасно сверкает глазами Забава. Но этот блеск замечаю лишь я.

— Администратора позови, — продолжает неприятный мужчина. — Объясню ему, как нужно с персоналом обращаться.

— Я хозяйка этого заведения, — говорит, гордо вздернув подбородок. — И как с посетителями общаться, сама разберусь, — отворачивается от него. — Антонина, пойдем. Вы мне нужны. — Забава общается со мной с самым невозмутимым видом.

— Что-то случилось? — спрашиваю взволнованно. Никакие иные мысли в голову не идут.

Меня рассекретили. Мужчина, кем бы он ни был, знает всю правду и в любой момент может выдать меня Валентину.

Или…

Или Валентин сам нас найдет. Ведь если смог один, то и другой отыщет. В груди просыпается паника.

— Не переживайте, — заверяет меня. — Это обыкновенная процедура. Займет буквально пару минут.

— Хорошо, — соглашаюсь. Беру свои вещи и следую за Забавой.

Меня не на шутку трясет.

Осознание произошедшего еще не до конца накрывает, только поверхностно, и пока весь ужас катастрофы на обрушился на голову, я должна успокоиться и взять себя в руки. Просто обязана вернуть здравомыслие и холодную голову. Но блин!

Страшно-то как. Успокоиться не могу!

Эмоции бьют ключом. Точнее, обухом и прямо по голове, аж в глазах все расплывается от переизбытка адреналина. В ушах шумит, толком ничего не слышу.

Разум в огне.

Если Валентин доберется до Настеньки и Ванечки, то заберет их и спрячет. Не из-за денег, уверена, он уже давно нашел способ переписать принадлежащее им имущество, а затем продать. Чисто из принципа. Из ненависти ко мне. Из мести.

И я их никогда больше не увижу. А-а-а-а! Паника! Паника! Паника!

Что ж делать?

Бли-и-и-ин. Хоть головой об стену бейся. Это просто какой-то кошмар.

Предать Сашу или лишиться самого дорогого, что есть на свете? Своих детей.

Долг и честь или счастье и здоровье своих малышей? Выбор крайне тяжелый. Неприятный. Но очевидный.

Бедные мои, любимые и дорогие, я защищу вас несмотря ни на что!

— Выдыхай. Дыши ровно, — спокойным тоном обращается ко мне Забава. Ее голос действует на меня как вода на огонь, гасит пламя и панику. — Здесь он до тебя не доберется, — чуть подается назад, оборачивается, смотрит в зал.

— Спасибо, — благодарю девушку от чистого сердца. Она, сама того не зная, спасла меня от нервного срыва.

Правда, от нависшей над головой угрозы спасти не успела.

— Если хочешь, то можешь выйти через служебный вход, — предлагает. Сердце переполняется благодарности к ней.

— Правда? — уточняю с надеждой.

— Конечно, — кивает. Присматриваюсь и понимаю: она действительно искренне желает помочь.

Еще раз благодарю владелицу булочной и через служебный выход сбегаю на улицу. Нужно добраться до офиса и придумать, как быть.