Глава 13

– Давай, Юлька, открывай глазки, – кажется, сквозь сон я слышу ласковый мужской голос, такой знакомый, но… Черт возьми! Почему слух вернулся раньше, чем сознание? Я подскакиваю, но тут же падаю обратно от нещадного головокружения. Причем я в горизонтальном положении, и подо мной кровать. А рядом… Господи, за что мне это? Рядом лежит Рома лицом ко мне, подперев кулаком щеку. Все же я переоценила свои нервы в общении с ним. Надо было махнуть со своими в Сочи и не ввязываться в очередные игры Романа. Может, и отстал бы? Ага, размечталась. – Где мы? – задаю глупый вопрос, потому что молчание и пристальный взгляд тяготят. – Да ладно тебе, Юль, – голос Романа становится твёрже. Поразительная перемена, о которой я уже и забыла. Точнее, я пыталась упорно забыть все, что с ним связано. Даже мурашки по коже бегут. То у Романа в глазах веселые черти пляшут, он идёт по жизни легко и быстро благодаря своей харизме находит общий язык со всеми. А в следующую минуту от его жёсткого голоса, прибывающего к месту взгляда становится не по себе, словно в помещении резко упала температура. Со мной он так никогда не разговаривал, но я это видела со стороны. И даже наблюдателем быть в такой ситуации не особое удовольствие. – У меня был обморок, я немного дезориентирована, – оправдываюсь, хотя понимаю, что тон Романа изменился не из-за того, что я не узнала комнату. – А за то время, что мы не виделись, амнезию ты случайно не приобрела? – он поднимается с кровати, и мне даже становится легче дышать. – Или ты решила, что я деградировал до полного олигофрена? – О чем ты? – я тоже приподнимаюсь, потому что разговаривать в таком положении, когда над тобой лежащей возвышается едва сдерживающий злость мужчина, дискомфортно. В том, что Роман злится, я уверена. Эмоции он умеет скрывать хорошо, но их нельзя подавить. И если этот вулкан взорвется… Я не хочу находиться рядом. – Юля, хватит! – голос Романа бьёт по голове. – Хватит держать меня за идиота, – чуть сбавляет обороты. – Я видел, как ты испугалась сразу же, как увидела меня в офисе. Не разозлилась, не расцарапала мне рожу, а именно испугалась. Это на тебя не похоже… – Люди меняются, – все же ещё упрямо стою на своем, хотя уже знаю, куда приведет цепочка его рассуждений. – Люди не меняются. Если человек дерьмо, он дерьмом останется и в старости. Если человек не пасует, как ты, то твоя реакция даёт понять, что есть нечто очень важное для тебя. То, за что ты боишься больше, чем за себя. Что может изменить женщину? Мужчина? Дети? – тут Роман делает паузу, будто ждёт моего признания, но я упорно молчу, и он продолжает: – Я понимал, что ты скрываешь что-то, о чем я не должен узнать. В этом я убедился, когда ты прилетела ко мне с бешеными глазами после сообщения. Я не хотел копаться в твоей жизни больше, чем нужно, – говорит он, а я усмехаюсь этой формулировке. Для него “больше, чем нужно” – это то, что нормальным людям вообще недоступно. Обычно знакомых мониторят через соцсети, спрашивают у общих знакомых, а не взламывают базы данных. – Говори уже, – вздыхаю обреченно, спуская ноги с кровати, а пальцами рук сжимая матрас. – Лучше бы об этом сказала ты, – он качает головой, но это выглядит и чувствуется не предосудительно, а предупреждающе. – А сейчас даже интересно становится, чем ты будешь оправдываться. Но я пока продолжу. Твоя реакция на, казалось бы, безобидную беседу окончательно убедила меня в том, что именно ты скрываешь. Мне хватило пяти минут и одного телефона, чтобы выяснить. Я понял, что у тебя есть ребенок. Но, признаться, милая, ты умеешь удивлять. Оказывается, их двое, причем одного возраста. – Они не твои! – я вскакиваю и становлюсь напротив Романа. – Уверена, считаешь ты так же быстро, как и находишь конфиденциальную информацию. – Ты хочешь сказать, что уже была беременна, когда спала со мной? – он начинает веселиться, только очень зло. – Ещё скажи, что мечтала меня охомутать и потом заверить в отцовстве. Юля, если ты ещё раз начнёшь разговаривать со мной как с идиотом, то я… – Что ты? – вскидываюсь. Хватит бояться. Роман уже все знает, больничные записи или из женской консультации достанет, так что нет смысла отпираться. Не знаю, что у него на уме. Не знаю, какими будут его дальнейшие действия. И вообще не имею представления, нужны ли ему мои дети. Но подготовиться стоит к разным вариантам развития событий. – Ох, Юля, сколько у меня мыслей, – Роман вздыхает и взъерошивает волосы. – Но пока только один вопрос. Где мои дети? – Они не твои, – повторяю я. В моей интонации он улавливает то, что я имею в виду. Сейчас я хочу донести, что пусть биологически Роман им отец, но никакого отношения к слову “папа” не имеет. Не он вставал по ночам. Не он был похож на зомби, вырывая хоть пару минут, чтобы принять душ. – Хорошо, – неожиданно для меня кивает Роман. – Они наши. Вот всегда же найдет что сказать. Как можно быть таким… изворотливым? – Зачем они тебе? – без сил сажусь обратно на кровать. – И я не хочу, чтобы реакция твоей жены как-то негативно на них отразилась. Жена… Я все время забываю, что Роман женат. И я понятия не имею, что она за человек, что будет, если она узнает. – Зачем? – удивлённо переспрашивает он. – Юля, ты от обморока не отошла? Я хочу познакомиться со своими детьми. По-моему, нормальное желание. Когда Роман начинает говорить про нормальность, меня пробирает смех. Сколько подобных людей в нашей сфере я видела, на роль родителя мало кто подходил. Особенно те, кто уже поселился в виртуальной реальности. И Роман как раз из таких. Если его осенит какая гениальная идея, то он дни и ночи будет сидеть перед компьютерами, полностью погруженный в работу, и даже не отзываться, если его позвать раз десять. И как таким людям можно доверять детей? А учитывая события четырёхлетней давности, специфику работы Романа, людей, с которыми он связан, дети вообще могут попасть под удар, как попала когда-то и я. А я с ним всего лишь спала, так что незначительная фигура, и то почти пострадала. – Ты их не увидишь, – обхожу Романа и иду на кухню, чтобы выпить воды. – Не понял, – идёт он за мной и приваливается плечом к стене возле двери. – Юля, хватит загадок и секретов, дело касается моих… наших детей. Опять он про секреты. Из его уст даже смешно. Свои бы все для начала открыл, прежде чем мои требовать. – И какую роль во всем этом будет играть твоя жена? – Роман морщится от моего вопроса так, будто это вообще не важно. – Доброй или злой мачехи? – Юля, где дети? – игнорирует он все, что касается жены. – В Сочи, – равнодушно бросаю, а у Романа едва глаза на лоб не лезут. – Все же, Юля, ты умеешь удивлять, – он достает телефон и через минуту уже вгоняет в ступор меня: – Так, ближайшие билеты… Что ж, завтра утром мы можем быть там. – Стоп, нет! – возражаю я. – Да, Юля, да. Мы можем спорить сколько угодно, но этим ближайшим рейсом я улечу, а найти даже по транзакциям карты мужа твоей подруги не проблема. – И что ты сделаешь? Ты юридически детям никто, – несмотря на напор, не теряюсь. – Ты меня плохо знаешь? – Роман убирает телефон обратно в карман. Хорошо я его знаю. И возможностей у него не меньше, чем у Тимура. А сталкивать их лбами я не хочу. Ладно, в полете будет время подумать и убедить Романа, что детей надо подготовить. А дальше… Я ещё не знаю, но обязательно включу голову на полную мощь и подумаю.