Глава 19

– Рома! – делаю несколько шагов в сторону. – Если я согласилась на обед, то это не значит, что… – Что можно к тебе так явно подкатывать, – заканчивает он, смеясь. – Присаживайтесь, Юлия Александровна, – указывает на скамейку, а сам занимает место напротив. – У меня не так много времени, – беру приборы и отрезаю кусочек стейка. – Если ты хотел о чем-то поговорить, то сейчас самое время. Очень вкусно, кстати, не знала, что ты ещё и готовишь. – Наверное, мы вообще мало друг о друге узнали за тот месяц, хотя скажу без прикрас, что он был лучшим в моей жизни, – Рома тоже принимается за стейк, и у меня складывается впечатление, что я здесь действительно только ради обеда. Казалось бы, все неплохо. Мы просто сидим в приятном месте, едим вкусные стейки – словно ничего сверхъестественного не происходит. И мне бы так хотелось насладиться этим моментом, получить от него максимум удовольствия, но полностью расслабиться, увы, не получается. – Спасибо за обед, – благодарю Романа, уже собираясь уходить. Кажется, он действительно хотел просто пообедать со мной, потому что ничего по делу за это время я не услышала. – С детьми уже говорила? – задаёт наконец вопрос по существу. – Нет, – качаю головой. – Не было подходящего момента. Но я поговорю, – предупреждаю следующую фразу Романа. – Это нелегко. – Приезжай с ними завтра сюда, как будете готовы, – просит он, положив свою ладонь на мою руку. А вот это точно лишнее. Сразу непонятные, пусть и совсем невинные поцелуи, теперь прикосновения. Южное солнце, шум моря, яркие звёзды – отличная атмосфера для соблазнения. Но мы сюда прилетели не для этого. – А твой товарищ не будет против? – спрашиваю, убирая свою руку со стола. – Он уехал, вернётся послезавтра. У нас как раз будет возможность побыть вчетвером, лучше узнать друг друга, – Роман, судя по всему, уже распланировал завтрашний день. – Ничего не обещаю, – приходится немного остудить пыл. – Неизвестно, как отреагируют Богдан и Лиза, поэтому не стоит строить планы по времяпрепровождению счастливой семьи. Он небольшого укола не могу удержаться, хотя не собиралась. Но в представлении Романа все так просто, что меня это немного раздражает. – Юль, – немного помолчав, он откидывается на спинку скамейки и смотрит на меня, – а вот меня не покидает ощущение, что ты все специально усложняешь. И ты решаешь и за детей, и за меня. – Ну все, хватит! – я повышаю голос и, поднявшись, упираюсь ладонями в стол, только на Романа моя воинственная поза никакого впечатления не производит. – Ты, кажется, не понимаешь, каково это – воспитывать детей, пытаться вложить в них только хорошее, объяснять им, как устроен этот мир, ограждать, но при этом не душить своей заботой. Так что не надо мне сейчас говорить, что я решаю за них. Я все сделаю для них как лучше, и дело здесь вовсе не в тебе. – Окей, я понял, – он кивает, не меняя интонацию, спокоен как удав. – Ты хорошая мать, а я мудак. Боишься, что я научу детей чему-то плохому, что втяну их во что-то, подвергну опасности? Я и тебя четыре года назад пытался уберечь, но просчитался. Слова, слова, слова… Я устала слушать. И да, мне все ещё страшно, что возможно повторение той истории. А дети – это такой рычаг давления, ради них сделаешь что угодно. Может, Роман все же где-то прав? Когда дело касается моих крох, то рационально мыслить я не могу. Страх за детей, беспокойство за них – самое яркое и пугающее, что я когда-либо переживала. И мне так иногда хотелось разделить это с кем-то, хотелось, чтобы кто-то был рядом и помог, поддержал. А кто это может сделать лучше второго родителя? И сейчас Роман готов узнать своих детей, а значит… и взять ответственность? – Мне действительно пора, – выдохнув, выхожу из беседки. – Я просила не давить, и время, о котором просила, ещё не вышло. А за обед ещё раз спасибо. – До завтра, Юля, – говорит Роман, провожая меня до машины. – И я не собирался на тебя давить. Да, иногда я бываю невыносим, причем таким был всегда, но это не мешало тебе любить меня. Я лишь киваю на прощание, судя по всему, недолгое и сажусь в салон. Вернувшись в арендованному домику, прислушиваюсь, но детских голосов не слышно – ещё спят. Присматриваю себе качели и, устроившись на них, легонько раскачиваюсь. Мне ничего не мешало любить Романа. Даже больше, мне нравилось его любить, и это было легко. Неизвестно, как бы дальше складывались наши отношения, учитывая, что были вместе мы недолго, но очень ярко. Может, потом первый романтический флёр рассеялся бы – и мне стало сложнее. Но этого мы никогда не узнаем. Зато я помню и обиду, и злость, и непонимание. Я помню все это, но сейчас, оглядываясь назад, уверена, что все эти эмоции проявились так ярко именно потому, что любила его. Любила… А правильно ли я мысленно произнесла это слово, именно в прошедшем времени? – Влияние прошлого оказалось слишком сильным? – даже вздрагиваю, услышав за спиной голос Леры. – Извини, если напугала. – Ничего, просто задумалась, – отвечаю, чуть поворачивая голову. – Какие планы на вечер? Если мы сейчас снова начнем говорить про Романа, то моя бедная голова не выдержит. Его слишком много, и меньше уже вряд ли станет, когда он познакомится с детьми. – Злата час назад писала, они уже были в аэропорту, – Лера понимает, что я пытаюсь перевести тему. – Так что к часам семи будут. Тимур предлагает шашлыки, надо только съездить за мясом. Поэтому, Юлька, ты скучать не будешь, остаёшься за няню для всего нашего детского сада. – Отлично, – хлопаю себя по коленям и поднимаюсь. – Можете не торопиться, я справлюсь. Столько малышей мне точно не дадут скучать и забивать голову мыслями. Тимур с Лерой уезжают, а мы гуляем во дворе. В детях энергии на десятерых взрослых, так что через час я падаю звёздочкой на расстеленный на траве плед и прошу: – Дайте мне пять минут передышки. – Мамочка, ты устала? – Богдан падает рядом со мной с одной стороны, Лиза – с другой. – Немного, – тяжело дышу, краем глаза наблюдая за близнецами Леры. Они пока заняли качели, которые недавно облюбовала и я. Кристина тоже здесь, так что пять минут у меня точно есть. – А так? – Лиза целует меня в щеку, Богдан повторяет за ней. – Чувствую заряд энергии, – смеюсь я и начинаю щекотать своих крох. Их радостные возгласы, улыбки – это то, что мне всегда помогает. – Юля, Юля, – зовёт меня Руслан. – Мы хотим пить. – И мы! – подхватывает Богдан. Приходится подниматься и идти на кухню. Ставлю кувшин с лимонадом на поднос, достаю стаканы и замечаю, что загорается экран моего мобильного, оставленного здесь. “Такого никто не знает”, – короткий ответ от Никиты, через которого я пыталась что-то узнать про Вадима. Очень вовремя. Но, по крайней мере, я удостоверилась, что Роман не лгал мне в самолёте. Если уж он не смог найти своего старого товарища, то вряд ли кто-то другой сможет. И сейчас эта информация для меня неактуальна. Мне предстоит более важная миссия, которую оттягивать я больше не могу. Беру поднос и возвращаюсь к детворе. Только успеваю разлить лимонад по стаканам, как приезжают Лера и Тимур, нагруженные покупками. – Вы скупили все в ближайших магазинах? – наблюдаю, как они все таскают и таскают пакеты из багажника. – Она хочет закатить праздничный ужин, – кивает Тимур на жену. – Не представляю, как все успеет. А что, готовка тоже здорово помогает отвлечься, так что я в деле.