Глава 18

Ночь проходит в постоянных подъемах, потому что у Машки и Дашки полезли зубы. И утром я стою напротив зеркала и ищу хотя бы одно отличие от зомби, которых обычно показывают в фильмах.

– Ну и морда у вас, дамочка, – бормочу, а сама пытаюсь обрести связь с реальностью.

Но мои попытки проваливаются с громким треском.

По перепонкам ударяет визг одной из близняшек, и это действует получше литра влитого кофе. Выбегаю в гостиную с намерением не дать племяшкам поубивать друг друга. Но на этот раз тревога оказывается ложной. Дашка хохочет и активно машет каким-то пакетиком, а Машка довольно повизгивает.

– Блин, девчонки, ну нельзя же так меня пугать!

Прислоняю прохладные ладони к горящим щекам и устало опускаюсь на пол. Поднимаю колени и упираюсь в них лбом. Пытаюсь выровнять сбившееся от волнения и короткого забега дыхание.

Краем глаза наблюдаю за развлечением близняшек и в этот момент даже завидую, что у них все так непринужденно. Главная их проблема – чтобы попки в сухости и зубы сильно не беспокоили, а остальное ложится на мои плечи.

– Эх, хотела бы я сейчас оказаться на вашем месте, малявки. А то тетя в свое время очень сильно хотела повзрослеть. Вот и пришлось в одно утро стать для вас всем.

За повседневными хлопотами время пролетает незаметно. Я даже порой не успеваю за ним следить. Девчонки отнимают почти все время, и я с каждым днем осознаю все острее, что дети – это огромная ответственность. А им всего семь месяцев, и впереди столько всего!

С трудом дожидаюсь, пока девчонки уложатся на дневной сон, и уже почти падаю на кровать, но ноутбук оповещает о новом письме на почту. С неохотой и ломотой в каждой косточке отрываю себя от подушки.

В глаза будто песком швырнули, так и норовят закрыться. Открываю почту и еле сдерживаюсь, чтобы разочарованно не застонать при виде нового задания с работы. Но я напоминаю себе о том, что нужно зарабатывать.

Не хочу даже обращаться к Кириллу за финансовой поддержкой. Хотя, может, так он бы понял быстрее, что мне нужны были изначально только его деньги. Но сейчас от одной только мысли показаться ему алчной и меркантильной девушкой мне становится не по себе.

Да и кто я такая, чтобы лишать девчонок родного отца, тем более, с его рвением?

– Ну что ж. – Разминаю пальцы и сосредотачиваюсь на очередном отчете. – Пожалуй, приступим к работе. А то времени у меня – два часа.

И это при идеальном раскладе. Потому что бывают такие дни, когда девчонки подскакивают через сорок минут после отбоя, и их приходится снова укладывать.

Подпрыгиваю я от ощущения, что на меня пристально кто-то смотрит. Щеку простреливает болью, видимо, оттого, что на ней отпечаталась клавиатура ноутбука, на которой я все же благополучно уснула. На экране – самая настоящая тарабарщина, и конечно же, никакого отчета.

– Вот блин!

Захлопываю крышку ноутбука с пониманием, что я в ближайшее время уже не смогу поработать. Фыркаю. Как будто все это время я работала, не разгибая спины.

Девчонки уже сидят в своих кроватках. Дашка пытается дотянуться до висящей над кроваткой игрушкой, Машка хлопает в ладоши. Прямо группа поддержки. Или подстрекатель.

Отцепляю игрушку от держателя и вручаю Дашке. Она моментально теряет к ней интерес и выкидывает из кроватки.

– Да уж. – Окидываю взглядом щеку, на которой красуются кнопочки, – Как я и предполагала. Решила изучить клавиатуру поближе и внезапно уснула.

И конечно же, в этот самый момент раздается звонок в дверь. Не выдерживаю и сокрушенно стону:

– Уверена, что это ваш папочка пожаловал. Как всегда, вовремя.

Бросаю еще один взгляд в зеркало и машу рукой при виде гнезда на голове. Все равно оно не затмит отпечатков на щеке. Хотя в сумме это все сейчас представляет весьма живописную картину.

Звонок становится настойчивее, и он заставляет меня двинуться в сторону двери. На всякий случай проверяю, что за дверью стоит все же Кирилл, а не очередной коллектор. А то от моей сестрицы, оказывается, можно многого ожидать.

Ловлю через глазок нетерпеливый взгляд Кирилла, будто он как-то почувствовал, что я смотрю на него. Распахиваю дверь и окунаюсь в ауру парня. Мозги мгновенно испаряются, а я зачарованно смотрю на его застывшую фигуру.

– Осваиваешь новую технику набора текста? – Кивает на мою щеку и криво усмехается.

Стараюсь сразу же не отправить его в пешее путешествие и стискиваю зубы. Настроения шутить у меня абсолютно нет.

– А ты готовишься покорять стендап?

– Думаешь, не получится? – Выгибает бровь и шагает в квартиру.

– Уверена, что ты вылетишь в первом же туре.

Кирилл замирает напротив и упирает руку в стену рядом с моей головой. Глупо хлопаю глазами и перевожу взгляд с его руки на его лицо, которое он решает приблизить к моему по максимуму. Дыхание сбивается с привычного ритма, а коленки предательски сгибаются. Приходится сильнее вжаться в стену, чтобы не съехать под ноги Киру.

– Ты плохо меня знаешь, милая. Если я захочу, я пройду до финала, и меня ничто не остановит.

Поворачиваю лицо и оказываюсь в плену синих глаз.

– Весьма самонадеянно. – Стараюсь вложить в голос все свое равнодушие, но по его ухмылке прекрасно понимаю, что моя попытка не имеет успеха.

Мне даже кажется, он прекрасно осознает, что я сейчас испытываю и как на меня действует его близость. По его расширившимся зрачкам, по закушенной губе я понимаю, что я попалась. Он меня раскусил.

– Ты знаешь, – его голос понижается до шепота, и мне приходится стать еще ближе к нему, – я вообще очень уверенный в себе человек. Тебе только предстоит все узнать.

– И зачем это мне? – с трудом проговариваю каждое слово, потому что ноздри заполняет его пьянящий аромат.

– Затем, что я тебе небезразличен, как бы ты сейчас ни играла в эту игру, но я вижу истину. – Проводит костяшками по моей щеке, оставляя пламенный след на коже.

Вдыхаю побольше воздуха, но выдохнуть забываю, потому что тишину квартиры нарушает требовательный крик одной из близняшек. Кирилл разочарованно кривится, а я в этот момент боюсь улететь от счастья. Как вовремя девчонки решили вправить мне мозги, а то уже растеклась лужицей возле его ног.

Кириллу приходится отступить, чтобы дать мне пройти в комнату.

– Чем сегодня займемся? – Складывает руки на груди и останавливается на входе в комнату. – Может, сегодня прогуляемся? По прогнозу, сегодня хорошая погода.

– Я не против, только побудь с девочками, мне надо отлучиться.

Стараюсь широко и искренне улыбнуться, но ловлю на себе подозрительный взгляд Кирилла.

– Ты собираешься меня оставить с детьми? – Его брови взлетают и почти скрываются за волосами.

Пожимаю плечами:

– А что тут такого? Ты же отец.

– Да, но я вижу их пятый раз, – зачем-то шепчет Кирилл.

– Ну надо с чего-то начинать, – развожу руками. – Мы быстрее учимся, когда нас помещают в экстремальные условия.

Как это произошло в моем случае, но я же не хочу сейчас об этом говорить.

Кирилл недовольно сжимает губы, а мне хочется тут же к нему подойти и разгладить складочку на лбу, которая проступает ярко, сигнализируя о его недовольстве.

– И куда же ты собралась? – прищуривается мужчина, делая шаг ко мне.

Вся его поза кричит о том, что он не в духе. И куда делся тот обворожительный парень, который был в коридоре? Я же почти повелась.

– Мне нужно телефон в ремонт отдать, иначе мой скоро умрет, и я останусь без связи.

Предусмотрительно умалчиваю о том, что телефон я потащу к соседу сверху. Ему незачем о том знать.

– Так пойдем гулять и занесем, – вкрадчиво продолжает Кирилл.

В голове предупреждающе воет сирена после этих слов. Пытаюсь придумать правдоподобную историю, чтобы он не догадался, к кому именно я собираюсь обратиться. Но у меня нет возможности отказываться от помощи. Тем более, как мне показалось, Ваня предложил ее вполне искренне.

– Не получится, я уже договорилась, но если ты боишься… – Специально не заканчиваю фразу.

– Ничего я не боюсь! – вздергивает подбородок Кирилл, но смотрит в сторону девчонок с некоторой опаской.

– Я усажу их обедать и как раз, пока они кушают, успею вернуться. – Иду готовить бутылочки.

– А как их кормить? – Кирилл выглядит слегка сбитым с толку, и мне даже становится его немного жалко.

– Да никак, просто следи, чтобы они не поперхнулись и не рванули из стульев.

– В смысле? Они могут выскочить из стульев?

Кажется, папочка окончательно растерял воинственный настрой и уже не готов становиться папочкой.

– Ну конечно, это же дети, им все интересно. – Развожу руками и стараюсь не засмеяться при виде растерянности на лице Кира.

– Эм… – Он нервно отдергивает воротник футболки и делает шаг назад.

– Что такое? Тебе уже пора бежать? Кирилл, у меня мало времени. Либо ты в деле, либо можешь сваливать, и я справлюсь сама.

– Ладно, хорошо! – резко выкрикивает и прячет руки в карманы. – Думаю, я справлюсь.

Но взгляд нервно бегает от одного предмета к другому.

– Отлично. – Усаживаю девчонок и быстро переодеваюсь.

Перед выходом заглядываю на кухню и хмыкаю. Кирилл сидит напротив девчонок и не сводит с них глаз. Да уж, долго же ему еще привыкать к роли отца, если он все же не решит, что это не для него.

– Скоро буду! – кричу перед тем, как хлопнуть дверью.