40. Эпилог
Пара на крыше отчаянно целовалась. Случайный зритель бы им позавидовал. Под ногами – огромный город, над головой – бесконечное небо, в объятиях сама любовь.
Такие поцелуи дарят только возлюбленным. Страсть, приправленная неспешной нежностью, трепетной, как полет ночных бабочек. Тела, свитые в жгут объятий, тихие стоны.
Никто не посмеет им помешать, только время способно разорвать эту связь. Или… недостаток дыхания.
Словно после забега, они оторвались друг от друга, тяжело дыша, раскрасневшиеся, с помутневшими взглядами. Лбами сомкнулись, не желая отступать даже на шаг.
– Ты готова? Мы закончили здесь все дела?
Хитро прищурилась.
– Хочешь подождать еще лет шесть-семь? Ты же король теперь, впереди – вечность…
– Еще и правитель практически всего континента. Прости, задержался немного, сватов собирал. Скажи… почему ты в меня вдруг поверила?
– Потому, что люблю? Нет, погоди, мне вид твоего очень пушистого хвоста подсказал…
– Я серьезно.
– Серьезнее некуда. Я уйду с тобой, оставлю все то, что здесь было.
Волк взял в ладони ее вдруг побледневшее лицо, очень нежно целуя в лоб, переносицу, кончик носа. Погладил скулы горячими пальцами.
– Знаешь, котенок… Скажи ты мне: останься, мой верный оруженосец, сядь у моих длинных ног и служи мне всю жизнь, будто пес, и я бы остался.
Агата подняла недоверчиво светлую бровь.
– Снизу вверх на тебя такой вид, м-м-м…
– Несносный мальчишка!
– Король, между прочим, уже. Бессмертный, могущественный, непобедимый. Кстати, Жорж велел кланяться, он успешно женат и выращивает клубнику для королевской столовой в деревне. Супруга его Алеся ждет второго наследника. И нам уже срочно пора догонять их. Ну что, поехали?
– Слово волшебное?
– Мута…
– Только попробуй. Посажу-таки у бедра оруженосцем.
– Любимая. Как там в сказках? Будь супругой короля Рудольфа Первого, раздели со мной дни и ночи, и давай уже поскорей с этим закончим.
Агата, смеясь, оглянулась на город. Страшно? Очень. Родители ждут младшего сына, тут ее совесть чиста. Друзья? У всех нынче свои пути. А ее вечная жизнь теперь принадлежит этому, сероглазому и вечно смеющемуся королю. Давшему ей за это сокровище прекрасную цену: руку и сердце в придачу к короне.
– Да!
Волк засмеялся громко и счастливо, легко подхватив ее на руки, закружил, прокричав в небо волшебное слово, разрывающее плоть мироздания, и они оба исчезли.
В добрый путь…
***
– Разбегались по мирам, словно тинейджеры по подъездам. Совершенно все распустились и чувствуют себя безнаказанными. Я на такое вообще не подписывался!
– Милый, в контракте не было оговорено…
– Да я и подумать не мог, что все эти “дети” такие…
– Талантливые, многогранные и могущественные? На своих посмотри, что творят…
– Ты умеешь утешить меня, дорогая. Но эту дыру я, прости, закрываю. Пусть там и сидят в своей “Трое”, уж больно король этот… как там… “Талантлив, многогранен и всемогущ”. У нас у самих тут такого с избытком.
С тихим треском площадка портала на крыше вдруг стала роскошным теннисным кортом.
Два человека: лысый коренастый мужчина неопределенного возраста и миниатюрная девушка, легкая и как лань грациозная, разминались перед игрой. Ничего необычного.