Глава 27. Лиза. Страсти накаляются

Да уж, в этом весь Черкасов! Ничего менять не собираюсь…

– Можно ничего не менять, но давай на минуточку представим: ты забрал сына к себе на ночь, а тут в клубе очередное ЧП. Останешься смотреть, как спит ребенок, или рванешь спасать свое заведение, как сделал это сегодня? – спросила я, чувствуя, как с каждым словом закипаю всё сильнее.

– Если я такой плохой, по твоему мнению, и буду отвратительно влиять на сына, то почему у ребенка проблемы с психикой? – вспылил Гриша, злясь не меньше моего. – Я сегодня успокаивал его. Я – не ты! Дети издевались над ним, а он плакал и трясся над телефоном, ожидая звонка от твоего мужа! Считаете, что вы его идеально воспитываете только потому, что у вас не ночная работа? Мальчику явно требуется внимание. Его нужно слушать и понимать.

– Мы нормальные родители! – я бросилась защищаться, потому что не могла иначе. Что еще сказать? Как еще вести себя в той ситуации, когда понимала, что Гриша во многом прав!

У меня не хватало времени, чтобы вникнуть во все вопросы, которые касались сына, я с отчаянием чувствовала, что в попытке заработать деньги лишаю его самого главного: своего внимания.

Костя как отец не мог заполнить эту нишу.

Но разве я могу рассказать об этом Грише в двух словах? Тому, кто вообще не понимает, что такое быть родителем?

– Если вы нормальные, то почему тогда ребенок остался без отца на Новый год, а потом плакал, спрятавшись от всех, боясь, что над ним будут издеваться?

– Думаешь, что бывают дети без проблем? Я не идеальная, Костя – не идеальный! Ты думаешь, мы рожаем детей, и в нас сразу закладывается программа по их воспитанию? Я стараюсь как могу! Если у Кирюшки проблемы, то мы их обязательно решим.

– Ты не ответила на вопрос. Почему уехал Костя и почему Кирилл не знает, как справиться с издевательствами? Я хочу знать всё о своем сыне, – настаивал он, сжимая зубы от злости.

– Костя… Я не хочу говорить о нем. Я же не требую тебя рассказывать о Виталине! Ты притащил меня в клуб, где твоя девушка объявила о помолвке со сцены, а потом вы с ней уединились, а я решила проблему, и вечеринка не сорвалась, – задыхаясь, тараторила я. – Согласись, мы на равных условиях? У тебя груз в виде бывшей-нынешней девушки, с которой ты никак не можешь определиться, а я у меня – непонятки с мужем.

– Ну извини, я вижу мало сходства! – рассмеялся он без тени веселья. – С Виталиной у нас были вполне крепкие отношения, это сейчас у нее крышу снесло, что заставило меня задуматься, хочу ли я с ней связать жизнь. Или ты думала, что, как только у меня в жизни появился ребенок, о котором я знаю несколько дней, я тут же должен порвать все свои отношения и завязать с бизнесом? Этого хотела?

– Я ничего не хочу от тебя! Просто выражаю свое мнение! Сейчас ты отвечаешь за ребенка, которого так стремишься воспитывать. И я говорю, что мне не нравится твоя область деятельности. Я не вижу нормальным отцом работающего по ночам мужчину! Что в этом такого?!

– Позволь мне самому разобраться, как я буду воспитывать ребенка в те дни, когда буду забирать его к себе, – процедил он, явно недовольный полностью ходом нашей беседы, – в конце концов, я могу работать некоторые дни и днем. Но давай определимся: мы так и будем высказывать друг другу претензии, как супружеская пара с десятилетним стажем? Это всегда так бывает у родителей? Я хочу попробовать договориться разумно. Мы же взрослые люди. Еще раз: что у Кирюхи за проблемы? Я имею право знать. Давай поговорим без взаимных упреков и претензий.

Он быстро успокоился, в отличие от меня, пытаясь перевести разговор в мирное русло. Я тоже пошла на уступки, понимая его право знать о сыне.

– С какого-то момента, может, кризис семи лет, я не знаю, но у него начались проблемы в школе. Задирал учеников, отбирал портфели, когда пыталась с ним поговорить, замыкался в себе. Я думаю, что он завидует одноклассникам. Как и любой ребенок, растущий в семье с небольшим достатком, он постоянно переживает…

Я чувствовала, что становлюсь на скользкую дорожку, стремительно скатываясь вниз, но он вытаскивал из меня признания, неумолимо требуя ответов.

– В какую школу он ходит, чтобы переживать о таком?

– В самую обычную школу, но ты же знаешь детей. Им обязательно нужно выпендриться дорогими вещами. Да, у них введена школьная форма, но есть же гаджеты, которыми другие дети похваляются. А у Кирюшки нормальный телефон, но не самый модный. До этой ночи не было планшета, он давно о нем мечтал, и я наконец купила.

Ни за что не признаюсь, что погрязла в долгах, чтобы купить гаджет сыну, из-за того, что муж украл у меня приличную сумму. Как и не признаюсь в том, что Кирилл мог ходить в частную школу. Суворовы помогли бы нам туда оформиться, Тая настаивала на том, чтобы я подала документы в ту же школу, куда ходит Соня. Школа для детей далеко не бедных родителей. Но я бы ни за что не потянула оплату обучения и, как меня ни уговаривала подруга, не согласилась…

– А мне кажется, что дело не только в вещах, ты просто уделяешь мало времени Кириллу. Если всё так плохо, значит, нужно отвести его к психологу, разобраться в проблеме. Я разберусь с этим сам, раз вы не смогли. И теперь он ни в чем не будет нуждаться!

Прозвучало настолько пафосно и противно, что даже зубы свело.

– Не надо решать поспешно. Ты собираешься перекроить его жизнь? –испугалась я. – Дорогая школа, одежда, подарки, психолог! Хочешь перекупить его внимание и любовь?

Вот только подачек от богатенького папочки нам не хватало!

– Я всего лишь буду отцом для своего сына, – отрезал Гриша не терпящим возражения тоном. – И буду делать всё, чтобы у него был физический и моральный комфорт, раз вы не можете этого ему обеспечить!

– И как ты собираешься это делать? – я начала повышать голос, кажется, совершенно перестав себя контролировать.

– Хочешь показать, что ты хорошая мать? Что способна целиком и полностью сама тащить на себе ребёнка? – Черкасов резко свернул к обочине, остановил машину и посмотрел мне в глаза.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Да уж получше, чем из тебя отец! Ты можешь сколько угодно говорить, что что тебе действительно интересен сын, только я не верю! Ты бы и не подумал о нем, близко бы не подошел, если бы отец не поставил тебе условие! Признайся в этом сам себе!

– Давай-давай, тешь себя придуманным за меня поведением. Только вот ты тоже могла бы меньше работать и чаще заниматься с сыном. Уволиться с работы, вести частные уроки игры на скрипке. Ты же засунула в одно место пять лет учебы в консерватории. Или сколько ты там училась? – он махнул рукой, а потом нервно растрепал волосы. – В оставшееся время заняться ребенком, отвезти его на каратэ, шахматы, какой-нибудь туристический кружок или, в конце концов, заняться с ним музыкой! Знаешь, психологи очень рекомендуют игру на скрипке или любом другом музыкальном инструменте! – Гриша явно сдерживался, ему хотелось кричать на меня, не меньше, чем мне на него.

– А не пошел бы ты, Черкасов, мириться к своей фифе! Сделай ей наследника империи своего отца и воспитывайте как хотите, а моего сына не трогай! – прокричала я ему в лицо, пытаясь побороть подступившие слезы.