Глава 10

ОЛЕСЯ

Встать с кровати в полседьмого я не смогла, и в семь тоже. В восемь, я едва подняла голову от, кажущейся мне каменной, подушки, но тут же обвалилась обратно. Тошнило адски, казалось, что меня просто вывернет на изнанку. День вчера вообще оказался кошмарным, может быть у меня потому нет сегодня сил даже на поход в туалет. Интересно, а мой малыш не страдает так же, как и я?

- Вы вообще читали договор который подписывали? – спросила меня тощая, похожая на обморочную саранчу, кадровичка, когда я вчера ввалилась в ее кабинет, дыша, как загнанная лошадь, с требованем уволить меня прямо сейчас. Немедленно.

- Да чихать я хотела на ваши договора,- взвилась я, чувствуя, что еще немного и меня просто разорвет от душащей, вихрящейся злости.

- Детынька, в договоре ясно написано, что в случае невыполнения вами контракта, вы должны клинике неустойку в размере обещанного вам жалования,- спокойно. Как имбецилке, едва ли не по слогам объяснила эта жаба, глядя на меня выпуклыми бесцветными глазами.- И кроме всего прочего, вы должны показать результат. Если ваш подопечный не добьется успехов в лечении, значит вы не уделили ему должного внимания, а это означает, что деньги вам платить не за что. Это прописано в пункте пять контракта.

Я аж обмерла, вспомнив обещанную мне зарплату, стояла и хлопала губами, как выброшенная на берег рыбу Где взять такие деньги? Мамуся опять мне подсиропила. Взяла и продала свою дочь в рабство. Какая же я дура, сколько раз Люся меня учила читать бумаги, которые подписываю, не счесть. А я снова наступила на одни и те же грабли, на которых филигранно танцую всю свою жизнь, постоянно получая по лбу черенком садового инвентаря.

- Прошу вас, смените мне хотя бы объект,- взвыла я.

- Невозможно,- невозмутимо хмыкнула Саранча,- у каждого пациента свой куратор, приставленный к нему с самого начала лечения. Ваш клиент – Лев Смелов.

Я вывалилась из офиса в состоянии близком к истерие и понеслась в домик где оставила противного жирдяя. Ну ничего, он сам откажется от меня, уж это я ему устрою. А вообще надо бы перечитать договор. Хороша же я была вчера, когда рылась в его исподнем. Представив, как выглядела со стороны, передернулась. Кошмар. Он же подумает, что я сумасшедшая. Да и черт с ним.

И вот теперь я валяюсь в постели, не в состоянии даже почистить зубы, хотя уже час как должна гонять противного Льва, как сидорову козу по беговой дорожке и следить за питаниемм несносного Гаргантюа,у которого вчера с боем вырвала из пасти батон колбасы. И самое страшное, что я похоже заразилась от него проглотством, потому что едва дотерпела чтобы не проглотить отвратительный деликатес экспроприированный у жирдяя, пока на спринтерской скорости неслась в свое жилище, размахивая палкой брауншвейгской, как знаменем полка. Точно, это от дурацкой колбасы меня сегодня так колбасит.

Я все же встала с кровати, точнее стекла на пол, пытаясь размять затекшие коечности. Наконец у меня получилось подняться, и я пошатываясь, побрела в уголок задумчивости, когда в дверь требовательно позвонили.

- Да пошли вы все к черту,- пробубнила я себе под нос, но направление движения изменила, и держась за стену поплелась открывать кому то, кто так настойчиво домогался сейчас моей персоны, совсем забыв, что на мне просвечивающая насквозь ночнушка. Ребенок сегодня решил, что его мамуле кроме тошноты думать больше не стоит ни о чем и лишил меня ума, способности мыслить ясно и чувства самосохранения.

- Доброе утро,- пробасил Лев, стоящий на пороге. Я хрюкнула в ответ, что – то типа, здрасти, рассматривая облаченного в спортивные шорты и футболку туго натянутую на объемистое пузо жизнерадостного «красавца», беззастенчиво пялящегося куда то в район моего декольте.

- Вообще оборзел? – взревела я, проследив взгляд этого нахала.

- Олеся, а вы всегда так встречаете гостей? Или только я настолько вам безразличен, что вы меня даже не принимаете в расчет, как мужчину? – хмыкнул Смелов.- Выглядите, кстати, краше в гроб кладут. Но фигурка, что надо. А трусишки, вообще зачет. И вот честно, у меня есть сейчас в отношении вас определенные фантазии. А еще, я бы чего нибудь съел.

- Хамло,- задохнулась я, и только тут до меня дошло, что я стою перед этим гадом, практически в чем мать родила. Я взвизгнула, и ломанулась вванную, даже забыв о тошноте и борясь с желанием растерзать мерзавца стоящего в дверях.

Когда я вернулась в прихожую, наглого Льва там уже не было, зато из холла неслось бодрое пение, доводящее меня до нервной почесухи. Я поскрябала пальцами живот, слушая завывания Льва, и двинула на звук, похожий на помесь бензопилы и скрипа пенопласта по стеклу. Нахал рылся в моем холодильнике. Зря, поживится в белом ящике у меня нечем. Он тоже это осознал явно, судя по расстроенному выражению на круглой физиономии

- Я вас не приглашала войти,- вредно вякнула я, поплотнее закутываясь в халат, который вчера, к счастью для себя, оставила в ванной.- И кто вам позволил рыться в моем холодильнике?

- Зато вы вчера сказали, что придете ровно в семь. А я терпеть не могу ждать, и страшно проголодался. А завтрак в столовой, между прочим только до восьми, чтоб вы знали.- начал жаловаться Лев.

- Вам не вредно не поесть,- тошнота, при мысле о еде, снова поднялсь и в полный рост раскинула крылья. Твою мать, только бы опять не показать себя во всей красе, перед этим наглым толстяком. Хотя, чего уж там. Лев Смелов видел меня уже со всех сторон, даже умудрился меня заклеймить своим семенем, совершив невозможное. Заделал ребенка практически бесплодной бабе. Герой, мать его за ногу. А теперь глумится, гад. Посмеивается над моим видом. Знал бы ты, дружочек, кто виноват, что выгляжу я, как зомби на третий день восстания из мертвых.

- Зато вы, судя по всему моей колбасой не побрезговали,- хохотнул Лев. Твою мать, ну как же я не убрала остатки своего вчерашнего пиршества. Да, я ела колбасу. Нет, не ела, я ее пожирала, запихивая в рот огромными кусками, заливая все вокруг голодной слюной, и давясь от жадности непережеванной вкусняшкой. Было ли мне стыдно? Нисколько. Мне было так вкусно, как еще никогда не было в жизни- Олеся, мы так и будем пререкаться с вами, или все таки займемся чем то более интересным?

- Вы, вы, вы...- стараясь подорать слова, начала заикаться я. Он вообще обнаглел. Домогаться меня в моем же собственном доме,- извращенец поганый. Пошел вон!!! Подонок, подонок!!!- в духе известного политика, наконец заорала я, когда первая волна возмущения прошла, и голос наконец прорезался

- Олеся, я предложил вам наконец то приступить к тому, за чем я сюда приехал,- нагло ухмыльнулся противный мрзавец, глядя на меня нахальными глазюками,- А конкретно, по расписанию. Висящему в моей спальне, сегодня у нас с семи утра занятия в зале, в девять второй завтрак, на который я опять рискую не попасть, с вашими переменами настроения, а в дестять у меня прием у доктора, на который вы должны меня сопроводить.

- Ах, вы об этом,- ошалевше пробормотала я. Боже, какая же я дура. Или это беременность так сказывается на моих умственных способнгостях.

- А вы о чем? – как ни в чем не бывало хмыкнул Лев.

- Ни о чем, -вякнула, кляня себя на вес лады.

- Да вы баловница,- радостно расхохотался Лев.- Нет, Олеся, я никогда бы вам не предложил ничего неприличного. У меня есть принципы. Собирайтесь, я подожду снаружи, дабы не смущать вас, и не искушать. Погода, кстати, сегодня прекрасная.

Черт, у него есть принципы. Это что, он сейчас мне так намекнул, что я развратная баба, которая только и думает, что о сексе с ним? Твою маааать Ну да, а что еще можно подумать, если женщина открывает мужчине дверь в чем мать родила, а потом громко возмущается несуществующими домогательствами с его стороны, да еще после того, как сама его оседлала месяц назад, накидавшись в хлам тремя ложками водки. Да уж, во всей красе открылась перед Львом Смеловым. Вот же паразит. Ну ничего, я ему устрою, забудет обо всем на свете. Напялив на себя лосины, спортивный топ, я кубарем выкатилась из своего бунгало. Лев по – турецки сидел на изумрудной искуственно выращенной траве, и блаженно щурился на неяркое солнце, куря свою противную сигару, от запаха которой ноги у меня стали ватными, я вдохнула полной грудью аромат, и склонилась над своим подопечным,поборов желание уткнуться в него носом, и выдыхать его чертов запах. Гормоны и ребенок явно надо мной решили поглумиться вдоволь. Нет, меня точно уволят за домогательства и непристойное поведение.

- С вами все в порядке? – спросил Смелов. Я бы тоже, на его месте обалдела. Сумасшедшая тетка, согнувшаяся буквой зю таращится на него одуревшими глазами, это зрелище надо сказать не для слабонервных.

- Да, просто вы меня не заметили сразу, вот я и решила ...Идите за мной. Сегодня посмотрим, на что вы способны. А завтра уже начнем полноценно заниматься. Вы согласны?

- За этим и приехал,- спокойно ответил Лев, и засопел мне в спину. Ох и трудная работка мне предстоит. Ну ничего, это же всего на месяц.

ЛЕВ

- Все, больше не могу,- простонал я, свалившись прямо на землю. Горло, словно сдаленное удавкой, жгло адским пламенем. Под ребром болело. В глазах плясали очумевшие прозрачно – белые мухи.- Я приехал сюда лечиться, а не подохнуть в муках от удушья. Не заставляйте меня себя ненавидеть.

- Вставай, мать твою,- проорала ненормальная амазонка по имени Олеся. Она то даже не запыхалась. Хотя, видно, что и ей не очень хорошо, хотя бы по бисеринкам пота над пухлой губкой, и бледности, заливающей скуластые щеки. – Ты пробежал всего двадцать метров. Всего двадцать. И уже второй раз прикидываешься мертвым. И как, позволь спросить, мне тебя худеть?

- Когда это мы перешли на ты? – собрав всю силу в кулак, спросил я. Хотел вложить в голос побольше сарказма, но смог лишь позорно просипеть, что – то невразумительное. Мучительница нехорошо ухмыльнулась и с интересом уставилась на меня. Да уж, посмотреть то есть на что. Я наверное похож на хряка валяющегося на лужайке. Белая футболка вся уделана травой, шорты задрались до колен явив миру волосатые конечности. А в мыслях – кусок свинины в грибном соусе и кружка пива. Хорош я наверное сейчас. красавчик.

- А ты на меня пожалуйся, а еще лучше сразу повели меня уволить нахрен за несоответствие. Ты же у нас король вселенной, - хмыкнула мучительница, и протянула мне руку. Ну да, без ее помощи я врядли поднимусь на ноги. Так и останусь валяться на земле, как перевернувшийся на спину, жук навозник, пока меня не найдет, какой нибудь уборщик, сгоревшего и полумертвого.- Второй завтрак начнется с минуты на минуту,- голосом демона искусителя, пропела вредина.

-А вот фиг тебе. Ты несносная зануда,- пропыхтел я, поднимаясь на ноги.

- А у тебя в животе урчит,- хохотнула надзирательница, рассматривая меня, как ездового жеребца на ярмарке.

- Что, нравлюсь? – ехидно хмыкнул я, надеясь ее смутить, и хоть немного сбить спесь с этой колючки.

- Да нет, подсчитываю примерное соотношение твоего веса и роста,- задумчиво ответила Олеся. А она красотка, и нос этот ее вздернутый конопатый. Горячая штучка.

- И что выходит? – спросил я, загодя зная, что услышу какую нибудь гадость.

- Выходит, что ты должен быть ростом четыре метра,- без улыбки ответила девка. Я даже не понял – это она так меня подколола, или всерьез.- Лев, скажи честно, зачем ты приехал сюда? В эту клинику.

- В смысле,- не понял я.

- В том смысле, что ты сам должен дать себе ответ на этот вопрос,-а ведь она серьезно. Ни тени улыбки. А и вправду, какого черта я снова приперся в этот город? Сказать ей, что с той ночи, которую мы провели вместе, я думать ни о чем не мог, кроме нее? Черта с два. Она же даже вспоминать об этом не хочет, так какого хрена сейчас пытается залезть мне в душу.

- Я приехал сюда лечиться. Олеся, у меня не так много времени. Доктор сказал, что через год, если не скину двадцать килограмм, я стану инвалидом. Вы это хотели от меня услышать?

- Нет. А знаете что, я приглашаю вас сегодня в ресторан,- вдруг ни с того, ни с сего сказала девка. У меня аж челюсть до пола отвалилась. Так и замер на месте, пытаясь осмыслить услышанное. Интересно, это таким образом она пытается меня укокошить, раньше чем за идиотский год данный мне профессором Зибертом.

- Вы приглашаете меня на свидание? – спросил я.

- Ну, пусть будет так,- игриво хохотнула нахалка. У меня аж сердце ухнула куда то в район ..... Блин, почему эта чертовка так меня возбуждает. Захотелось прямо тут сграбастать руками это упругое тело, и просто носом уткнуться в макушку, и никогда никуда не отпускать. –Только особо не мечтайте. Мне просто надо вам кое что объяснить.

- Олеся, вы полны неожиданностей. Надеюсь не огорошите меня какой нибудь новостью за бутылочкой хорошего вина, от которой я потеряю покой и сон,- хмыкнул я, намекая на то, что мне приготовила эта мерзавка в погоне за похудением. Она как то странно хмыкнула, но промолчала.

- Лев, вы очень прозорливы,- наконец промямлила Олеся.- Просто Вольф Мессинг. Пойдемте, я провожу вас в столовую. А то и этот прием пищи вы пропустите, а нельзя. Вам будет нужна энергия. Я пока вы завтракаете, попробую договориться о выходе в город сегодня вечером, под мою ответственность. Знаете, сначала я хотела все бросить, к чертям собачьим, и просто уволиться. Причину вы знаете, я думаю. Равно, как и то, что вина я не пью, и вам не советую. Но теперь точно знаю. Я вас похудею, чего бы мне это не стоило.

- Почему, можно спросить? – ошалело спросил я, глядя в решительно – прекрасное лицо волнующей мои мысли женщины.

- Есть причины,- уклончиво ответила Олеся.- Мы пришли. Кисель, кстати, здесь отвратительный. Так что рекомендую вам остановиться на яблочном пюре, и пуддинге из ягод.

- В шесть? – спросил я ее уже в спину.

- Я буду ждать у ворот,- пообещала красотка.